Припарковавшись неподалеку от дома, где жила Джастина, он вышел из машины, включил сигнализацию… Он и сам не смог бы себе объяснить, зачем это сделал. Потом позвонил по домофону, набрав номер ее квартиры.
— Джастин? — послышался ее голос. — Да.
— Ой… Прости. Если честно, я еще не готова, знаешь…
— Это почему?! — возмутился Джастин.
— Ты позвонил, я уже хотела было отправиться в душ и на кухню, а потом собираться… Но почему-то заснула.
— Заснула?!
— Еще несколько минут, и я буду практически готова…
Джастин вздохнул.
— А несколько — это сколько?
— Семь, — осторожно предположила Джастина.
— Я немного знаю женщин. Мне нужен честный ответ. Семнадцать?
— Двадцать семь, — расхохоталась Джастина.
— Хорошая шутка, — сухо произнес Джастин. — Смешная. Но, если ты настаиваешь, я могу подождать тебя в машине.
— Ой нет, что ты! Поднимайся. Подождешь в квартире.
— Ты уверена?
— Уверена, что ты меня не съешь. Мы ведь друзья?
«Мы ведь друзья. Мы ведь друзья», — повторял Джастин, поднимаясь по лестнице (он отринул лифт, решив потренировать сердце и ноги). Он и сам не знал, зачем уцепился за эту фразу. Почему она засела у него в голове.
Мы. Просто. Друзья.
Совершенно верно. Разве не так? Почему эта фраза царапнула? Да еще таким беспокойным, странным образом.
Такое бывает, когда ты входишь куда-то или, наоборот, появляется кто-то и приносит с собой запах. Знакомый, но очень сложно определить, что этот запах напоминает. Нечто неуловимое. И знакомое. И не представляется возможным определить, откуда же это воспоминание, смутное, неосознанное и бестолковое, берет свои корни. Но оно начинает вполне успешно кружить над головой с настойчивостью порядочной осы.
К сожалению, вспомнить, о чем напоминает запах, удается редко…
Дверь открыла новая, незнакомая Джастина. Такой Джастин ее еще не видел и не знал.
Блестящие черные волосы были зачесаны до идеальной гладкости наверх и убраны в хвост. Это делало Джастину одновременно и стремительной, и сексуальной. Глаза словно стали еще больше, а черты лица — тоньше. Это открывало уши, шею, делало Джастину словно хрупкой и незащищенной, но очень трогательной. В ее лице сейчас ярко выделялись губы, подкрашенные помадой сочного ягодного оттенка.
На ней была достаточно короткая, подчеркивающая бедра, но все-таки не нарушающая правил приличия юбка. Словно деловая, но, кажется, Джастина чувствовала себя в ней очень комфортно. Создатель юбки, когда задумывал ее, наверняка замышлял что-то более модное и привлекательное, но при этом еще и умело замаскировал юбку под офисный дресс-код. Однако вытачки и мягкая ткань соблазнительно подчеркивали миниатюрные формы Джастины.
Верх тоже походил на что-то офисное — светлая водолазка, плотно прилегающая к телу. Но ткань казалась мерцающей, ткань казалась слишком тонкой, и, скрывая все, она при этом оставляла мало простора для фантазий.
Все это было уместно, умело (кто бы мог ожидать такого проявления вкуса и чувства стиля от Джастины Доннел?), соблазнительно и пристойно одновременно. Но даже не юбка и не шелковистость водолазки, по которой сбегал черный шелк волос, поразили Джастина, а высокие сапоги-ботфорты, которые, казалось, были сшиты из черного бархата, настолько тщательно была выделана кожа.
После желтых резиновых сапог, в которых Джастина оказалась в ресторане, ей отчаянно хотелось реабилитироваться. Пусть и перед случайным знакомым.
Ей хотелось показать: тогда это было всего лишь недоразумение. Оранжевое пальто, желтые сапоги… Этот сюрреализм — просто плод помрачения ее рассудка.
Ботфорты скрывали стройные коленки Джастины. В целом ансамбль бил под дых и заставлял зрителя усомниться в том, что тот крепко держится на собственных ногах.
Впрочем, насчет уместности Джастина чуточку перестаралась. На взгляд Джастина, конечно. Рядом с этой блестяще выглядящей женщиной он тут же почувствовал себя фермером.
В подобном виде Джастина могла смело идти в любой ночной клуб. Ее пропустил бы и дресс-код, и фейсконтроль. А вот насчет себя Джастин уже не был так уверен…
— Ты готова? — поинтересовался он.
— Вообще да, но…
В это мгновение, в самый неподходящий момент у Джастина громко заурчало и забурлило в желудке.
Джастина посмотрела на него веселым и вопросительным взглядом.
Он смутился, покраснел и пробормотал что-то вроде «извини».
— Мне все понятно, — решительно сказала Джастина. В следующую секунду ее голос донесся уже с кухни: — Иди сюда.
— Зачем? — осторожно уточнил Джастин.
— О господи! Откуда столько вопросов?
Джастин отправился на кухню вслед за Джастиной. По пути он непроизвольно оценивал общее состояние ее квартиры.
Откровенно говоря, такая обстановка его удручала бы, случись ему жить в подобных условиях. Обои… не самый убогий рисунок, но они уже порядком поблекли, выцвели. В квартирке не царил хаос, она не была захламленной по-настоящему — в этом надо отдать Джастине должное. Но… Обшарпанный линолеум. Старая мебель, старые занавески. Все какое-то неказистое, неприметное. И самое главное — в этом не было ни капли уюта.
По мнению Джастина, даже малогабаритную квартиру можно довести до ума. Выкинуть старые журналы, тумбочки, торшеры. Купить стеллаж, новый абажур. Расставить простые стеклянные вазочки, яркие подсвечники. Выкинуть к чертям старые тряпки, призванные имитировать занавески. Ткань для штор стоит не так дорого, разумеется, если нет желания повесить бархатные гобелены с золотой вышивкой.
Видимо, у Джастины нет желания всем этим заниматься… Жаль, подумал Джастин, очень жаль. Если у человека нет желания стараться даже для самого себя, то он вряд ли будет делать это для другого.
— Ну ты идешь или решил потеряться по дороге? — приветствовала его Джастина. Она как раз углубилась в прохладные недра старенького холодильника и чем-то сосредоточенно гремела там.
— Что ты делаешь? — поинтересовался Джастин.
— Ура! Нашла!
Она выпрямилась, чуть не стукнув Джастина по носу затылком — он едва успел отпрянуть. В руках она держала три куриных яйца. Коленкой она захлопнула дверцу холодильника. Дверца оказалась густо усеянной разнообразными магнитиками. Джастин невольно принялся их рассматривать. Вечные кошки и котята, жирафы, цыплята, символы самых известных городов мира — Эйфелева башня, статуя Свободы, изображения бабочек, панд, многое другое…
— Что это? — Он кивнул на холодильник.
Джастина бросила безразличный взгляд туда, куда он указывал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
