Возчик подвёз нас к постоялому двору, мы быстро сгрузились и перетащили добро в отведённую комнату.
С утра вдвоём с Кириллом отправились на поиски покупателя. Нашли быстро, в стольном граде Киевском в каждом почти квартале кто-нибудь занимался железом. И то – дикая степь рядом, все железяки востребованы. За цену сильно не торговались, и продали быстро.
На постоялом дворе я отложил часть вырученных денег на обратную дорогу, остальное разделил поровну. Выручку от Моше разделил пополам. Половина – мне, за купленное в Москве оружие. Другую половину снова поделил на четыре равные части, три из которых и отдал моей троице. Все остались довольны и уговорили меня ещё денек-другой побыть в Киеве. В городе раньше был только Сергей, остальным не терпелось сходить на торг, купить подарки домашним, город поглядеть. Ладно, уговорили, побудем в Киеве ещё пару дней.
Утром отправились на торг. Это было что-то. Громадная торговая площадь была больше небольшого городка. Здесь было всё, что можно купить и продать: меха, ткани, посуда, лошади, оружие, изделия из золота и серебра, мясо и рыба, зерно и масло, изделия из кожи и лечебные травы. Вся торговля сопровождалась бойкими криками зазывал, задорными воплями свирелей и рожков бродячих музыкантов, жаркими спорами продавцов и покупателей, блеянием овец и мычанием коров, криками обворованных, хохотом толпы вокруг балагана кукольников с неизменным Петрушкой. Я немного оглох и растерялся.
Мы быстро потерялись в толпе. Походив несколько часов и подивившись некоторым диковинам, купил у турка изумрудного цвета отрез шёлка, а у венецианца из Крыма красивые серьги. Будет чем порадовать Дарью по возвращении.
На постоялый двор вернулся усталый, пропылённый. Умывшись, улёгся на полати. Постепенно подходили мои бойцы. Каждый хвастался приобретениями, только одного не было очень долго – Сергея. Мы забеспокоились уже вечером. Знакомых в Киеве у него нет, запить не должен – Сергей меру знал во всём. Никак беда какая случилась.
На совете было решено с утра идти на торг, постараться узнать, в чём дело.
Придя после завтрака на торг, я разделил людей по направлениям, чтобы сэкономить время. Уговорились встретиться у ворот. Я обходил продавцов, спрашивал вездесущих мальчишек, разговаривал с нищими. Пока никаких следов.
Через пару часов подошёл к воротам, Кирилл и Леша были уже там. Как только я подошёл, Леша меня сразу обрадовал: – Нашёлся Сергей!
– Тогда где же он?
– В темнице у посадника.
– За что?
– Подрался с каким-то купцом, его стража и задержала. Говорят, будет суд, только не знаю – княжий или посадничий.
Час от часу не легче, Сергей – и подрался? Для этого должны быть серьёзные причины. Хоть на торг ходили и без оружия, исключая ножи, но в драке всякое могло быть. Надо попробовать хотя бы узнать, в чём дело, и попытаться выручить. Не след бросать на произвол судьбы боевого побратима.
Расспросив людей, направились к посадской тюрьме. Однако тюремные стражи разговаривать не захотели, отвечали с каменными лицами – не положено, узнаете на суде. Чёрт, как всё не вовремя. Уходить из Киева пора, скоро дороги развезёт, совсем застрянем.
Пришли на постоялый двор, ребята мои приуныли.
– Не робей, мужики! Есть у меня одна задумка. Ночью попробую разузнать. – Глаза ребят засветились надеждой и любопытством.
Говорить я им ничего не стал, сам ещё не знал, получится ли? Чтобы не заблудиться на незнакомых улицах, отправился ещё засветло, нашёл тюрьму, сел в сторонке. Дождался темноты, подошёл поближе. Здание из камня, стены толстые, получится ли проникнуть внутрь? Несколько моих предыдущих, скажем так, прохождений были сквозь деревянные стены, и не такой толщины. Попробую.
Я прижался к стене, попробовал надавить. К моему удивлению и радости стена поддалась. Единственно, была более плотной. Если бревенчатая стена давала ощущение киселя, то каменную стену можно было сравнить, ну, не знаю, с плотным холодцом, что ли.
Я прошёл сквозь стену и попал в камеру. Темно, лишь над дверью тускло мерцает масляная плошка. Почти все спали, в камере стояла вонь от давно немытых тел, параш в углу, прелой соломы на полу.
– Сергей! – негромко позвал я.
В ответ – тишина. Я медленно обошёл спящих – здесь его нет. Через внутреннюю стену прошёл в соседнюю камеру. И здесь не повезло. Снова попробовал пройти в следующую камеру, и чуть не попался – это была комната тюремщиков. Я вовремя сделал шаг назад, меня не успели заметить – освещение и здесь было неважным. Придётся обойти.
Я высунул голову в коридор – никого, и вышел туда. Прошёл по коридору мимо комнаты тюремщиков и сунулся в следующую камеру. Не то – женская.
Сделав несколько шагов, снова проник головой в камеру. Здесь спали не все. Улучив момент, когда никто не смотрел на стену, прошёл весь. В углу сидел Сергей, с ним в камере было ещё человек десять страдальцев.
Когда я подошёл к Сергею, тот от неожиданности вздрогнул.
– Ты как здесь, Юрий? Тебя из-за меня схватили?
– Нет, успокойся, сам прошёл. Времени у нас мало, из-за чего тебя схватили?
– Купец новгородский обманывать стал, когда ткань мерил, ну я и не сдержался, врезал ему по наглой роже. Приказчики его – тоже в драку, я и им насовал, да стражники неподалеку случились, меня и повязали.
– Не надо было драку затевать, а уж коли затеял, не надо было позволить себя связывать; чему я вас только учил. Ладно, дальше-то что будет?
– Тюремщики говорят – завтра суд, – понурил голову Сергей.
– Попробуем тебя вызволить отсюда.
Говоря эти слова, я пока и сам не знал, как это сделать, не брать же тюрьму штурмом?
– Не падай духом, посмотрим, что суд покажет. По Ярославской Правде тебе грозят битье батогами и штраф. Со штрафом дело хуже – меньше двух гривен не присудят. Где их взять – ума не приложу. Завтра посмотрим, не горюй.
Я отошёл к стене, постоял немного; многие арестанты уже спали, положив руки под головы. Сергей задумался, а может, и задремал.
Я сунулся сквозь стену. В коридоре было пусто, он еле освещался редкими масляными светильниками на стенах. Пройдя почти весь коридор, свернул налево, пересек пустующую камеру, беспрепятственно вышел на улицу. Темно, пустынно. Гавкают собаки да слышится стук колотушек ночных сторожей. Пора и мне на постоялый двор, полночи уже прошло. Надо выспаться, неизвестно, что будет завтра, наверняка понадобятся силы.
Мои бойцы не спали, ждали меня. Я рассказал, что видел Сергея, пересказал наш разговор. Хлопцы повесили носы.
– Всем спать, завтра мы должны быть сильными и отдохнувшими, – и погасил светильник.
С утра, после завтрака, отправились к дому посадника. Небольшая площадь уже была полна народа. Мы протолкались поближе к креслу, пока пустому. Рядом стояли стражники. Со стороны тюрьмы раздался шум. Народ загомонил – ведут. Тюремщики вели арестантов на суд. Было их много – человек двадцать, связанных между собой за левую руку одной верёвкой. Стражники растолкали толпу, освободив проход, провели арестантов.
