— Это бы нам очень помогло, — почтительно ответил Шанг-Да. — Нам необходимо также заслушать более полную версию ваших обвинений. Расскажите подробнее о своей жизни.
— Хорошо.
— Также в стенограмме обвинения говорилось, что вы еще обвиняете Дамблдора и Грюма в убийстве моих сыновей — Гидеона и Фабиана, — голос лорда Прюэтта едва заметно дрогнул. — Вы можете это доказать?
— Если один мой друг согласится выступить в роли свидетеля, то да. Пожиратели вообще были не такими уж кровожадными бандитами, как о них все думают. Этот образ пестовал все тот же директор, так как ему нужен был достойный противник, на которого можно было бы списать и собственные темные делишки.
— Но... зачем? — выдохнул поникший Прюэтт.
— Из-за жажды власти, — ответил Гарри.
— Но ему ведь несколько раз предлагали стать министром, он сам отказывался, — заметил Фадж.
— Ага, говорил, что недостоин, и после смерти сестры не может, — фыркнул Поттер. — На самом деле, должности министра надо соответствовать, к тому же, эта должность выборная и срочная. А амбиции нашего бывшего директора желали куда большего размаха. Кстати, Гриндевальд еще жив?
— Да, — подтвердил Шанг-Да.
— Советую допросить его по вновь открывшимся обстоятельствам. Вдруг он вспомнить что-нибудь интересное?
— Такое ощущение, что вы, лорд Поттер, намекаете на то, что появление обоих Темных Лордов — исключительно дело рук Альбуса, — заметил Корнелиус.
— Скорее всего так и было. Дабы оставаться «светлейшим магом», Дамблдору нужен был темнейший. Как он вообще ведет себя в заключении?
— Молчит или все отрицает, — доложил Шанг-Да. — Аластор тоже, ну, иногда ругается на чем свет стоит. Но, учитывая найденное тело, и ряд подтвердившихся фактов, в частности с завещанием ваших родителей, растрате не принадлежащих ему средств и незаконной организацией помолвки, их обоих ждет допрос под веритасерумом. Но прежде чем его применить, мы хотим определиться с кругом вопросов.
— Понятно, — кивнул Гарри.
— Позвольте мне заметить, что Дамблдор также является сильным легиллиментором, — добавил Снейп.
— Да, это ценная информация. На телепатов универсальная сыворотка правды порой действует ограничено.
— Могу предложить усовершенствованный вариант, — сказал Северус.
— Содействие следствию только приветствуется, — одними губами улыбнулся лорд Прюэтт. — Состав не сертифицирован?
— Не было времени этим заняться.
— Предоставьте нам образец, и мы поможем с бумагами. Возможно, его засекретим для служебного пользования, но, обещаю, это неудобство будет щедро оплачено.
— Хорошо. Я пришлю флакон с зельем, — согласился Снейп.
— Наверное, удобнее будет сделать это через домовика, — предложил Поттер.
— Да, вы правы, — согласился глава невыразимцев. — У нас к вам есть еще один вопрос. Правильно ли я понимаю, что вы желаете именно публичного процесса над Дамблдором?
— Верно. Магический мир должен узнать обо всех грешках этого... типа.
— Разделяю эту мысль целиком и полностью. Но должен предупредить, что в этом случае всем станут известны некоторые обстоятельства вашей личной жизни. Например, о партнерстве, о том, что вы оборотень.
— Я не считаю и никогда не считал Северуса своей постыдной тайной, — твердо ответил Гарри. — Мы истинные партнеры, наш союз магический, и никому этого не опровергнуть. Что до моей звериной сути... Огласка и тут меня не пугает. Во-первых, так легче подтвердить наше с Северусом партнерство. Общепризнано, что магические существа обладают ярко выраженным инстинктом поиска пары. Во-вторых, я лорд Поттер, а это освобождает от всех ограничений, налагаемых на оборотней.
— Вижу, вы ко всему подготовились, — улыбнулся Шанг-Да.
— Не знаю, ко всему ли, но по возможности, — ответил Гарри.
— После принятия наследия ваше полное имя звучит как: Гарольд Коул Грейбек лорд Поттер, — почти процитировал лорд Прюэтт. — Означает ли это, что Фенрир Грейбек...
— Мой приемный отец, — подтвердил Гарри. — И да, именно он обратил меня, если вам это интересно. Но не стоит рисовать в воображении ужасных картин нападения. Мне тогда было лет пять, может, чуть больше. Благодаря моему кузену я во время экскурсии в парк сломал ногу и упал в овраг. Наверное, я бы умер тогда, если б меня не нашел Фенрир. Так что, он, фактически, меня спас и забрал к себе.
— И воспитывал, верно? — уточнил Шанг-Да.
— Да, как родного сына. Насколько я помню, он оформил официальное опекунство, хоть и не афишировал этого.
— Как любопытно, — лорд Прюэтт потер подбородок, раздумывая. — Понятно, что служащие министерства не видели препятствий в оформлении, так как обе стороны — оборотни. Но, что еще более удивительно, о пропаже героя, мальчика-который-выжил, в магическом мире не было известно.
— Полагаю, Дамблдор до последнего представлял дела так, что я воспитывался у маггловских родственников, и все, — ответил Гарри. — Так удобнее было методично потрошить мой школьный счет. К счастью, Альбус мог получить доступ только к нему, а не к фамильным хранилищам Поттеров.
— Да уж, — скривился Фадж. — Но зачем подобная мелочность?
— Со счета регулярно снимались не такие уж мелочи, — возразил Шанг-Да. — По пять тысяч галеонов каждый месяц. К тому же, наш обвиняемый никогда не обладал особыми богатствами. Финансовое состояние семьи Дамблдоров оказалось подорвано в тот момент, когда отец Альбуса попал в Азкабан. Потом смерть матери, сестры, необходимость доучиться обоим братьям... Долгое время они с трудом сводили концы с концами. Финансовое неравенство между Альбусом и Гиллертом тоже, полагаю, сыграло свою роль в их последующем разрыве. И не стоит забывать об организации под названием «Орден Феникса». Для ее деятельности тоже необходимы были средства, а состав участников... Там каждый второй нуждался!
— Думаю, орден — всего лишь прикрытие темных дел, — вставил Гарри.
— Не исключено, — согласился лорд Прюэтт. — А это тоже требует вложений. Я знаю, что он пытался склонить моих сыновей к каким-то пожертвованиям, но я как глава рода им запретил. Думал, что оба наиграются и возьмутся за ум. Не успели.
— Возможно, именно желание выйти из ордена их и сгубило, простите лорд Прюэтт, — предположил Шанг-Да.
— Знаю. Это дела давно минувших дней, но сыграло роль сразу несколько факторов: в то время я был главой Совета лордов и не верил Дамблдору ни на грамм. Уж слишком сахарные идеи он проповедовал, излишне демонизируя Волдеморта. Тот как раз собирался выставить свою кандидатуру на выборах и просил моей поддержки, но мои мальчики погибли, и мне сразу стало не до него. Особенно учитывая, что именно Темного лорда обвиняли в их гибели. Выходит, Альбус этим убийством решал сразу несколько проблем: сплачивал свой орден против образа врага, лишал Реддла моей поддержки и законного способа стать министром.
