Маленькая злючка просто напрашивается на неприятности, решил Райан, а он как раз тот мужчина, который может ей это устроить. Он не мог с собой справиться. Уложить Китти в постель — теперь главная задача для ловеласа Райана. Кит, Китти, Кэтрин. Девка или невинная девушка — никакой разницы. Райан не мог вспомнить, когда он еще хотел женщину так, как это было с Китти. А еще он не мог вспомнить, когда последний раз женщина производила на него такое впечатление.
Если просто сидеть и смотреть на Китти, то можно довести себя до безумия, поэтому Райан оплатил счет и ушел. В прошлое пребывание в Тумстоне он узнал, где расположен старый дом Дика Джонсона, и поехал в том направлении. Даже в темноте Райан смог заметить, что дом стал выглядеть иначе, и, конечно, это заслуга Китти. Дом еще нуждался в ремонте, но окна уже были отремонтированы.
В окне, выходящем на улицу, горела одна лампа. Наверное, чтобы во тьме Китти не страшно было возвращаться домой, предположил Райан. Он завел свою лошадь на задний двор и привязал рядом с лошадью Китти, недалеко от копны хорошего сена. Потом вернулся и попытался открыть заднюю дверь дома, но она оказалась закрытой на замок. Он не пошел к парадной двери, потому что был уверен, что она тоже заперта. Окна в задней части дома оказались закрытыми на щеколды, и он зашел с торца. Ему повезло. Окно в спальне было прикрыто, но щеколда оказалась сломанной, так что Райан смог открыть окно и забраться внутрь.
Усталая Китти вышла из салуна. Маршал Эрл совершал свой вечерний обход и предложил проводить ее до дома. Китти охотно согласилась, потому что ожидала увидеть у салуна поджидающего ее Райана. Сказать по правде, Китти предполагала, что у него хватит ума вести себя в Тумстоне тихо. У полицейских хорошая профессиональная память, и они, конечно, помнят и ограбление банка, и банду Бартона. Китти испытала огромное облегчение, не увидев Райана.
Ей все равно, что случилось с ним. Без него и его манеры вести себя ее жизнь будет менее сложной — убеждала себя девушка, но сердце не хотело прислушиваться к доводам разума. Что-то в Райане Делейни было такое, с чем она не могла справиться. И возможно, никогда не справится.
Они подошли к дому, и Китти поблагодарила маршала Эрла. Он вежливо коснулся полей шляпы и оставил ее на пороге дома. Китти достала из кармана ключ, открыла дверь и вошла внутрь, довольная тем, что предусмотрительно зажгла лампу перед тем, как уйти из дома. Она взяла лампу, постояла посреди комнаты. В затылке покалывало, мурашки побежали по спине, и все ее чувства обострились.
Китти вглядывалась в темноту неосвещенной части дома, но ничего не видела, ничего не слышала. И все-таки не могла избавиться от ощущения, что она в доме не одна. Превозмогая страх, Китти вошла в спальню и поставила лампу на ночной столик. Потом налила из кувшина воды в тазик, чтобы помыться. Еще раз оглядевшись, она скинула туфли, чулки, платье, нижнюю юбку, рубашку и ополоснула лицо, шею и руки. Она продолжила бы свое омовение, но мурашки, бежавшие по спине, ей явно мешали.
Вдруг что-то зашуршало, она резко обернулась, прижимая к груди полотенце. Но тут услышала какой-то звук, похожий на грустный вздох. Китти потянулась за заряженным револьвером, который держала в ящике ночного столика, и с удивлением обнаружила, что его там нет. Она выругалась.
— Ты это ищешь? — спокойно спросил Райан и вышел из тени на свет.
Он оказался так близко, что она ощутила его особый запах — кожи и мускуса. Револьвер лежал у него на ладони. Он протянул его ей, и она тут же схватила оружие.
— Я подумал, что ты сгоряча можешь сначала выстрелить, а уже потом задавать вопросы, так что я его разрядил, — сообщил Райан.
И показал другую ладонь, на которой лежали шесть пуль из пустого магазина. Он небрежно швырнул их на пол.
— Будь ты проклят! — прошипела Китти. — Как ты осмелился влезть в мой дом?! Я же сказала, что нам не о чем говорить. Я хочу забыть о своей связи с преступниками. С меня этого хватит до конца жизни.
Взгляд Райана скользнул по ее обнаженному телу, и он тут же почувствовал неуютное потягивание в паху. Он уставился на ее ноги — длинные, стройные, красивой формы. Он не мог ни о чем думать. Его очень волновало то нежное местечко, где соединяются эти соблазнительные конечности. Во рту у Райана пересохло, он судорожно сглотнул, прочистил горло и перевел взгляд на ее лицо, пытаясь сосредоточиться на чем-нибудь другом, кроме своей эрекции.
— Мне почему-то кажется, будто ты от меня что-то скрываешь. Китти, что это?
— Если ты настаиваешь на разговоре, то отвернись, чтобы я хотя бы могла одеться, — сказала Китти.
— В этом нет необходимости, я уже видел тебя раздетой.
Китти побледнела.
— Лжец!
— Однажды вечером я пошел за тобой к реке. Ты думала, что я лег спать. Так что я видел, как ты снимала одежду. У тебя красивое тело, Китти.
— Что ты за человек, черт Возьми?! Крадешься следом, шпионишь!..
— Я любопытный, — без тени смущения ответил Райан. — Я знал о том, что ты не парень, и захотел посмотреть, что же скрывается под грязными тряпками, которые были на тебе. Ты слишком хороша и женственна, чтобы маскироваться под мальчишку.
— Мне все равно, что ты гам увидел, — огрызнулась Китти. — Отвернись!
Он широко улыбнулся:
— Ладно, одевайся, хотя я предпочел бы тебя в раздетом виде.
— Конечно! — резко ответила Китти, потянувшись за ночной рубашкой.
Когда Райан отвернулся, она быстро через голову надела белую рубашку. Она красиво облегала ее до самых стоп.
— Теперь можешь смотреть.
Райан повернулся и расхохотался.
— Как чопорно и пристойно, Китти. — Он легкой походкой подошел к кровати и сел на нее. — Можешь присоединиться ко мне, так будет удобнее разговаривать.
Китти бросила на него настороженный взгляд и присела на край кровати, подальше от него.
— Говори, что хотел, и убирайся.
— Это не так просто. Даже не знаю, с чего начать.
— Давай побыстрее. Я ужасно устала. Я с шести вечера на ногах. А теперь уже половина третьего ночи.
— Кит… Китти, думаю, лучше всего будет начать с того, что я не преступник. И никогда преступником не был. Я владелец ранчо из Монтаны. У меня два брата, которые убьют меня, если, не дай Бог, узнают, во что я вляпался.
— Ты, должно быть, считаешь меня полной дурой, Райан Делейни, и забыл, что участвовал в ограблении банка? По моему мнению, это было настоящее преступление.
— Ты ошибаешься, в Тумстоне я оказался в тот день вовсе не для того, чтобы грабить банк, — объяснил Райан. — Банковский клерк по ошибке принял меня за преступника, портрет которого висел у них на стене. Должен признать, я действительно оказался на него похожим, но, повторяю, я не преступник. Я пришел в банк, чтобы снять деньги со своего счета.
