выдался день. В лавке я постаралась не задерживаться, расплатилась с улыбчивым лавочником и сбежала.
– Думала, вы живете в академии, – заметила я, когда мы остановились у двухэтажного дома в самом центре города. На главную улицу выходила обычная дубовая дверь под кованым навесом. Пятачок у входа освещался магическим фонарем.
– Так и есть. – Ректор кивнул и дернул дверь на себя, пояснив уже в помещении: – Эта квартира осталась у меня с тех времен, когда я работал в столице. Она маленькая и не очень удобная, но спасает, если нужно переночевать в городе. Поэтому я и держу ее за собой.
Через дверь мы попали в широкий холл, который являлся общим для всех жильцов. Здесь все очень сильно напоминало недешевую гостиницу. Темно-синие ковровые дорожки, портье за массивной дубовой стойкой и два охранника, скучающие возле лестницы.
– Добрый день, герр ректор, – поприветствовал моего спутника круглолицый мужчина за стойкой, передал ключи и мазнул по мне любопытным взглядом. Стало не по себе. К щекам прилила кровь. Не нужно долго гадать, за кого меня приняли. Ну и наплевать! Я все равно больше здесь не появлюсь. – Вы давненько у нас не останавливались.
– Дела, Густав, дела! – Арион вежливо улыбнулся и направился в сторону лестницы.
Квартира располагалась на втором этаже в самом конце коридора, а окна выходили на главный кафедральный собор столицы – там заседал совет магов.
Минус у квартиры имелся один, но существенный. В ней практически не оказалось мебели. Огромная кровать в спальне, два кресла перед камином в гостиной и дубовый стол со стульями в небольшой столовой. Был еще массивный шкаф, но его наличие или отсутствие меня волновало мало. Спать в нем нельзя.
– Э-э-э… – начала я, а Арион стащил прямо через голову грязную рубашку и подошел к шкафу.
Я зажмурилась. Зачем он со мной так? Сильная широкая спина со жгутами мышц вдоль позвоночника теперь стояла перед моим внутренним взором. Можно было открывать глаза. Все равно вид обнаженного по пояс начальника будет меня теперь преследовать! Вот почему он непозволительно хорош? Что мешало ему отрастить брюшко, вполне уместное для мужчины его возраста и статуса? Но нет! Арион фон Расс мог похвастаться накачанным прессом, массивной грудной клеткой и широкими плечами, на которых вздувались бугры мышц. Хоть сейчас отправляй на гладиаторскую арену.
– А я предупреждал, что вам не понравится, – заметил ректор, заставив меня очнуться. Достал светлый длинный халат из шкафа и со словами: – Порежьте сыр, пожалуйста, – скрылся за дверью в ванную комнату, а я осталась в задумчивости стоять в центре зала, пытаясь решить для себя, где хуже спать: с ректором в кровати или в кресле у камина – коврик там вроде бы ничего.
Я тоскливо посмотрела на дверь в ванную, вздохнула и, ополоснув руки под краном на кухне, нарезала мясо и сыр на плоскую тарелку, которую нашла тут же. Вино открывать не стала, обычно для меня такие эксперименты заканчивались плачевно, но отыскала в шкафу большие бокалы на длинной ножке и тарелки из тончайшего полупрозрачного фарфора – такие и в руки брать страшно.
«И вообще, ректор – редкостный нахал! – думала я. – По всем правилам приличия, он должен был бы предложить девушке первой принять душ».
«По всем правилам приличия, – ехидно шепнул внутренний голос, – ты, Мира, не должна была оставаться ночевать с начальником в одной комнате».
Нам читали «Правила поведения личного помощника» целый семестр, а я нарушила, наверное, их все. С Арионом фон Рассом – особенно. Я же с ним едва не поцеловалась!
За подобную распущенность и мягкотелость я себя почти ненавидела, поэтому к тому времени, когда из ванной появился ректор в одном полотенчике, обернутом вокруг бедер, я была зла, как лишенный Васика шушель.
– Вы! Вы! – Слова застряли в горле, и я могла только возмущенно сопеть и тыкать в ректора пальцем. Не осталось не только слов, но и простора для воображения. Не скрою, начальник притягивал взгляд и явно наслаждался произведенным эффектом.
– Я подумал, что вы тоже будете претендовать на халатик. А он у меня один. Так что считайте это… – ректор развел руками, и у меня перехватило дыхание от вида играющих мышц на груди, – жестом доброй воли.
– Вы… просто… просто… – Дар речи я так особо и не обрела, поэтому устремилась в ванную, надеясь, что там, кроме халатика, есть еще и запасное полотенце.
Полотенце, к счастью, в наличии имелось, а халат ректора был таким длинным и широким, что после душа я замоталась в него, словно в кокон, и почувствовала себя в относительной безопасности.
Из запотевшего зеркала на меня смотрело испуганное, преступно юное существо без грамма косметики на лице. Я встряхнула влажными волосами, которые в мокром виде завивались в совершенно плебейские кудряшки, выдохнула и вышла в комнату.
Ночь в одной квартире с ректором пугала, но зато никуда не нужно было тащиться, и я точно знала: моей жизни ничего не угрожает, да и чести – вряд ли. Ректор был мужчиной специфическим, иногда излишне резким, но на маньяка не походил.
Наверное, окажись на моем месте кто-то другой, вечер закончился бы спокойно, так, как и рассчитывал Арион фон Расс.
Когда я появилась в дверях, ректор, удосужившийся надеть на себя лишь светлые домашние штаны, разливал по бокалам вино. Я замерла на входе, всего на секунду задержав взгляд на начальнике, который с кошачьей грацией передвигался у стола. Он заметил меня, хищно улыбнулся и решительно шагнул навстречу. Я пискнула, отпрыгнула и, запутавшись в полах халата, начала падать.
– Демоны, Мира! – рыкнул он. Сделал стремительное движение и попытался меня поймать. Ему это почти удалось, но устоять на ногах мы все же не сумели и рухнули в проходе.
Единственное, что успел сделать Арион, – это поддержать меня за затылок, и головой я не приложилась. Хорошо хоть, он при падении постарался перенести вес на свободную руку.
Теперь ректор грозно нависал надо мной, одной рукой поддерживая за шею, а другой упираясь в пол возле моей головы.
– Извините… – Я сглотнула, уставившись в полыхающие алым глаза. Кажется, я снова его разозлила.
– Ты совершеннейшее недоразумение, Мира! От тебя – одни неприятности.
– Ага.
Я кивнула, проигнорировав грубость, и шевельнулась, пытаясь выбраться из-под сильного мускулистого тела, придавившего меня к ковру. Полы халата разошлись, и моя обнаженная голень скользнула по ноге Ариона. По спине пробежала волна жара, а к щекам прилила краска.
Ректор это заметил, усмехнулся и приблизился к моему лицу, намереваясь что-то сказать, но не успел. В замке повернулся ключ, начальник испуганно вздрогнул, дверь в квартиру открылась.
– Арион, я увидела свет в окнах и не могла не заглянуть в гости!
Ректор попытался от меня отскочить, но встать сразу ему не удалось: я вцепилась мертвой хваткой, так как, поднимаясь, он дернул халат, а я
