Я сидела на своей постели, согнув ногу в колене и медленно снимая бинт.
- Болит? – спросила она, глядя на меня.
- Уже нет, завтра можно будет купаться, - вынесла я вердикт, осматривая рану.- Ну, рассказывай, - я уселась поудобнее, так как чувствовала, что подруге не терпелось поделиться впечатлениями.
- Мы катались на серфе! Пару раз меня конкретно приложило по голове, и наверняка останутся следы по всему телу. В конце концов, Олег устал смотреть на мои страдания и сказал, чтобы я заканчивала, пока не превратилась в инвалида. Он такой заботливый, внимательный, - Кира расплылась в блаженной улыбке, - и еще собственник! – она закатила глаза. - Вот прям шагу ступить не дает!
Я засмеялась. Не часто удавалось Кире кем-то настолько увлечься.
- А этот Иван, - продолжала Кира, - показал нам пару приемов и учесал куда-то с девушкой, с которой познакомился прямо на пляже.
От этих слов мне стало неприятно на душе. «Значит, не любовь до гроба», - подумала я.
- А вы как с Борей время провели? - Кира села напротив меня в позе лотоса.
- Мы гуляли, разговаривали, он веселый и милый, - отозвалась я, пожав плечами.
- Веселый и милый? – переспросила она, - и все?
- И все. – отрезала я. – А ты знаешь, что существует восемь статуй Будды, и каждая соответствует своему дню недели, кроме среды… - я решила резко изменить тему и загрузить Киру полезной информацией.
Остаток отпуска мы провели купаясь и загорая на пляже, съездили на несколько экскурсий, посмотрели некоторые острова и даже посетили местный зоопарк. Особое наслаждение мне доставил настоящий тайский массаж. Программа была богатой и насыщенной. Я впитывала новые впечатления как могла, стараясь запомнить ощущение воды на своей коже, яркий свет солнца, такой болезненный для моих глаз, обжигающую теплоту песка под ногами, свежий запах морской соли в воздухе и легкий бриз в своих волосах. Мне казалось, что такого у меня больше не будет. Я снова вернусь в холодный серый Питер, где солнце было почти таким же дефицитом, как здесь снег.
Компания наша в большей степени разделилась по интересам. Я, Боря, Кира и Олег больше интересовались экскурсиями и новыми пейзажами, новыми пляжами. Маша с Кириллом каждый день занимались серфингом. Иван же жил по своей, неизвестной никому программе, встречались мы редко, в основном, за ужином. С нашего последнего разговора он обменялся всего лишь парой фраз, и то, снизошел своим вниманием только до Бориса.
Последний вечер перед возвращением домой, мы решили провести в местном баре на одном из самых густонаселенных пляжей Пхукета. На мне была длинная бирюзового цвета юбка и белоснежный обтягивающий топ без бретелей (в связи с чем от белья частично пришлось отказаться) и вышеупомянутые босоножки на танкетке. Благодаря тщательному контролю со стороны Киры за увлажнением с SPF защитой, моя кожа в первый раз в жизни приобрела ровный бронзовый загар, чему я была несказанно рада. К моему удивлению, в этот вечер даже Иван соизволил осчастливить нас своим присутствием.
Бар был небольшой по размеру, в центре помещения располагался подиум с несколькими пилонами, возле которых полураздетые, совсем юные девушки двигались в танце go-go. Вход был бесплатный, однако коктейли стоили втридорога, даже апельсиновый сок со льдом, который заказала себе я. Вдоль стен стояли небольшие столики, остальное пространство было занято танцующими. Не успели мы разместиться, как к нам сразу подошли принять заказ, одним словом, сервис радовал. Выпив по паре коктейлей, Кира и Маша потянули меня танцевать. Здесь надо отметить сразу, что танцевать я умела, но не любила. Переваривая в голове прошедшую неделю, мне хотелось только расслабиться и наблюдать, кроме того, отсутствие градусов в моей крови не позволяло мне находиться на одном уровне веселья, что и вся наша компания. Лично меня томила легкая грустная меланхолия. Кое-как отбившись от Киры, я осознала, что осталась сидеть за столиком с Борей и Иваном. Я слегка настороженно покосилась на Ивана, но спустя секунду поняла, что под громыхающую музыку он не сможет насолить мне, а полутьма скроет от меня его суровые глаза и вечно хмурые брови. Но я очень сильно ошибалась.
- Почему ты не танцуешь? - спросил меня Борис, наклонившись слишком близко к моему уху.
- Я сейчас не хочу, - отозвалась я.
- Да у нее обе ноги левые, - тут же прокомментировал Иван.
Подняв на него глаза, я увидела ухмылку и пренебрежение, в руке он держал сигарету. К курильщикам я всегда относилась скептически негативно. Очень сильно срабатывала программа, вбитая матерью в детстве мне в голову, о том, что курят только плохие мальчики и девочки, и что знакомство с ними ни к чему хорошему не приведет. В принципе, она оказалась в чем-то права.
- Не слушай его, он сам не умеет танцевать, - за меня решил заступиться Борис.
Иван только фыркнул в его сторону, встал и удалился, поглощаемый темнотой и толпой в неизвестном направлении.
- Ты сегодня отлично выглядишь, - проговорил Борис, потягивая второй или третий коктейль за вечер.
- Спасибо, - я опустила глаза на свой стакан. Меня всегда смущали комплименты. – Отличный был отпуск, я словно в раю побывала.
- Это точно, но меня больше впечатлила не природа, а компания.
«Так-так, это намек на меня? Или он всю нашу компанию имеет в виду? Или, может, он про Ивана?» - пока я размышляла, Борису принесли новый коктейль.
- Хочешь мандарин? – он протягивал мне дольку оранжевого цитруса, очевидно, пытался сгладить затянувшую паузу. Я отказалась.
Борис мне очень нравился. Очень. С ним было легко, тепло и приятно. Но, что самое интересное, большего мне не хотелось. Я впервые поняла, что значит дружба между парнем и девушкой. Не имея таковой никогда, я с сомнениями относилась к ее ссущетвованию. Но сейчас поняла, что все так просто… прозрачно просто, когда ты можешь поговорить, погулять, попросить о помощи или помочь сам, при этом тебе не надо выслушивать советы относительно нужных тебе платьев, таскаться с ним по салонам красоты, и делать прочую ерунду, чем занимаются девочки-подружки. Он был как альтернативная реальность. Причем весьма надежная, сильная, крепкая альтернативная реальность. Я понимала, что нравлюсь ему не как друг, и так как честность в отношениях для меня превыше всего, я при первой удобной возможности собиралась с ним поговорить, дабы не обнадеживать его и не заставлять страдать.
