— Я не думаю, что это обязательно, — возразил парень, убрав ее руки со своей шеи.
— А что, разве тебе не понравилось? — игриво спросила Сонечка, проведя пальчиком по его щеке.
— Нет, — холодно ответил Артур. — Пойдем, я провожу тебя домой. Мне кажется, я уже достаточно расплатился за то, что ты приняла мое предложение.
— Бука, — надула губы девушка, но тут же снова рассмеялась. — Ладно, пойдем.
Всего этого Рита уже не видела. Едва Сонечка отстранилась от Артура, как оцепенение, владевшее девушкой, исчезло. Рита отвернулась от этой парочки и бросилась бежать, ничего не видя и не слыша, ни о чем не думая. Но она тут же с размаху налетела на Нековбоя и чуть не упала, но друг подхватил ее и прижал к себе. Рита спрятала лицо у него на груди и замерла, не позволяя себе ни о чем думать, зажмурив глаза. Пылающие щеки приятно холодила мокрая от снега кожа куртки Василька, его рука успокаивающе гладила девушку по волосам. Рита не сразу поняла, что он осторожно ведет ее куда-то, удаляясь от злополучного парка, а когда поняла, не стала возражать.
— Ритуль, ты как? — прозвучал над ухом девушки встревоженный и полный сочувствия голос Вики.
Рита остановилась, вынуждая остановиться и Нековбоя. Несколько мгновений она молчала, не поднимая головы, судорожно сжав отвороты его кожаной куртки, потом, вздохнув, посмотрела на подруг. Ее глаза были сухими, и она… улыбалась!
— Ты в порядке? — недоверчиво спросила Лиля.
— В полном! — заверила ее Рита.
— Но… но… точно все хорошо?
— Ну, конечно, не так хорошо, как хотелось бы, но в общем и целом вполне удовлетворительно.
Девушка посмотрела на озадаченные лица своих друзей и рассмеялась.
— А вы, наверняка, думали, что я буду биться в истерике? Так вот — не буду. В конце концов, я получила что хотела. Я шпионила за чужим свиданием, чтобы понять, какие же у них отношения, и заработала то, чего заслуживала. Теперь я свободна от Артура. Он не имеет больше власти надо мной. У него есть своя девушка, и я рада за него. Честное слово, рада! Я же с самого начала знала, что все это безнадежно, но все продолжала на что-то надеяться, наивная дурочка. Жизнь расставила все по местам, и хорошо, что это произошло до того, как я наделала всяких глупостей. По правде говоря, я впервые за последние несколько месяцев чувствую себя по-настоящему счастливой!
И девушка снова засмеялась, подняв лицо и руки к небу и кружась на месте. Однако друзья не разделяли ее чувств. Они продолжали молча буравить ее подозрительными взглядами. Рита остановилась и с осуждением посмотрела на них.
— Ну что вы глядите на меня, как на сумасшедшую? Я же говорю — все нормально! Могли бы и порадоваться за подругу.
— Мы-то, конечно, очень за тебя рады, — отозвалась Вика, — но больно уж странно ты себя ведешь.
— А что тут странного? — удивилась Рита. — Я избавилась от своих цепей и радуюсь этому.
— Еще пару часов назад ты была в черной депрессии только от того, что у Артура появилась подруга, а теперь, когда стало ясно, что между ними что-то есть, ты вдруг цветешь и пахнешь. Это ли не странно?
— Я депрессовала вовсе не из-за появления Сонечки, — возразила девушка, — а от неопределенности. Это ведь самое ужасное — когда не знаешь, чего тебе ждать. Теперь же все стало понятно, вот я и ожила. И вообще, хватит уже об Артуре и его хваленой Сонечке. Давайте лучше веселиться! Ведь сегодня же праздник! Пойдемте в клуб!
Друзья многозначительно посмотрели друг на друга. Никому из них не нравилось нездоровое возбуждение Риты, ее необъяснимая веселость. Они не поверили ни одному ее исполненному бодрости слову. Одно они решили для себя сразу: ни в коем случае нельзя сегодня оставлять подругу одну. Да и клуб явно не то место, куда стоит приводить девушку, которая пытается за показным жизнелюбием спрятать боль и отчаяние, поселившиеся в ее душе.
— Да ну его, этот клуб! — махнула рукой Лиля. — Я уже и так сегодня набегалась да наплясалась на морозе, аж ноги болят. И промерзла до мозга костей. Пойдемте лучше ко мне. Папа нам не помешает, он сегодня в ночную смену. Посидим, поболтаем, чайку горяченького попьем…
— Отличная мысль! — воскликнула Рита. — Только чай предлагаю заменить пивом. В конце концов, мы же собирались отметить начало каникул, а чай для этого — не самый подходящий напиток.
Так они и сделали. Купили пива и пошли к Лильке. Неугомонная Рита затеяла танцы, громко включив музыку, потом они пели караоке, играли в фанты, снова танцевали… Когда пиво кончилось, Маргарита потребовала еще. Нековбой пытался ее образумить, но девушка с непреклонным видом заявила, что если он не пойдет за добавкой, тогда она пойдет сама и вряд ли вернется. Что оставалось делать бедному парню? Он видел, как отчаянно Рита изображает веселье, но ее жалкие попытки выглядеть счастливой лишь вызывали у него грусть. Но ни он, ни Лиля с Викой не подавали вида, что замечают напряженность, в какой их подруга выдавливает из себя радостный смех, как будто принимали все это за чистую монету. Друзья вели себя так, как, наверное, ведут себя родственники безнадежно больного, выполняя все его капризы и безропотно снося все причуды умирающего. Так что Васильку волей-неволей пришлось идти за пивом. Он-то хорошо знал свою взбалмошную подругу. С нее станется купить себе пива самой, напиться где-нибудь на улице, в том же парке, например, и непременно найти себе неприятностей на то самое место.
Рита хлестала пиво как заправский алкоголик, даже не чувствуя его вкуса. Хотелось забыться, напиться до такого состояния, чтобы ее поддельное веселье превратилось в настоящее, но ничего не получалось. Правду говорят — спиртное только все усугубляет. Если тебе радостно, то от алкоголя станет еще веселее, а вот если наоборот, то хоть волком вой.
Девушка устало прикрыла глаза. И тут же увидела слившихся в поцелуе Артура и Сонечку. Рита быстро открыла глаза и печально подумала — когда же она сможет вспоминать об этом без чувства, будто ее режут на мелкие кусочки?
* * *
Солнечный лучик попал прямо в левый глаз, заставив спящую девушку недовольно поморщиться. Она вяло отмахнулась рукой, словно отгоняя назойливую муху, но лучик, конечно же, никуда не делся, продолжая светить в зажмуренный глаз так ярко, что Рите стало неприятно. Она повернулась на другой бок, цепляясь за ускользающий сон, но это не помогло. Тогда девушка натянула одеяло по самые уши и сунула голову под подушку. Безнадежно. Сон окончательно пропал, изгнанный веселым лучиком солнца, знаменовавшим наступление нового дня.
Рите совсем не хотелось вылезать из-под одеяла, и она бездумно лежала, не снимая подушки с головы. Рядом послышались шаги, но девушка никак не отреагировала, только сильнее сжалась в комочек, подтянув ноги к груди. В голове, где-то посередине лба, начинала медленно зарождаться боль. Во рту было сухо, как в пустыне. Казалось, что ее язык вываляли в песке, а потом затолкали обратно, нисколько не озаботившись тем, чтобы хотя бы отряхнуть его.
