— Ты за этим позвонил? Поиграть в медсестричку? — но улыбка в голосе Брейди подсказала Гейджу, что тому понравилось его беспокойство. Что-то настолько незначительное, но это было все, что ему требовалось на данный момент. Гейдж почувствовал, как его суставы расслабляются, температура крови понижается, легкие расширяются, чтобы сделать глубокий вдох.
Возвращение к непотопляемому самому себе.
— Просто хотел узнать, как у тебя дела, — “и прямо сейчас твой голос — единственное, что останавливает меня от разрушения на миллион осколков”.
— Ты звучишь как-то по-другому. Все в порядке?
— Обалденно, — ответил Гейдж и добавил: — Не могу дождаться, когда снова попробую тебя, Шеф.
Ответом ему было хриплое “Гейдж”, и звуки насмешек работников на заднем фоне: должно быть Брейди покраснел. Или обзавелся заметной эрекцией.
В любом случае, Операция Отвлечение внимания прошла успешно!
Три минуты спустя Гейдж зашел в комнату активного отдыха и увидел ее в своем обычном удобном кресле рядом с окном. “У нее больше нет власти над тобой. Ты сильнее, чем когда-либо. Тебя любят замечательные люди”.
Гейдж нерешительно приблизился, убедившись, что немного шумит, чтобы не напугать ее, когда положил руку на плечо.
— Эммалин, — проговорил он, имя застряло у него в горле, как подливка с комочками. Следующие слова вышли не громче шепота: — Мам, это Гейдж.
Она посмотрела вверх, на лице отразилось узнавание. Эта улыбка, более веселую версию которой он видел в зеркале каждый день, обрадовала его сердце, и он тут же понял. Она снова погрузилась в себя, воспоминания уползли обратно в темные закоулки.
Он упустил свой шанс.
— О, Джон, ты пришел, — она сжала его руку. — Садись и расскажи мне, как прошел твой день.
И он сел и рассказал ей, чувствуя облегчение от данной смертью отсрочки, не готовый к жестокой правде.
И задающийся вопросом, а будет ли он когда-нибудь готов.
***
Сообщение пришло в 2:10 ночи. “Только что закончил смену в баре. Можно зайти?”
Сердце — и член — Брейди подпрыгнули. Он написал в ответ: “Конечно”.
Может ему следует натянуть футболку и прикрыться? Да, Гейдж уже видел его шрамы, но нет нужды снова тыкать их ему в лицо. С другой стороны, насколько будет неудобно надевать футболку через больное плечо и… Решение было принято за Брейди, его внутренние споры прервало жужжание домофона, звучавшее удивительно похожим на “секс уже у дверей”. Должно быть, Гейдж находился поблизости, когда отправлял смс.
“Посмотрите на меня, улыбаюсь, как придурок”.
Блондинистая голова Гейджа показалась на лестнице и Брейди заметил момент, когда он переключился на жизнерадостную версию себя. Словно лампа.
— Что случилось? — обеспокоенно спросил Брейди.
Гейдж остановился, держа руки в карманах джинсов.
— Ничего, просто захотелось компании, — этот голос был как всегда сексуален, но было что-то еще. Отголосок усталости, который звучал настолько нехарактерным для него. Гейдж положил руку на бедра Брейди, одетые в серые спортивные штаны, и уткнулся носом ему в шею. Не поцеловал его, просто вдохнул его запах.
— Не откажешься от небольшой компании?
“Нееет, я не хочу минет… никто и никогда такого не скажет”.
Так почему же Брейди не рад этому? Что-то в языке тела Гейджа сбивало его с курса в этой маленькой игре.
Брейди сжал ладонями эту сильную челюсть с однодневной щетиной и провел кончиками пальцев по бьющемуся в основании его горла пульсу.
— Гейдж. Поговори со мной.
— Я в порядке…. Я просто… Я.... — улыбка исчезла и мир рухнул, когда Брейди прижали спиной к косяку и Гейдж начал трахать его рот своим языком. Такой голод. Он взвыл в теле Брейди как ураган в пять баллов.
Сквозь бурю пробился шокирующий вопрос: возможно ли, что Гейдж действительно нуждается в нем?
В то короткое время, которое они знали друг друга, все всегда касалось Брейди. Его интимных вопросов. Его страхов. Гейдж ассоциировался с солнцем, уверенностью в себе и непобедимостью. Но когда он позвонил Брейди сегодня днем, то не звучал, как Гейдж, на котором помешался Брейди.
Он звучал, как человек, ищущий спокойствия. А сейчас ощущался, как человек, настолько сильно нуждающийся в этом единении, что Брейди действительно упивался моментом и это не было связано с предстоящим удовольствием. То, что ему не удалось вытащить свою команду, и свое тело, целыми из пустыни, оставило Брейди без ориентиров. Найти свою страсть в готовке было весьма хорошим шагом, но остальная жизнь оставалась разрушенным беспорядком. То, что Гейдж предлагал ему — и скорее всего даже не осознавал этого — могло заставить его почувствовать себя снова живым.
Мужчина отстранился и вернулся в лофт, затаскивая Гейджа за собой.
— Скажи, что тебе нужно, Гейдж. Я дам тебе все, что угодно.
Взгляд Гейджа снова стал ошарашенным, словно он только что проснулся после столетнего сна. Необузданное желание заострило черты лица.
— Твое плечо. Не хочу причинить тебе боль, — но до того, как гортанные слова повисли в воздухе, оба уже знали, что плечо Брейди не будет препятствием ни для чего этой ночью.
— Не причинишь.
Весь путь до спальни они шли-целовались-прижимались, трение становилось все более возбуждающим, поцелуи более влажными и глубокими. Потребность обостряла желание, удовольствие рождало потребность. В последний момент Гейдж направил Брейди в ванную.
— На раковину, — с трудом выдохнул он между покусыванием губ и сосанием языка. — Лучший баланс.
— Секундочку, — еще не оправившись от знания, что он, наконец-то, может что-то дать этому мужчине, который уже дал ему так много, Брейди выдвинул ящик и схватил все необходимое, чтобы это вечеринка началась: презервативы и лубрикант.
Гейдж улыбнулся своим греховным ртом, на мгновение вернув себе хорошее настроение.
— Сначала купи мне ужин, Шеф.
— Учитывая, что именно я собираюсь ощутить этот великолепный член в своей заднице, я бы сказал, ужин за тобой.
Брейди накрыл своим ртом разинутый рот Гейджа в жаждущем и настойчивом порыве. Он стащил футболку Гейджа раньше, чем тот пришел в себя и отбросил ее. Брейди покрыл идеальное тело Гейджа, его поцелованную солнцем кожу нежными поцелуями, понимая, что ему понадобится время, чтобы ее исследовать. Но прямо сейчас это было не тем, что нужно Гейджу, Брейди отстранился, стащил свои спортивные штаны и оперся здоровой рукой на шкафчик под раковиной.
