Читаем без скачивания Мрак и рассвет - Джордж Энгланд

— Вперед! — яростно крикнул Штерн. — Посмотрим, чем ответят нам эти исчадия ада!

Побледнев от охватившей его ненависти, он поднял револьвер. Аллан не стал пока выбирать жертву. Несмотря на жгучую ярость, он сознавал, что не время убивать, пока остается какая-либо возможность пройти к ручью. Он поднял револьвер повыше, направив его в крону клена, под которым собралась достаточно большая группа полулюдей, и нажал на курок. Пять листочков, медленно кружась, упали с дерева.

— Эй, вы! — крикнул Штерн. — Посмотрите-ка на меня!

В тот же миг легкий крик сорвался с губ девушки. Они ожидали, что стрельба должна произвести некоторый эффект, но то, что случилось, превзошло все их ожидания. Едва отгремели выстрелы и сбитые листья еще не успели опуститься на землю, в толпе воцарилось гробовое молчание.

Некоторые пришельцы стояли неподвижно, парализованные страхом. Другие упали на колени. Но большинство, тысячи и тысячи монстров рухнули навзничь на землю, стараясь поглубже зарыться в густой мягкий мох.

Над оцепеневшей толпой Штерн видел легкие кольца дыма от костра, разожженного возле ручья. Он понял, что на несколько коротких, но столь драгоценных минут путь свободен. Можно было принести воду, чтобы освободить себя и Беатрис от мучительной жажды, чтобы завладеть тем компонентом, без которого невозможно изготовить разрушительный пульверит. Сердце Аллана гулко билось в груди, отсчитывая драгоценные секунды.

— Смотрите, Беатрис! — гремел его голос над пораженной страхом толпой. — Смотрите, чем мы не боги! Как бы там ни было дальше… Боги! Это наш единственный шанс! Бежим скорее!

Колдун

Словно в кошмарном сне, шли они среди громадных деревьев.

— Не смотрите! — приказал Штерн, вздрогнув при виде груды обглоданных костей, кусков мяса и крови на зеленом лесном ковре. — Не смотрите! Просто идите за мной… Еще пять минут, и мы будем спасены. Только туда и обратно. Тише, не спешите! Считайте… считайте шаги. Один… два… три… Осторожно…

Молодые люди прошли десять метров, двадцать… Они смело шли то вперед, то сворачивая в сторону, чтобы не столкнуться с той или иной группой людей-обезьян. Крепко зажав в левой руке ведро, в другой Штерн держал револьвер. Беатрис также готова была открыть огонь из карабина, если в этом будет необходимость. Вдруг Штерн выстрелил три раза.

— Там в кустах кто-то зашевелился, — сказал он сердито. — Немного свинца заставит их быть чуть поспокойнее… Боги! — повторил он. — Не забывайте об этом ни на мгновение. Возможно, это поможет нам. Может быть, они являются потомками негров, и в их генах продолжает жить почтение к белому человеку, к его господству и превосходству. И мы как никогда кстати воспользуемся этим!

Он вновь принялся считать шаги. Медленно, напряженно вслушиваясь, они продолжали идти… Где-то близко раздался приглушенный рев.

— Как ты осмелился! — закричал Штерн, пиная ногой существо, которое пыталось поднять голову. — На землю, обезьяна!

Инженер ударил его ведром по голове.

Беатрис едва сдержала крик ужаса. Животное распласталось на земле. Люди властно, с высоко поднятыми головами продолжали путь. Господство или смерть! Их жизнь зависела теперь от степени крепости их воли, их влияния на существ, лежащих на земле.

В глазах Беатрис потемнело, сердце ее тяжело билось. Голос Штерна, отсчитывающего шаги, казался далеким и едва знакомым. Ее взгляд натыкался то на скрюченные костлявые спины, то на обезьянью голову, то на группу покорно съежившихся в грязи существ.

Но вот и узкая лесная тропинка, которая, огибая огромный и хорошо знакомый ей дуб, спускается вниз к заводи.

— Тише, спокойно, — произнес Штерн натянутым, как струна, голосом. — Мы почти дошли… Господи, что это?!

Он пошатнулся. Девушка почувствовала его руку на своем запястье, услышала прерывистое дыхание. Затем и она, она тоже увидела это.

Развернувшаяся перед ними картина могла, пожалуй, вывести из равновесия даже самого сильного и смелого человека. Возле краснеющего огромного костра в окружении обглоданных костей и черепов сидело еще одно чудовище. Оно, без сомнения, принадлежало к уже знакомым Аллану и Беатрис существам, хотя и полностью отличалось от них.

Штерн понял сразу, что перед ним гордый и бесстрашный вожак племени.

Он понял это по его огромному росту и силе, по почти человеческой улыбке на плоском горильем лице и проблескам сознания в красных глазах, по огромной гирлянде из кленовых листьев на голове и бусам из небольших костей на шее.

Еще не успев разглядеть всех деталей, Штерн был поражен неприкрытым каннибализмом, дух которого просматривался во всей фигуре этого монстра, дикого мутанта. Штерн похолодел от страха.

Вожак дикой толпы, колдун, сидящий вблизи угасающего костра, держал клыками в уголке рта скрученный коричневатый листок.

С первого же взгляда инженер узнал в нем табачный лист. Маленький красный огонек тлел внутри этой, с позволения сказать, сигары. Серый дым шел к небу изо рта громадины.

— Господи! — изумился инженер. — Оно курит! Мне казалось, что они все одинаковые! Быстрее наберите воды. Я вас прикрою.

Он поднял револьвер и прицелился в мускулистое тело колдуна.

Беатрис отдала Штерну винтовку, взяла ведро и пошла к заводи. Инженер слышал, как она зачерпнула воду. И хотя это длилось всего несколько секунд, ему показалось, что прошла вечность.

Четко отпечатались в его сознании все нюансы увиденного: худощавое и крепкое, похожее на человеческое, тело; правая рука, держащая копье со стальным наконечником; жуткое украшение (маленькая сморщенная ладонь) на левом запястье.

Штерн видел шрам, протянувшийся от правого уха до тяжелого подбородка вожака. От удара его глаз вытек и теперь напоминал рыбий. На голубоватом теле были и другие, более мелкие рубцы.

Вожак закричал и двинулся им навстречу. Инженер обратил внимание, что он не переваливался из стороны в сторону, как остальные, и его походка очень похожа на человеческую. Изумленный, не в состоянии пошевелить даже пальцем, Аллан глядел на приближающегося монстра.

Внезапно с диким оглушающим криком, с проворством тигра или возбужденной гориллы колдун ринулся вперед и одним прыжком покрыл разделявшее их пространство.

Его огромные красные глаза, не мигая, смотрели на Беатрис. Дикий огонь сладострастия горел в них. И в миг, когда девушка завизжала от страха, Штерн спустил курок.

Пуля не достигла цели. Внезапно правая рука инженера безжизненно повисла вдоль тела. Ошеломленный молодой человек опустил глаза. Что-то было не так! Но что? Пальцы отказывались повиноваться ему. Они вдруг потеряли свою силу и ловкость.