Поглощенная сладостным восторгом, Моргана отдалась на волю его ищущего языка, наслаждаясь его нежной игрой, с радостью приветствуя его обжигающее вторжение, которое постепенно становилось все более жадным и требовательным. Она чувствовала, как сильно колотится сердце Девона… или это было ее собственное сердце? Она ощущала дрожь в его теле и упивалась собственной властью над его чувствами.
У Девона были такие красивые руки… намного красивее, чем ей казалось раньше. Она мечтала, чтобы он сильнее прижимал ее к себе, целовал глубже, не останавливаясь… Внутри ее бушевало желание, которое разожгло любовное искусство Девона. Моргана хотела испить эту чашу до дна. Она хотела… она хотела…
– …и я так рада, что погода переменилась, капитан. Спасибо, что проводили меня на палубу. Я и не знала, что можно настолько ослабнуть за такое короткое время.
Резко высвободившись из объятий Девона, Моргана посмотрела в ту сторону, откуда доносился низкий голос с шотландским акцентом. Не прошло и нескольких секунд, как из-за угла показалась широкая покачивающаяся фигура Эгги в сопровождении высокого стройного капитана Морено.
– Моргана! Вот ты где! Я страшно обеспокоилась, когда ты не вернулась в каюту, и попросила капитана проводить меня на палубу.
Темнота ночи избавила Моргану от необходимости отвечать на неодобрительный взгляд, которым, она готова была поспорить, сопровождались слова гувернантки, и, радуясь, что та же темнота скрывала ее раскрасневшиеся щеки, она, задыхаясь, ответила:
– Мне… мне сегодня днем тоже было нехорошо, Эгги. Мистер Говард проявил ко мне искреннее участие…
Остро ощущая на спине руку Девона, Моргана бросила на него умоляющий взгляд. Сделав шаг в сторону, Моргана развернулась и быстро подошла к Эгги, не понимая, почему ей вдруг так захотелось освободиться от властных прикосновений Девона Говарда: то ли она почувствовала угрызения совести, то ли просто боялась, что не сможет устоять.
– Я… я очень благодарна вам за заботу, мистер Говард, но сейчас я должна вернуться с Эгги в каюту.
Низкий баритон, прозвучавший в ответ на ее слова, был абсолютно бесстрастен.
– Рад был вам помочь, мисс Пирс. Можете всегда на меня рассчитывать.
Пожелав капитану спокойной ночи, Моргана взяла Эгги за руку и решительно повела к лестнице, спускавшейся вниз, внутренне готовясь выслушать лекцию, которая началась, как только они отошли на достаточное расстояние от обоих мужчин:
– Моргана Пирс, где ты была весь день? Мне кажется, девушка твоего положения должна понимать, к каким выводам могли прийти офицеры и матросы этого судна, если бы ты еще некоторое время простояла в темноте на палубе в компании мистера Говарда! Ты не должна забывать о том, что твоя тетушка занимает видное положение в обществе, Моргана! Ты, в конце концов, едешь в дом к самому президенту Мексики! Не надо доводить до того, чтобы тебя с самого начала преследовали сплетни. Единственное, в чем все общества схожи, так это в умении распространять слухи, и я не допущу, чтобы ты…
Эгги продолжала говорить, но Моргана, уже не слушая ее, только кивала головой. Сейчас она не могла думать ни о чем, кроме бархатных губ, покрывавших поцелуями ее лицо, завораживающем слиянии двух жаждущих, ищущих ртов, о мягкой настойчивости языка Девона, нежно ласкавшего ее губы. Каждое прикосновение этого мужчины отдавалось в ее теле сладкой болью. При воспоминании о том, как страстно он прижимал ее к себе, колени девушки вдруг ослабели настолько, что она с радостью поспешила открыть дверь каюты и сразу же прошла к своей койке. Что с ней? Первый поцелуй Эдгара был ей весьма приятен, но как только он попытался сделать что-то большее, это вызвало в ней глубокое отвращение… и желание поскорее избавиться от него. С Девоном она такого желания не испытывала. Наоборот, ей хотелось…
Нет! Надо взять себя в руки! Видимо, участие, которое Девон проявил к ней в трудной ситуации, преисполнило ее чувством благодарности куда более сильным, чем ей казалось. Кроме того, Эгги права: она не может позволить себе приехать к тетушке Изабелле с запятнанной репутацией. Ее имя должно быть безупречно! События последних нескольких недель немного вымотали ее, вот и все. Но завтра она возьмет себя в руки и все будет по-другому… да… при свете дня все изменится…
Внутренне застонав, Моргана в очередной раз посмотрела в небо над головой. Все безнадежно! На ярком лазурном небосклоне не было ни облачка! Тропическое солнце беспощадно палило, но жара смягчалась легким бризом, надувавшим паруса «Эстреллиты», которая на всех парах неслась к Веракрусу. Проклятие! Если раньше Моргана никак не могла дождаться окончания путешествия, то теперь она мечтала о непогоде, которая дала бы ей возможность подольше побыть в обществе волнующего Девона Говарда. Ей стало надоедать вечное присутствие Эгги… она втайне мечтала о том, чтобы снова установилась качка И гувернантке пришлось бы укрыться в каюте. И странное дело: если в начале путешествия она со страхом думала о будущем, то теперь все ее мысли занимало настоящее, и особенно бесстыдное желание вновь оказаться в страстных объятиях Девона!
Почувствовав укол совести, Моргана послала Эгги быструю улыбку и, отвернувшись, тут же столкнулась со взглядом пронзительных синих глаз, в которых отражалось ее желание, усиленное во сто крат. Медленная улыбка, появившаяся сначала в уголках его губ, постепенно превратилась в нечто невообразимо привлекательное, когда Девон наклонился и прошептал ей на ухо:
– Что-то Эгги в последнее время слишком хорошо себя чувствует, тебе не кажется, милая? Должно быть, я попал в немилость к Создателю, потому что в ответ на мои многочисленные молитвы послать хоть маленький штормик все эти дни море гладкое как стекло. Если так пойдет и дальше, мы прибудем в Веракрус через день или около того.
Произнеся эти слова, Девон вдруг почувствовал раскаяние за такие предательские мысли. Черт побери, последние две недели он никак не мог дождаться прибытия в Манга-де-Клаво! Он нес ответственность за судьбу человека, вся жизнь которого зависела от того, удастся ли ему убедить президента Антонио Санта-Анну, и каждый день задержки из-за плохой погоды ложился ему на плечи тяжким грузом. А теперь… Скользнув взглядом по обращенному к нему прелестному лицу, Девон вновь ощутил знакомую мучительную жажду, терзавшую его в последние дни.
Проклятие, он сам не понимал, что с ним происходит! Маленькая темноволосая красавица, облокотившаяся о парапет в нескольких шагах от него, вытеснила из его головы все мысли, во всяком случае, на время. Его раздражало вечное присутствие Эгги, которое мешало продолжить то приятное занятие, которому они с Морганой предавались два дня назад на залитой лунным светом палубе. Мучения Девона усугублялись еще и тем, что Моргана думала точно так же. Это было видно по тому, как загорались при виде его эти волнующие карие глаза, и по тому, как она вздрагивала каждый раз, когда взгляд мужчины опускался на ее губы. Девон уже не мог думать ни о чем, кроме ее сладкого вкуса, аромата ее мягкой как бархат кожи, приятного томления во всем теле, когда он держал ее в объятиях. Боже! Если так пойдет и дальше, то к тому времени, как они прибудут в Веракрус, он окончательно сойдет с ума!
