Джастина рассмеялась.
— Сколько оттенков зависти вы различаете?..
7
Суп был съеден, но Джастин не торопился разделаться со вторым блюдом.
Он и сам не знал, почему привел Джастину именно в этот ресторанчик. Да, он хорошо знал его и любил, но… До настоящего момента Джастин предпочитал избегать любых мест, где они бывали вместе с женой. Ничто уже не будет так, как раньше…
Это раз.
И два — тягостные и царапающие, тревожащие душу воспоминания о тех сладких мгновениях, когда они были счастливы, неизменно будут посещать его в подобных местах. Будь то кофейня, ресторан, галерея, театрик или парк. Джастин старался не думать о том, что и его седан — тоже такое же место.
Почему он привел сюда Джастину — одному Провидению известно.
Поблескивая темными глазами из-под пушистых ресниц, Джастина спокойно пила кофе. Казалось, она уже забыла и о сеансе, и о том, что они зашли сюда ненадолго.
Лазанья остывала на тарелке Джастина. Он растерзал ее ножом и вилкой и отправлял в рот по одному кусочку.
Джастина бросила взгляд на настенные часы.
Джастин заметил этот взгляд. Но он не хотел торопиться. Не хотел доедать свой обед. Он знал, что в следующий раз ему доведется поесть, только оказавшись дома. Вновь окунувшись в пустоту и одиночество. Ничего не скажешь — сильный контраст по сравнению с многолюдным кинотеатром, теплой и душевной атмосферой ресторана, компанией Джастины.
А в одиночестве ему совершенно точно кусок опять не будет лезть в горло.
Поэтому Джастин без зазрения совести пользовался ее присутствием. Оно помогало есть с ощущением вкуса, дышать, чувствуя живительный воздух, а не обжигающую легкие субстанцию. Оно позволяло не ощущать каменную пустоту в груди. Под взглядом Джастины этот камень словно теплел. Под улыбкой Джастины этот осколок словно проваливался в небытие, оставляя в груди Джастина живое и горячее сердце.
О том, что неплохо бы поддерживать какой-то застольный разговор, Джастину даже в голову не приходило.
А вот Джастину отсутствие беседы начинало понемногу напрягать. Как большой любитель делать из лимона освежающий лимонад, она начала с малого.
— Тебе нравится эта песня?
Джастин впервые обратил внимание на музыкальное сопровождение этого вечера.
— Что это? Что за композиция?
— Это «Мьюз», — сообщила Джастина.
— Никогда о таких не слышал.
— Да ну? Они вообще-то довольно популярные…
— Может, и так, — пожал плечами Джастин.
Остатки лазаньи были аккуратно подцеплены вилкой с тарелки.
— А какую музыку ты любишь? — не унималась Джастина.
— В основном классическую.
— Например?..
Он вздохнул.
— Бах, Моцарт. Оперы. Ну и так, по мелочи…
— По какой мелочи? — не отставала Джастина.
— Кое-кто из современных музыкантов.
— Кто же?..
— Лучано Паваротти. Хосе Каррерас. Довольна? Пласидо Доминго…
— Это же певцы. Не музыканты.
— Ладно.
— И что, совсем никого из современной эстрады?
— Разве что Стинг, — сдался Джастин.
Джастина хмыкнула и одним глотком осушила чашку с остывшим капучино.
По правилам хорошего тона и вообще дружеского диалога Джастин должен был бы поинтересоваться, а что же нравится самой Джастине.
И пауза в разговоре для этого имелась.
Но логичного вопроса не последовало.
Джастину не смутило молчание. И она продолжила свои расспросы:
— А какие фильмы ты любишь?
— Разные, — рассеянно отозвался Джастин. — Хичкок, старую классику… Черно-белые.
— Феллини?
— Феллини, Антониони…
— Понятно, — кивнула Джастина. — Знаешь, а я обожаю комедии, мелодрамы. «Свадьба лучшего друга», «День сурка»…
Джастин неожиданно встрепенулся.
— Неужели ты считаешь, что современный кинематограф в состоянии выдать что-нибудь хорошее?
— Почему нет?
— Да это же отрыжка современного искусства, — в негодовании произнес он.
— Значит, ты считаешь, что в Голливуде вообще не производят хорошей кинопродукции?
— Ключевое слово здесь именно «продукция».
Джастина хихикнула.
— Ты что же думаешь — актеры старой школы работали исключительно за идею? А как они оплачивали свои счета? По ночам работали грузчиками? Или махали метлой в качестве дворников?
Джастин пожал плечами. Кажется, она вот-вот одержит над ним верх в этой маленькой спонтанной баталии.
— Счета тогда были совсем не те, что сейчас, — протянул он. — К тому же, для того чтобы прожить, и требовалось человеку гораздо меньше. Это современное общество ставит своей целью лишь потребление. Особенно в Америке…
— Думаю, мы зря затеяли этот спор, — неожиданно поставила точку Джастина.
— Правда?
— Ну конечно. Словами ничего не докажешь. Может быть, я попробую составить для тебя подборку фильмов? Которыми, я считаю, даже Голливуд может по праву гордиться. Фильмы о настоящих чувствах. О мечте, о дружбе. А ты посмотришь и выскажешь мне свое мнение.
— Например?
— Пожалуйста. К примеру, «Идальго». Или «Первый рыцарь». Или, скажем, «Знакомьтесь, Джо Блэк». В них ведь тоже поднимаются вечные вопросы.
Джастин пожал плечами.
Его кофе тоже уже остыл.
Внезапно он почувствовал усталость. Усталость и опустошение.
Да что она может знать? Что может знать и понимать?
Вот Мэриан — у них почти по большинству вопросов совпадали взгляды на жизнь. Совпадали вкусы. И было так просто определяться с планами на вечер, уик-энд, отпуск…
Если выставка — то старых фоторабот. Если музейная экспозиция — то классическая живопись, скульптура. Если кино — то самые лучшие, самые проверенные временем фильмы.
Классика. Классика в музыке, в литературе. Консерватизм в политических взглядах, в том, что касается науки. Клонирование недопустимо. Искусственное оплодотворение — кощунство.
Ни с кем больше у Джастина не будет такого единения умов и сердец. Ни с кем.
Такой общности интересов. Такого совпадения вкусов.
Они находили общий язык даже в мелочах.
Она так понимала его…
Почему он вообразил, будто такое понимание может состояться с кем-либо еще, кроме Мэриан?
Это, очевидно, привиделось ему в каком-то бреду.
Собственно говоря, он ведь и не собирался.
Он не искал ей заместительницу.
Что за мысли лезут ему в голову?
Однако вечер стремительно катился к испорченному. А дурное настроение волнами накатывало на Джастина.
— Десерт? — склонился над его плечом официант.
Джастин отрицательно помотал головой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
