Отделенный от туловища череп был размозжен страшным ударом, а то, что осталось от тела, выглядело так, словно побывало в гигантской мясорубке. И все-таки ошибки быть не могло: погиб парень из нашей группы. Кровавыми ошметками его камуфляжа был усеян весь двор.
— Кто? — одними губами спросил Лешка у Величко.
— Рыбалин, — ответил тот, не в силах отвести глаз от страшного зрелища.
Здесь я должен сделать небольшое отступление, правда, назвать его лирическим не рискну. Просто примите как данность: что я, что Лешка повидали в этой жизни много смертей. Поэтому нас не так-то просто смутить видом растерзанного или разложившегося трупа. Но этот случай был особенным. Мы столкнулись с какой-то чертовщиной, которая властно вторглась к нам и отправила на тот свет далеко не худшего бойца. Я знал Семена Рыбалина достаточно давно. Этот парень прошел через огонь и воду в двух локальных конфликтах, и я просто не мог себе представить, чтобы он безо всякого сопротивления отдал свою жизнь. Но то, что открылось нашим глазам этим утром, явственно доказывало: человек погиб, как баран на бойне. Такой смерти не хотел бы для себя ни один из нас.
О, я уже вижу — вы хотите сказать, что умирать вообще никто не хочет. Да, вы, безусловно, правы. Но для нас, людей, сделавших своим ремеслом войну и часто ходящих по грани, отнюдь не все равно, какую смерть принять. Погибнуть в бою почетно. А умереть в результате предательского нападения из-за угла, даже не успев нанести противнику ответный удар, горько и обидно. Обиднее этого может быть только смерть от запущенного гриппа или под колесами пьяного лихача.
В воздухе витал тошнотворный запах свежепролитой крови, и у меня сами собой сжались в кулаки руки. Оглянувшись на отряд, я заметил, что в глазах всех без исключения бойцов разгорается недобрый огонек. Кто бы там ни скрывался за образом неведомой Твари — теперь он стал нашим кровным врагом. А то, с какой наглостью и сноровкой действовал убийца, убеждало нас, что мы имеем дело с очень хитрым и крайне опасным противником, оснащенным, помимо когтей и клыков, еще и весьма развитым интеллектом. Ведь Тварь сумела подкараулить и убить одного из лучших наших бойцов практически мгновенно и совершенно бесшумно — мы все привыкли спать крайне чутко, но ночью никто ничего не слышал.
Опросив заведующую клубом, обнаружившую труп, и выяснив, что она ничего не видела, мы собрали то, что осталось от Семена, в мешок и отнесли его на ледник. А затем вернулись и стали подробно изучать место убийства.
Меня сразу смутило то, как выглядела кровь, залившая стену сарая. Да и количество крови было таким, словно здесь убили не одного, а трех-четырех человек за раз. Судя по всему, Лешку это тоже насторожило.
— Тебе не кажется, что кто-то хочет нас запугать? — спросил он меня.
— Ага. Складывается такое впечатление…
— Вот и у меня ощущение, словно присутствую на какой-то кошмарной постановке театра абсурда, и все, что я вижу вокруг, — декорации к этому спектаклю. Смотри, кровь легла не брызгами, как этого следовало бы ожидать, а широкой сплошной полосой с потеками, словно ее сюда из ведра плеснули.
— Значит, ищем кровавое ведро?
— Сдается мне, тот, кто против нас играет, наверняка позаботился о том, чтобы понадежней спрятать улики. Опять же: что мы должны были подумать, натолкнувшись поутру на труп бойца?
— Вышел ночью по нужде, по дороге в сортир на него напала Тварь.
— Ага, и эта Тварь настолько умна, что прихватила с собой его пистолет! Все, что мы обнаружили на теле Рыбалина, — это нож с бедра, так и оставшийся лежать в ножнах. Андрей уже проверил: оружие Семена в комнате отсутствует. И после этого кто-то будет утверждать, что парень просто неудачно сходил до ветру?!
— Неувязочка получается, и солидная…
— Мне так кажется, он что-то заметил или что-то его насторожило. Рыбалин покинул клуб уж точно не для того, чтобы посетить сортир. Скорее всего хотел что-то проверить или выяснить.
— Но тогда вопрос: где же его убили?
— Сдается мне, что все-таки не здесь. Подкараулили, грохнули, а затем подбросили нам под дверь.
— Лех, только честно: ты считаешь, Семена убили люди? Или это все-таки была Тварь, о которой нам талдычит каждый, кому не лень?
— Люди этого сделать не могли. Нелюди — запросто! А если серьезно, не знаю, Стас. Но факт остается фактом: тело Рыбалина изорвано когтями и клыками. Я даже не представляю, каких размеров должна быть зверюга, которая это сотворила. Одно лишь точно: Семен что-то заподозрил, поэтому и вышел из дома при полной амуниции. Разве что автомат решил не брать.
— А почему он никому ничего не сказал?
— Да мало ли! Может, счел это не стоящим внимания, решил, что нечего нас из-за всякой мелочи будить. А может быть, боялся след упустить, торопился сильно. Может, еще что-то — теперь уже не узнаем…
— Кстати, а ведь шаман вчера не говорил, что Тварь убивает в поселке! По его словам, трупы всегда находили либо в лесу, либо на побережье. Так с чего это она вдруг резко изменила свои повадки?
— Значит, вот тебе еще одно косвенное подтверждение того, что Рыбалин погиб не здесь.
— Слушай, а может, это чья-то дурная шутка? Что, если Семен и впрямь столкнулся с Тварью, а кто-то из местных, увидев труп, не поленился перетащить его к нам!
— Ага, а для пущего эффекта еще и стены кровью залил! Вот поставь себя на место этого «шутника»: вместо того чтобы при виде трупа драпать со всех ног в поселок, ты аккуратненько собираешь все ошметки, тащишь их до клуба, рискуя тем, что тебя увидит кто-то из своих же, затем где-то находишь пару ведер крови, заливаешь ею землю и забор… И это, между прочим, в то самое время, когда все твои односельчане предпочитают нос на улицу не казать и по домам отсиживаются, да и ты по логике вещей должен заниматься тем же самым. Столько сложностей… Для чего, спрашивается?!
— Кому-то очень хочется, чтобы мы побыстрее отсюда свалили. Да не просто свалили, а мчались со всех ног, — предположил я.
— Не катит. Это не объясняет, зачем тело Рыбалина подкинули к клубу.
— Тогда, напротив: кто-то хочет, чтобы мы остались и разобрались с Тварью…
Мы переглянулись и хором воскликнули:
— Староста!..
Вернувшись в клуб и отдав бойцам распоряжение не высовываться без нужды на улицу и быть бдительными, мы с Лешкой отправились к старосте. Имел ли он отношение к загадочному появлению истерзанного трупа Рыбалина возле клуба или нет, но нам в любом случае требовалось организовать связь с райцентром. Свою штатную рацию мы отдали курьеру, а запасной у нас не было. Корабельная же была сломана и демонтирована, видимо, еще в те времена, когда траулер не проржавел и наполовину.
