наук и бакалавр права, – человек, над которым, сразу видно, никогда не издевались, – был огромным и физически внушительным мужчиной, приблизительно 2 м в каждом направлении, с большой гладкой блестящей овальной головой, ровно в центре которой располагались чрезвычайно близко посаженные черты лица в неуязвимо веселом выражении человека, вносившего заметный вклад везде, где побывал.
В плане администрирования препарата, конечно, оставалась многосложная проблема вкуса и/или текстуры. Рицин, как и большинство фитотоксинов, чрезвычайно горький, а это означало, что требуемые 0,4 мг нужно подготовить для употребления в чрезвычайно разбавленной форме. Но раствор казался еще более неудобоваримым, чем сам рицин: дистиллированная вода, впрыснутая через тонкую обертку в эллипс помадки 26 × 13 мм в полом центре «Преступления!», образовывала влажную едкую сердцевинку, чей контраст с растворяющейся начинкой и ее высоким содержанием липидов откровенно кричал о подлоге. Инъекция во внешний влажный корж без муки превращала целую область размером с четвертак со Свободой с распущенными волосами 1916 года в слякоть со вкусом мальтита. Ранней перспективной альтернативой было ввести от шести до восьми очень маленьких доз в разные места «Преступления!» и надеяться, что субъект съест все пирожное или большую его часть (как «Твинкис» и «Шокодилы», «Преступления!» задумывались с расчетом на прототипичный формат в три укуса, но также достаточно легкими и растворимыми в слюне, чтобы амбициозный потребитель мог целиком вместить лакомство в рот с предсказуемо лестными последствиями для ИНУП[9] и конкомитантных объемов продаж), прежде чем заметит неладное. Здесь проблема была в том, что с каждой инъекцией, даже гиподермической иглой тонкого диаметра, в хлипкой трансполимерной обертке оставался прокол диаметром в 0,012 мм (в среднем), и при тестах в домашних условиях с пирожными в индивидуальных упаковках при среднестатистическом уровне влажности Среднего Запада – Новой Англии эти проколы вызывали локализованную черствость/иссушение в пределах 48–72 часов хранения. (Как и все продукты «Мистера Пышки», «Преступления!» по замыслу должны быть осязаемо влажными и вступать в реакцию со слюнным птиалином так, чтобы буквально «таять во рту», – еще в самых ранних полевых тестах было установлено, что эти качества ассоциируются и со свежестью, и с люксом – почти чувственным искушением)[10]. Таким образом, более практичным представлялся экзотоксин ботулотоксина – как безвкусный, так и летальный в 97 % случаев при дозе в 0,00003 г, – хотя, поскольку источник у него анаэробный, его нужно вводить в самый центр внутренней начинки продукта, и даже микроскопический пузырек воздуха, оставленный при извлечении гиподермической иглы, начнет пагубное воздействие на вещество и для предсказуемого результата потребует употребления в пределах недели. Вывести анаэробный сапрофит Clostridium botulinum просто – требуется только герметичная банка для заготовления консервов, куда следует поместить 50–80 грамм свекольного пюре бренда «Тетя Нелли», 30–50 грамм обычной говяжьей отбивной, две столовые ложки свежего дерна из-под зловонных сосновых щепок вокруг саженцев с шаровидной кроной, обрамляющих претенциозные ворота парадного въезда в «Кондоминиумы Брайархэвен», и обычная водопроводная вода (подойдет и хлорированная) в таком количестве, чтобы заполнить банку до самых краев. Это единственное строгое условие: до самых краев. Если мениск воды дойдет до самых краев с резьбой, а крышка банки плотно закрыта и очень крепко закручена с помощью тисков и пассатижей «Сирс Крафтсмен», чтобы в банке оставалось ровно 0,0 % 02, то через десять дней на верхней полке в темной кладовой крышка банки умеренно вспучится, и если вы, соблюдая крайнюю осторожность, снимите крышку в двойных перчатках и двойном респираторе, то увидите маленькую коричневатую колонию Clostridium, омытую зеленовато-коричневой пенумброй экзотоксина ботулотоксина – т. е., выражаясь деликатно, побочного продукта пищеварительного процесса плесени, – и его можно извлекать в очень маленьких количествах той же гиподермической иглой, которой администрируется доза. Еще у ботулотоксина есть то преимущество, что он переведет внимание от вмешательства в продукт на дефекты производства и/или упаковки, тем, конечно, только сильнее встряхнув индустрию.
Настоящий принцип проведения полевого исследования, из-за которого какие-то ЦФГ заполняют только ИПР, а какие-то дополнительно собираются группами присяжных, чтобы выдать РРГ, – это позволить «Команде Δy» предоставить «Ризмайер Шеннон Белт» два разных и статистически полноценных набора данных исследований рынка, тем самым позволив РШБ выбрать и предъявить те данные, что лучше подкрепляют исследовательские результаты, которые, по их уверенности, больше хотят видеть в «Мистере Пышке» и СМКИ. Шмидту, Дарлин Лилли и Труди Кинер негласно дали понять, что тот же принцип лежит в основе экспериментального разделения сегодняшних жюри ЦФГ на так называемые группы «полного доступа» и «без доступа», где первым сообщалась, как им говорилось, особая закулисная информация о происхождении, производстве и маркетинговых целях продукта, – т. е. вносит ли в итоге ретрокулисный доступ к маркетинговой подоплеке существенный вклад в средние РРГ Фокус-групп или нет, «Команда Δy» и РШБ просто хотели видеть разные информационные поля, чтобы манипулировать скользкими гипергеометрическими статистическими техниками так, как, по их уверенности, пойдет Клиенту на пользу. В комнате отдыха только А. Рональду Маунсу, магистру наук, – он же личный протеже Роберта Авада и вероятный наследник, а также его крот среди полевых исследователей, чьи разговоры у кулера Маунс дистиллирует и доставляет с помощью особых бланков № 0302 «Полевые жалобы и мораль», которыми искренний молодой административный ассистент Авада снабжает Маунса в тех же манильских конвертах, в каких полевым командам распределяются сегодняшние пакеты ИПР и РРГ, – только Маунсу доверили наедине, что нетрадиционная задумка с «полным доступом» и «без доступа» для ЦФГ «Мистера Пышки» на самом деле часть большого полевого эксперимента, который Алан Бриттон и тайный внутренний круг из верхов «Команды Δy» (данный круг зарегистрирован Бриттоном как личная холдинговая компания по § 543 под липовым названием «Δy2 Партнеры») проводят для собственного кулуарного исследования по возможной роли ЦФГ в еще более сложных и самоосознанных маркетинговых стратегиях в будущем. Основная идея, как посчитал нужным объяснить Маунсу его ментор Роберт Авад на новом авадовском катамаране одним июньским днем во время штиля, когда они дрейфовали в четырех морских милях от частных пирсов пляжа Монроуз-Уилсон, заключалась в том, что развивающийся американский потребитель стал более сведущим и разборчивым в СМИ, маркетинге и позиционировании продукта, – это внезапное озарение о современном мышлении среднестатистического индивидуального потребителя, как объяснил Авад, однажды настигло его в сауне оздоровительного клуба после гандбола, когда патентный поверенный, которого он только что решительно разбил, расхваливал кампанию «А. К. Ромни-Джесвата» для новых газированных напитков «Сёрдж», чью узконаправленную рекламу в этом квартале не видел по всей области метрополии только слепой, и отметил (голый и потеющий патентный поверенный[11]), что ему – видимо, поскольку он далеко выпадал из заданной демографии (даже используя слово
