Читаем без скачивания Мрак и рассвет - Джордж Энгланд

Возле ручья уже горел небольшой костер. Штерн видел, как в него подбрасывают дрова. Огонь разгорался, в его ярком свете факелы все больше бледнели.

На берегу инженер увидел группу занимающихся чем-то существ. Раздался крик боли, перешедший затем в стон, который резко оборвался. Еще один крик, третий. Вот нечто темное и бесформенное брошено в огонь, и вновь раздались нечеловеческие крики.

Штерну показалось, что он слышит пронзительную жалобную песню. Неожиданно тамтамы вновь застучали, но уже в ином ритме.

— Послушайте! Должно быть, те, у которых были факелы, истребили противника и завладели их тамтамами! Сейчас они сами бьют в них, но это у них не слишком хорошо получается!

— Вот свиньи! — выругался инженер. — Я доберусь до вас, когда приготовлю литр или два моего пульверита!

Он еще продолжал говорить, когда в лесу неожиданно воцарилась тишина. Расступившись, победители подталкивали кого-то к огню.

Дым от костра стелился по земле. Над деревьями с жалобным плачем кружила какая-то птица. Вновь раздался крик, скорее даже длительный пронзительный вой, от которого стыла кровь в жилах. Затем послышался хрип, сухой, похожий на щелчок, звук, и все смолкло.

Барабаны вновь начали оглушающе стучать в диком, все более ужасающем ритме.

— Скоты, — бормотал Штерн. — Подонки! Чем скорее у меня будет пульверит, тем лучше.

Решив действовать без промедления, инженер отвернулся от окна. Его охватили ужас и отвращение, пот выступил на лбу. Но он заставил себя улыбнуться и склонился над Беатрис. С облегчением Аллан увидел, что девушка спит.

Изнуренная долгим напряжением и усталостью в последние тридцать шесть часов, Беатрис прилегла на кровать и уснула, положив руки под щеку. Она была похожа сейчас на красивую маленькую девочку. С минуту Штерн любовался ею, охваченный теплым трепетным чувством.

Но при мысли, что беснующиеся внизу могут найти и захватить их, он стиснул зубы и сжал кулаки. Сейчас его вид мог внушить ужас и почтение любому противнику.

Он еще раз склонился к девушке и тихо поцеловал ее. Когда он выпрямился, его лицо не предвещало ничего хорошего тому, кто осмелился бы обидеть это юное спящее создание!

— Ну а сейчас за работу! — проговорил Штерн.

Он быстро прошел в другую комнату, где находились его инструменты и химикаты. Прежде всего он отыскал чайник, отобрал необходимые составляющие своей секретной взрывчатки.

«Теперь нужна вода!» — сказал про себя Штерн, беря в руку кастрюлю. Он подошел к ведру с водой и вдруг замер, удивленно сдвинув брови.

— Как? — воскликнул он. — Не может быть! Всего полулитр? Вот это да!

Теперь он вспомнил, что накануне, полностью отдавшись работе на телеграфе, не смог сходить за водой. Он проклинал свою беспечность, но делу это помочь, разумеется, не могло.

— Полулитр, — повторял в отчаянии инженер. — А мне как минимум нужно четыре или пять. К тому же нам еще нужно пить! А эти дьяволы расселись вокруг! Черт!

Он принялся ходить взад и вперед по комнате, стараясь что-нибудь придумать. Черты его лица еще больше ожесточились. Наступал новый день, но почему-то пения птиц не было слышно. В лесу продолжалась кровавая оргия, будто там пировал целый сонм вампиров. Штерн снова громко выругался.

Взяв себя в руки и приняв решение, он сказал вслух:

— Я спущусь вниз! Пойду посмотрю, что там творится!

Главный вопрос

Сейчас, когда он знал, что нужно делать, Штерн чувствовал облегчение. Любой риск, любая опасность были лучше полного бездействия здесь, в этом здании, окруженном дикой стаей.

Как и в первое утро, когда он уходил один в лес, Штерн написал Беатрис коротенькую записку, чтобы ока не волновалась. При помощи кусочка древесного угля он нацарапал на кусочке кожи:

«Мне необходимо пойти за водой и посмотреть, что произошло. Это абсолютно необходимо. Не бойтесь, я вооружен и смогу прийти к вам на помощь в любой момент. У вас есть карабин и винтовка. Ждите здесь и ничего не бойтесь. Вернусь, как можно быстрее.

Он положил это незамысловатое письмо возле девушки так, что она не могла его не заметить. Проверив оружие, инженер положил также рядом с Беатрис винтовку и карабин, засунул в кобуры оба револьвера и бросил последний взгляд в окно. Затем, взяв ведро, Аллан быстро, по-кошачьи бесшумно спустился по лестнице.

Он останавливался на каждой лестничной площадке, прислушиваясь и только потом продолжая свой путь. На третьем этаже Штерн без особого удивления увидел, что взорвавшийся котел почти полностью разрушил лестницу. Пользоваться ею стало невозможно.

Тогда молодой человек решил поискать другой путь. Он исследовал несколько боковых коридоров, пока, наконец, не наткнулся на другую лестницу, казавшуюся почти невидимой. Он спустился по ней, держа в одной руке ведро и револьвер в другой, готовый к любой неожиданности.

Наконец, он очутился среди руин Мраморного двора, некогда широко известного. Позолоченные скульптурные колонны упали, балюстрада исчезла, однако у Штерна не было ни времени, ни особого желания глядеть на эти грустные перемены. Он ускорил шаг и с трудом добрался до аркады.

Взрыв сильно повредил все вокруг. В земле образовалась огромная воронка, свалившиеся сверху массивные каменные блоки почти полностью завалили проход, все витрины были разбиты, а копоть окрасила все в черный цвет. Пепел и строительный мусор дополняли зловещую картину, однако Штерн не казался огорченным. «В случае нападения, — сказал он себе, — здесь можно устроить превосходную ловушку для этих проклятых каннибалов и всех их уничтожить!»

С мрачной улыбкой инженер двинулся по проходу в сторону леса Мэдисон и выхода, загороженного огромной елью. Чем ближе подходил Штерн к своей цели, тем сильнее напрягались его нервы, а рука все тверже сжимала револьвер.

У самого входа в аркаду молодой человек бесшумно пробрался в развалины небольшого бюро, наружная стена которого была сильно повреждена. Он надеялся найти там какой-нибудь проем или трещину, через которые он, оставаясь незамеченным, мог бы наблюдать за незваными гостями.

Поставив на землю ведро, стараясь бесшумно ступать по грудам мусора и даже дышать, инженер опустился на колени и двинулся вперед. Кое-где в стене виднелись трещины, через которые пробивался бледный свет. Штерн проскользнул между гранитным обломком и ржавой балкой, вокруг которой вилась виноградная лоза.

Он стал медленно оглядываться. И тотчас застыл от ужаса, едва сдержав готовый вырваться крик.

Хотя с высоты их жилища и при свете факелов у инженера и сложилось некоторое представление о неизвестных существах, он, однако, не был готов к тому, что увидел сквозь ветви кустарника, растущего возле самой стены. Аллан не мог поверить своим глазам. «Это какая-то галлюцинация, — подумал он. — Я, наверно, сплю!»