Па взвалил шкуру на плечи и отправился в Пекин за наградой.
Дворец императора был окружен высоким бамбуковым забором. Па шел вдоль забора и вдруг услышал чье-то прекрасное пение. Па нашел в заборе щель и просунул в нее голову. Видит — гуляет среди цветов девушка необычайной красоты.
Па окликнул ее:
— Эй, ты кто?
— Ксю Минь — дочь императора. А ты кто будешь?
— Па Ша. Я случайно убил тигра-людоеда и пришел к императору за наградой.
— Покажи шкуру, — попросила Ксю.
Юноша показал.
— Ой, какой страшный! — девушка закрыла лицо руками.
Когда она убрала руки, Па уже стоял рядом. Глянула Ксю Минь на юношу своими глубокими, как осенняя вода, очами, и Па потерял голову.
— Не надо мне никакого золота! Можно я тебя разок поцелую?
Ксю пожала плечами:
— Целуй. Меня еще никто не целовал.
Он поцеловал.
— Ой, как приятно! — воскликнула Ксю Минь. — Целуй еще!
На тридцать третьем поцелуе в сад ворвалась охрана дворца во главе с самим императором.
— Как ты посмел дотронуться до моей дочери! — вскричал разгневанный император.
Па заковали в цепи и посадили в самое глубокое и темное подземелье. После ужина узнику зачитали приговор: на утренней заре, когда распустятся лотосы, его отвезут далеко в море, привяжут к ногам тяжелый камень и утопят.
Па попросил у тюремщиков бумагу, тушь и кисточку и написал императору стихотворное послание, в котором честно признался, что вода ему ни капельки не страшна, и описал случай на Хуанхэ. Стихи императору понравились, но он все равно не поверил. Юношу бросили в море. Па спокойно освободился от камня и всплыл.
На следующее утро Па вывели за городские ворота. Там четверо конюхов удерживали на месте полудикую кобылицу. Па должны были привязать к ее хвосту и выпустить кобылицу в чистое поле.
Па рассмеялся.
— Не вижу ничего смешного, — сказал император хмуро.
— Сейчас увидите, — пообещал юноша.
Он показал кобылице рожу: растянул пальцами рот, сощурил глаз, выпучил другой и прорычал: «Хэ!» Испуганное животное разбросало конюхов и умчалось вдаль. Император попрощался с Па:
— До завтра.
Назавтра они встретились на главной площади столицы. Па привязали к столбу. Напротив выстроилась дюжина лучников.
— Какая твоя последняя просьба? — спросил император.
— Не стреляйте в меня — вам же хуже будет.
— Это почему? Объясни, пожалуйста.
Па поведал ему, как стрела брата свернула и попала отцу в лоб.
— А если стрелы ваших лучников тоже полетят не туда, куда они нацелены?!
Император задумался: кому охота стать мишенью для дюжины стрел.
Его размышления прервал пронзительный крик:
— Отец!
Толпа придворных расступилась, и к императору подлетела Ксю Минь.
В гневе она была еще прекрасней.
— Отец! Тридцать три поцелуя — это тьфу, кот наплакал! Хочу тысячу поцелуев! Он убил ужасного тигра! Это так приятно!
Император растерялся:
— Какой кот? Кто убил тигра? Ничего не понимаю!
— Отец, тебе и не надо ничего понимать, — Ксю быстро развязала Па и за руку потащила с площади.
Император прокричал ему вслед:
— Ты правда убил тигра?
— Да.
— Мне понравились твои стихи! — сообщил император.
— Спасибо, — ответил Па.
— Тебе нравится Ксю? — спросил император.
— Очень…
В замужестве императорская дочь стала зваться по-иному: была Ксю Минь, стала Ксю Ша. Тут и сказка вся.
Как Али-паша змею на груди пригрел
Жил да был некогда в Самарканде юноша по имени Али-паша. Однажды шел он на базар и вдруг видит — лежит на дороге большая белая змея.
Юноша удивился — никогда раньше белых змей не видел. Еще больше удивился юноша, когда змея заговорила человеческим голосом:
— Я переползала дорогу и попала под колеса арбы. Вылечи меня, и я тебя отблагодарю.
Юноша усмехнулся:
— Знаю — вместо благодарности ты меня укусишь своими ядовитыми зубами. Недаром говорят: «Пригреть на груди змею».
Змея тяжело вздохнула и открыла пасть.
У юноши глаза полезли на лоб — зубы у гадины были человеческие, белые, как сахар, а язычок розовый.
Пожалел Али-паша диковинную змею, отнес домой и занялся лечением.
Накупил целую гору целебных мазей и порошков. Порошки давал три раза в день после еды, а мази втирал змее в покалеченную спину. Утром и вечером измерял температуру — змея держала градусник в пасти и, скосив глаза, наблюдала, как поднимается ртутный столбик. На третий день жар спал, но больная была еще очень слаба и еле поднимала голову. Еще три дня ухаживал за ней Али-паша: поил парным верблюжьим молоком, кормил жирным пловом и сладкой халвой.
На утро седьмого дня змея прихлопнула хвостом звенящий будильник, чтобы Али-паша мог наконец-то выспаться, и бесшумно выскользнула за порог. В полдень она вернулась и растолкала юношу:
— Я была в городе. Там паника — пошел слух, что с завтрашнего дня цены на базаре повысятся втрое. Люди хватают все подряд: соль, спички, хлопковое масло. Я успела купить мешок зеленого индийского чая.
Али-паша удивился:
— Зачем нам столько?
Змея объяснила:
— Откроем чайхану.
Сказано — сделано. Открыли они свою чайхану. Змея чай заваривает и лепешки печет — Али-паша еле успевает чайники разносить да монетки в карман складывать. Под вечер выложат деньги на стол, сосчитают и в кувшин глиняный пересыпают. Прознали про этот кувшин разбойники. Забрались ночью в чайхану, а там на ковре лежит большая белая змея и зубы белые скалит. Такое даже в дурном сне не приснится. С тех пор с наступлением темноты разбойники обходили чайхану стороной.
День идет за днем, неделя за неделей; Али-паша со змеей живут-поживают, добра наживают.
Долго ли, коротко ли, стала змея замечать, что юноша ходит невесел, по ночам в постели ворочается, в потолок глядит. Однажды до самого утра глаз не сомкнул. Подползла к нему змея — ее место было на коврике у двери — и спросила:
— Милый Али-паша, что тебя беспокоит? Все же у нас хорошо: денег полный кувшин, пиалки с золотой каймой для чайханы купили, занавески тюлевые повесили.
Вздохнул Али-паша:
— Не в тюлевых занавесках счастье.
— Купим шелковые, — предложила змея.
Али-паша поморщился:
— При чем тут шелковые занавески?! Я жениться хочу. Да как найти хорошую жену? Вот сосед недавно свадьбу сыграл — теперь ругаются с утра до вечера.
Змея сузила свои и без того узкие глаза и прошипела:
— Не говори об этом человеке! Это он меня на арбе переехал. И жена ему под стать. Не горюй. Я помогу тебе найти хорошую жену.
В зубах у змеи засверкал большой изумруд.
— Возьми этот камень. Он не простой. Посмотришь через него на человека и сразу увидишь, что этот человек из себя представляет.
Решил Али-паша проверить камень и направил на соседей — они сидели на крыльце и переругивались. О ужас! На завалинке перехрюкивались свинья в платке и кабан в тюбетейке. Али-паша опустил камень — к соседям вернулся человеческий облик.
Запер Али-паша чайхану на замок и отправился искать себе жену.
Где он только не побывал! Самарканд, Бухару и Хиву обошел из конца в конец. Сколько девушек встретил — столько разных животных показал чудесный камень: ослиц и коров, персидских кошечек и среднеазиатских овчарок, куриц-хохлаток и орлиц-стервятников, кобр и гюрз…
В один прекрасный день юноша сказал себе:
— Хватит. Пора возвращаться домой.
А про себя подумал: «Как там моя змейка поживает?»
Змея встретила его радостной белозубой улыбкой:
— Ой, наконец-то! Я уже покой потеряла. Ну, нашел жену?
Али-паша замотал головой и шутки ради поглядел на змею в изумруд — и чуть не уронил камень. Он снова и снова прикладывал изумруд к глазу — видение не исчезало: змея превращалась в прекрасную девушку, подобную светящейся луне.
— Кто ты, змеюка? — спросил он хриплым голосом.
— Заколдованная принцесса, — ответила та и шаловливо показала розовый язычок.
— Как мне тебя расколдовать?
Змея потупила глаза:
— Очень просто: пригрей на груди.
Недолго думая, Али-паша сгреб змею в охапку и прижал к себе, у той аж косточки затрещали.
Змея ойкнула и взмолилась:
— Не так сильно — ты меня задушишь. Теперь закрой глаза и сосчитай до пяти.
Али-паша зажмурился:
— Раз, два, три, четыре, пять я иду искать.
И он нашел у себя в объятиях прекрасную принцессу.
Тут и сказке конец.
Дурак и шашки
В некотором царстве, в некотором государстве жили-были три брата-казака: два умных, а младший — дурак. Умные братья делом занимались, а дурак на печи лежал да сам с собой в шашки играл. Спросят, бывало, старшие братья у младшенького:
