— С тобой все в порядке? — спросила Тэсс, едва они оказались на земле.
— О да. Отличное развлечение! — Он даже потер руки.
— Ты хорошо держался.
— Занятия экстремальным спортом развивают координацию движений. Эти крыши не более опасны, чем средней сложности маршрут в Скалистых горах.
— Я рада, что ты такой спортивный, — засмеялась Тэсс. Ее забавляло самодовольство Доминика. — Мы в трех кварталах от нашей квартиры. Только, — она оглядела себя, — в таком виде выходить на улицу опасно. Нас остановит первый же встречный полицейский.
— Теперь-то можно снять смокинг? — Не дожидаясь разрешения, Доминик скинул пиджак и набросил его на плечи Тэсс. Она практически утонула в нем, как в пальто. — Только туфель не хватает. Минутку. — Он посмотрел в сторону улицы. — Кажется, я вижу там магазин и он еще не закрыт.
Прежде чем Тэсс успела сказать, что проще поймать такси, он уже вышел из переулка, пересек улицу и скрылся в магазине. Тэсс увидела, как он что-то говорит продавцу, и улыбнулась. Подумать только! Неужели можно получать удовольствие от общества этого гражданского даже в неприятных ситуациях?! Она тут же себя одернула: просто чудо, что им с Домиником удалось уйти невредимыми. Он же ничего не знает и не умеет. Экстремальный спорт, которым он так хвастается, может, и развивает быстроту реакции и ловкость, но от пули не убежать. Надо срочно от него избавляться. Отослать домой, в его роскошный особняк, и никогда больше не видеть… При мысли об этом непривычно и совершенно непонятно заныло сердце.
Доминик вернулся через несколько минут с лодочками для Тэсс, оказавшимися впору.
— Запомнил размер? — удивилась она.
— У меня хорошая память.
— Сплошные достоинства, — поддразнила его она. — По крышам бегать умеешь, память у тебя хорошая, родословная такой длины, что можно растянуть от начала до конца Бродвея…
— Рад, что ты это наконец оценила, — без улыбки сказал Доминик, подал ей руку и повел ловить такси.
В такси они только и делали, что целовались. Доминик сразу привлек Тэсс к себе и приник к ее губам, а она не сопротивлялась — адреналиновый выплеск сошел на нет, на несколько минут можно расслабиться. Тэсс почувствовала холод, но руки Доминика согрели ее. Жаль, что поездка продолжалась всего несколько минут: водитель такси высадил парочку на углу, одобрительно хмыкая.
На улице было полутемно, и Тэсс вынула из сумочки пистолет. Маловероятно, что преследователи сумели вычислить конспиративную квартиру, но осторожность не помешает. Впрочем, по дороге никто не встретился, в подъезде и на лестнице тоже было пусто. Из-под входной двери пробивалась полоска света, и Тэсс, отодвинув Доминика в тень, аккуратно скользнула в квартиру. И остановилась: там никого не было, кроме Тома и Дэвида, поднявшихся ей навстречу.
По их лицам Тэсс поняла, что дела хуже, чем она думала.
— Как это произошло?
Она стояла, отвернувшись к окну. Это была старая привычка: слушать плохие новости и смотреть за окно, где живет мир. Как будто это может что-то изменить. Неважно.
— К сожалению, мы не могли долго там задерживаться. — Дэвид молчал, и Томас отдувался за двоих. — Эти парни, их было двое, загнали Адама в переулок, выстрелили — мы слышали — и вышли через несколько секунд. Скрылись в консульстве. Почти сразу подъехала полиция.
— Придется звонить Трэвелсу, — сказала Тэсс, отворачиваясь от окна — все равно ничего не видно, даже бирюзовые трусы покинули веревку. Она посмотрела в печальные глаза Тома. — Пожалуйста, займись. Нужно забрать тело у местных властей.
— Да, шеф. — Том вышел в другую комнату.
— Не могу понять, почему его не взяли живым, — пробормотал Дэвид. — Могли бы вытрясти информацию.
— Возможно, у них был приказ взять живыми только нас. — Тэсс кивнула на Доминика, который сидел в углу, подперев кулаком подбородок, и внимательно слушал. — Возможно, Адам их вынудил. Или парни погорячились. Узнать это мы можем, только взяв одного из них. У нас есть их изображения?
— Да, шеф. Это телохранители Аркетта, и мы их сразу проверили. Все чисто. «Аль-Хариджа» тут ни при чем. Обычные громилы с пушками.
— Эти обычные громилы завалили нам психолога. Который по непонятной причине предпочел умереть, а не попасться в плен. Во время нашего последнего разговора Адам сказал, что узнал человека, который за ним идет. И тут я его прервала. Возможно, это был некто неучтенный? Тот, кого мы не приняли в расчет?
— С другой стороны переулка? — уточнил Доминик, не меняя позы.
Тэсс с интересом покосилась на него.
— Да. Его могли обойти.
— И пристрелили, потому что живым бы он не дался.
— Или это случайность: они промахнулись в темноте, — предположил Дэвид.
— Вариантов множество, и мы можем плодить их до бесконечности, — подвела итог Тэсс. — Давайте сначала получим тело.
Ночь прошла без сна. Трэвелс явился по вызову немедленно и переправил команду на другую квартиру, маленькую и тесную, сообщив, что до утра все равно ничего сделать не удастся. Тэсс отправила своих людей и Ригдейла спать, а сама приняла волшебную синюю пилюлю из чемоданчика со стимуляторами и связалась с штаб-квартирой. Разговор с Джобсом вышел коротким и деловым. После него Тэсс еще долго сидела у стола, уронив голову на руки и глядя, как в окне понемногу светлеет: рассвет подкрадывался, словно кот к мышиной норе.
— Не спишь? — Тяжелая рука легла на плечо, и Тэсс подняла голову. Доминик переоделся в светлые джинсы и свитер, но, судя по покрасневшим глазам, не ложился.
— Я же велела тебе идти отдыхать.
— Пойдем со мной. Тебе вовсе незачем сидеть у стола.
— Я все равно не усну.
— Тогда полежим в обнимку. Идем.
Она устроилась рядом с ним на узком диване, прижалась к нему и закрыла глаза. Сон все равно не придет, но можно полежать так не двигаясь, и, возможно, ее озарит гениальная идея, как распутать этот клубок и не потерять больше ни одного человека.
— Ты выплакалась?
— Нет, и не собираюсь.
— Слез нет оплакивать мистера Фейермана?
— Ни слез, ни времени, Доминик. Мне жаль Адама, но он профессионал, и он совершил ошибку. У нас на работе за такие ошибки платят жизнью.
— Вот он и заплатил.
— Верно. А вот если бы ты не умел бегать по крышам, за твою ошибку платила бы я. И не скажу, что мне это понравилось бы.
Он хмыкнул.
— В этом разница между мирным населением и вами, крутыми ребятами?
— Точно. Мы остро осознаем последствия своих поступков и никого не любим.
— Так уж и никого?
Тэсс промолчала.
9
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
