– Но… – произнесла Плакучая Ива, но вдруг замолчала. – А, ничего.
– Э, сестрюнь? Чего такое? – спросила её Бич.
Сестрюня? Зверолюдка и оборотень – сёстры? Или это образно?
– Ну… Кое-кто ждёт её на праздновании, – заговорщицки улыбнулась Плакучая Ива.
Экс нахмурился и взглянул на мелкую. Вся покраснела!
– И кто же это? – усмехнувшись, спросил Экс.
– Да так…
Но её даже не нужно было допытывать – ответ пришёл сам собой. Точнее открыл дверь и громко сказал:
– Ива, ты здесь? Прости, что отвлекаю, нас созывает Верги…
Маленький берский Волчонок-зверолюд большими голубыми глазами уставился на Экса. Тот ошеломлённо уставился в ответ. Судя по всему, сразу с концерта – зверчонок весь в чёрном. Белобрысый, большеухий, бледнокожий. А лицо-то какое невинное!
Только вот Экс видел, как Волчонок перевёл взгляд на мелкую.
– Морана…
– О. Определилась с именем, а дяде не сказала? – как бы невзначай упомянул своё родство Экс.
– Мы… Мне Ива его на сцене дала. Ты не услышал…
Ох, за дракой он всё пропустил. Стыд и позор такому дяде.
– Ладно-ладно, Морана. Так и быть, я тебя возьму на праздник. Только оденься красиво, раз тебя там ждут.
Экс усмехнулся Волчонку. Тот покраснел до пушистых ушей.
Глава четвёртая. Корабли (1)
На Эллиадию опустилась прохладная ночь. Яркий, серебристый, идеально круглый диск Орона взошёл над горизонтом и озарил раскидистые поля вокруг тёмного шрама-каньона. Но любой свет ночного спутника – прекрасный и переливчатый, тусклый и невзрачный, любой – лишь блики от камня, отражающего лучи настоящей звезды. Игниса, что днём затмевает собой весь далёкий космос.
Несмотря на то, что Джант не просто ощущал огонь, а был огнём, рядом со светом – Ив – он чувствовал себя лишь жалким Ороном.
Джанту часто удавалось заглянуть на тренировки путевых. Эти особенные, уникальные маги привлекали к себе внимание всей Академии, и редким гостям разрешалось увидеть их причудливые танцы вблизи. Подобно перелётным птицам, путевые вставали вокруг вожака-Вергилия и взмывали в небо, вертясь и переворачиваясь, исполняя движения невообразимые и вместе с тем плавные, как неспешное течение реки. Даже крылатые птицелюди – и те завидовали неповторимой грации путевых.
Неизвестный же восхищался их силами. Говорил, что такого великолепия – такой огромной и блестящей ауры – он не видел долгие сотни лет своей жизни. Он пытался объяснить Джанту, что отличает путевых от других смертных, но Джант до сих пор не мог толком понять.
Неизвестный сравнивал путевых с далёким светом во тьме. Другие смертные – лишь слепые щенки, по сравнению с путевыми. Лишь путевые способны зажечь свет и молча повести за собой.
Бравадами полнится жизнь «великих» путевых. Но Джанту было плевать. Могут творить особые чудеса – и могут. Каждый обладает своими талантами, и у путевых он лишь более редкий, чем у большинства.
Джант, вон, вообще сын нимфы – самой дочери Богини. Обладает врождённой магией синего огня. Тоже редкий талант – один на миллион. И что? Его способности – какими особенными бы ни были – никак не выделяют его среди других пуринов и – тем более – способных к обладанию своей стихией людов.
Лишь одним путевым Джант истинно восхищался – Ив.
Пока другие плясали во всполохах энергии, перенаправляли потоки и облекали магию в невообразимые формы, Ив лишь по-лебединому взмахивала руками – и, казалось, весь мир менялся по одной её прихоти. По крайней мере, весь мир Джанта менялся – это точно. Стоя в стороне, Джант непроизвольно ловил большие и плавные волны магии, исходящие от Ив, и внутри него вспыхивал древний огонь.
Сама Ив говорила, что Джант лишь выдумывает. Что её путевая магия довольно слаба, по сравнению с тем же Лучезаром – берским путевым. Но Джант верил. Нет путевого прекраснее, чем она.
В этот раз, судя по всему, подходило к концу время нахождения Черепаховой Академии в Эллиадии. Не зря Вергилий всё-таки собрал их так резко, сразу после концерта.
Они тренировались перед отправкой. Ив, как всегда, по левую руку от Вергилия, с краю, дальше всех. Джант сидел на земле совсем рядом и наблюдал. Он мало понимал, но чувствовал: Ив поднимала руки и перебирала тонкими пальцами, сшивая «нити чудес» – так она их называла. В её аккуратных ладонях – узелок за узелком – расстилалось невидимое воздушное полотно, усеянное невообразимыми рисунками. Джант не мог себе даже представить, что на них было изображалось. Но надеялся, что Ив и его тоже когда-нибудь нарисует.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Взмах. Энергия вокруг Ив лопнула, точно пузырь с тонкими стенками. В этот раз они закончили резко. Джант сперва заволновался, но уверенный и довольный взгляд Ив его успокоил.
Как всегда, Вергилий им молча кивнул и поторопился вперёд своей неровной, неуверенной походкой. Другие путевые двинулись за ним. Джанту пришлось быстро встать, чтобы за ними поспеть.
– Уже? – спросил он, подступаясь к Ив.
– А? Да, – кивнула она, улыбаясь. – Адалинда ждёт!
Адалинда Этёрнал. Их могучая черепаха. Джант представил её Ив во время их первой встречи, а Ив до сих пор пользуется этим именем.
– Как твои успехи? – мягко спросил он, взяв Ив за руку.
Другие наблюдатели не смели приближаться, лишь издали глядя на путевых. Глаза их диковинно горели в сумеречной темноте.
– Хорошо. Вергилий сказал, что я далеко продвинулась…
– Прошу всех проследовать внутрь! – громко возвестил один из путевых. – Черепаховая Академия совсем скоро переместится!
Наблюдатели зашептались. Оглядываясь по сторонам, Джант невольно понимал, почему путевым не нравилось чужое внимание. На них не просто смотрели – но по-дикарски таращились, словно на диковинных зверушек.
Джант покрепче взял Ив за руку. Пускай смотрят. Но если попробуют подойти…
– Джант, Джант! Ива тебе уже рассказывала?! – вдруг выпрыгнул перед ним Лучезар.
Этот маленький прохвост! У Джанта чуть сердце не остановилось. Этот Волчонок умел напугать!
– Что рассказать, Лучик? Как тебя на концерт пустили? – усмехнулся Джант. – Или как ты познакомился с племянницей нашего капитана?
– Так Ива и пустила… Всегда пускала, – смущённо потупился тот. – А М-Морана…
– Ив просто добрая. А тебе ещё рано такие мероприятия посещать, – назидательно ответил Джант, потрепав белые волосы зверчонка. Стоявшая рядом Ив усмехнулась в ладошку. – И тем более затаскивать на них другую малышню. Где ты её вообще встретил?
– Морана – не малышня! Я её у входа встретил. Она спросила, приглашён ли я, и я соврал, что да… Точнее не соврал! Ух… – вздохнул он. И вдруг воскликнул: – Постой! Ты опять смеёшься надо мной, Джант!
– Наконец-то понял?
Наивный, прямо как Ив. Оттого ли они были похожи, что оба зверолюди, или оттого, что путевые? Или просто оба ведут себя, как малые дети?
– И вообще! – всплеснул руками Лучезар. – Ива… Ива?
Только сейчас Джант заметил, как идущая рядом с ним Ив судорожно пучила глаза в сторону Лучезара. От такого вида он чуть в голос не рассмеялся!
– Ив, ты чего? – спросил Джант, сдерживая хохот.
– А… Д-да ничего, – пробурчала та, отворачиваясь.
– Ну же! Или у тебя есть от меня тайны?
– Ну… Не-е-ет…
– А мне кажется, ты что-то скрываешь. Как жалко, не доверяешь мне…
– Не надо! – заскулила она. – Это твоё любимое оружие!
– Что? Я не настаиваю. Просто так жаль, так жаль…
Смешливо улыбаясь, Джант наблюдал, как Ив обиженно дула щёки. Джант и не собирался выводить её на чистую воду. Рано или поздно сама бы сказала.
– Ну хорошо! – вдруг гордо вскинула нос она. – У меня важная новость. Я думала тебя к ней подготовить, но раз ты та-а-акой нетерпеливый!
– Интересно, интересно. Что же за важные новости, о которых Лучик узнал раньше меня?
– Я просто советовалась с Лучиком как с настоящим звером. Верно, Лучик?
– Ага! – кивнул тот, гордо шагая вперёд. – Ива доверяет моему мнению!
