Логан снова поймал сочувственный взгляд Трента и мысленно обругал себя. Репортерам он лгал без зазрения совести. Репортеры – падаль, готовая на все ради информации, но Трент – совсем другое дело. С этим стариком приятно даже выпить.
То, что не убивает, делает тебя сильнее.
И он стал сильным, черт побери.
Если бы его «учительница» Зоуи была жива, он не стал бы защищать ее, но она умерла еще до того, как он покинул лагерь, а что касается Аманды Маккорд… пусть живет своей жизнью.
Келли не унималась:
– Почему, записываясь в морскую пехоту, вы назвали своим местожительством Мейплтон в Калифорнии? По моим сведениям, никакие Маккорды никогда там не жили.
Логан не удивился ее умению раскапывать информацию и даже выдавил подобие улыбки.
– Когда мне было около шестнадцати, мы проезжали через этот городок. Провели несколько ночей в заброшенном трейлере.
Келли нахмурилась:
– Но офицеры, принимающие новобранцев, должны проверять факты.
– Уверяю вас, адреса они проверяют редко. Их волнуют лишь юридические осложнения, если вдруг новобранец окажется несовершеннолетним. У меня было свидетельство акушерки, и я выглядел старше восемнадцати лет.
– Вы никогда не догадывались, что Маккорды – не ваши настоящие родители? – спросил Трент.
– Такая мысль мне даже в голову не приходила.
– А жаль. Вы могли вырасти здесь и иметь все преимущества, которые Стэнфилды…
– Не стоит об этом говорить. Мне повезло, что Маккорды нашли меня. Неужели вы верите, что деньги Хейвуда Стэнфилда помогли Аликс или Тайлеру? Тайлер – самоуверенное ничтожество, а Аликс – тщеславная стерва.
Логан с трудом верил в то, что в его жилах и в жилах близнецов течет одна и та же кровь, и благодарил бога за гены Аманды Маккорд, благодаря которым стал тем, кем стал.
– Я доволен своим прошлым и настоящим и хочу одного: побыстрее покончить с этой чертовой пресс-конференцией и вернуться к своей работе.
– Но ведь вы не сможете вернуться в «Кобру», – воскликнула Келли.
Логан допил остатки текилы, старательно изображая невозмутимость.
– Ну и что? Найду что-нибудь интересное.
– Логан, а как же Маккорды? – спросил Трент. – У похищения нет срока давности. Им могут предъявить обвинение.
Даже под дулом пистолета он не смог бы объяснить, почему защищает мать, вернее, отвратительную пародию на мать.
«Выпутывайся сам, или можешь сдохнуть». Мать часто повторяла это любимое выражение своего брата Джейка.
Аманда и Джейк Маккорд основали лагерь «Последний шанс» и наверняка все еще живут там, но Логан не хотел, чтобы на них обрушились орды репортеров. Если его матери и дяде нравится гнить в той мерзкой дыре, пусть гниют.
– Когда я видел Маккордов в последний раз, они собирались в Мексику. Отец сказал, что жизнь там дешевле.
– Когда это было? – спросила Келли.
– Перед тем как я собрался в армию. Родители дали мне право выбора: я мог отправиться с ними в Мексику или начать самостоятельную жизнь.
– Вы что-нибудь слышали о них с тех пор? – спросил старик.
По тону вопроса Логан понял, что воспитавших его людей Трент Фарли никогда бы не понял.
– Я не знаю, где их искать, да и не уверен, что хочу этого, а они не знают, где я.
Келли взглянула на деда, и Логану показалось, что он слышит ее мысли: «Какое счастье, что у меня есть любящий дед».
Черт побери, она даже отдаленно не представляет, как ей повезло.
– Логан, вы знаете, кто ваша настоящая мать? – спросила Келли. – Вуди Стэнфилд сказал вам?
Логан смахнул волосы со лба, стараясь не показать своего раздражения.
– Какая-то женщина, у которой был короткий роман с сенатором. С помощью шантажа она заставила отца усыновить меня.
Похоже, его признание взволновало и Келли, и Трента. Ладно, это все же как-никак полуправда. И вполне приемлемая.
– Пойду помогу Уме подать главное блюдо и отпущу ее домой, – сказала Келли, поднимаясь. Перед глазами Логана соблазнительно мелькнули ее ноги, чуть прикрытые короткой юбкой. – Останемся здесь или перейдем в дом?
– Здесь, – откликнулся Трент. – Воспользуемся последним теплом, а то уже скоро будет холодно, чтобы ужинать на свежем воздухе.
Веранда, освещенная испанскими фонарями, нависала над Дубовым ручьем. Вода бурлила в усыпанном камнями русле, и ритмичный звук успокоил бы нервы большинства людей. Большинства, но не Логана.
Нельзя терять бдительность. Его рука автоматически опустилась и нащупала рюкзак, лежавший на полу у ее ног, взгляд скользнул по густым зарослям, почти полностью скрывавшим красные каменистые берега. В этих кустарниках мог спрятаться кто угодно, но без бинокля ночного видения ничего разглядеть не удастся, а вытаскивать из рюкзака бинокль и тревожить Трента Логан не хотел.
– Могу представить, что случилось, когда Стэнфилды увидели вас, – сказал Трент. – Джинджер закатила истерику, Бенсон Уильяме не скрывал враждебности, близнецы держались холодно, а Хейвуд лез вон из кожи, чтобы загладить неловкость, так?
– Вы что, были мухой на стене в то утро, когда я постучался в дверь Стэнфилдов?
– Я просто давно знаю их. Вы – неожиданная трещина в политической броне Вуди. Близнецы перепугались до смерти оттого, что придется поделиться с вами семейным состоянием. Джинджер цепляется за любой предлог, чтобы привлечь к себе внимание. Уильяме, как всегда, приходит на помощь, направляя события в нужное русло.
Логан не удержался от вопроса:
– Хейвуд, похоже, умный и волевой человек, однако позволяет Уильямсу командовать. Почему?
– Кто знает? Бенсон давно и прочно обосновался в семье. Он никогда не был женат, посвятил всю свою жизнь политической карьере Хейвуда. Кое-кто говорит, что у него есть компромат на сенатора, другие – что он и Джинджер – любовники. Я не знаю, что там происходит… О, вот и креветки! Ума готовит их изумительно, особенно удается ей этот рецепт – креветки с кактусами, – воскликнул оживленно Трент, когда Келли и Ума вернулись с подносами, полными еды.
Желудок Логана ощутимо возрадовался любимому блюду.
Креветки он обожает. Но креветки в кактусах? Черт побери! Кактусы – это из области тренировок на выживание, когда тебя сбрасывают в пустыне без еды и воды. Но сочетать кактусы с креветками – это уж слишком!
