— Я ничему не удивлюсь, — фыркнул Гарри.
— Если все это подтвердится, то потянет, как минимум, на весьма длительное заключение в Азкабане, — заметил Фадж.
— Даже этого мало за все его «достижения».
Они еще долго беседовали, Поттеру и Снейпу пришлось ответить, кажется, на миллион вопросов, но оба держались чинно и благородно, стараясь всячески помочь следствию. Да и адвокаты не раз доказывали, что недаром едят свой хлеб. В конце беседы лорд Прюэтт подвел первые итоги. Проверки деятельности Дамблдора как главы Визенгамота, выявили немало нарушений, равно как и в исполнении обязанностей директора Хогвартса. Но если в последнем случае вина была в основном в подборе неквалифицированного персонала и в катастрофической недоплате (особенно, как ни странно, Снейпу, так как он варил зелья для больничного крыла на постоянной основе, что должно было вознаграждаться по установленным расценкам), то в первом все намного серьезнее.
Также на этой встрече определили дату встречи с семейством Уизли — через два дня, в выходной. Министр согласился быть одним из независимых свидетелей на данном процессе. Вторым Гарри думал попросить стать Люциуса. Уж его никак нельзя было обвинить в предвзятости к рыжему семейству.
После министерства, Поттер с партнером заглянули в офис к адвокатам. Во-первых, обсудили условия этого возможного искупления, а во-вторых, Гарри решил обсудить с Бастианом и Сиэлем ситуацию Тома Реддла. Бывший Темный Лорд жаждал возмездия не меньше мальчика-который-выжил, но очень хотелось при этом не допустить заключения самого Тома. Поэтому пришлось изложить братьям всю историю без купюр.
Похоже, Гарри оказался одним из тех немногих, кому удалось удивить маститых адвокатов. Когда он закончил, Сиэль проговорил:
— Теперь понятно, о каком эксперте по крестражам вы говорили.
— Да, о нем. Но мне бы не хотелось, чтобы его арестовали сразу же после дачи показаний.
— Учитывая имидж Волдеморта, такой исход не исключен, — согласился Бастиан. Но безвыходных положений не бывает, особенно когда за дело беремся мы. Во-первых, законодательно получается, что Том все-таки умер в тот Хэллоуин, а если так, то и судить возродившегося несправедливо, так как после этого, надеюсь, Реддл не совершал ничего противозаконного.
— Абсолютно, — подтвердил Гарри.
— Но, с другой стороны, Дамблдор всячески выдавал свои грешки за деяния именно возрожденного Темного Лорда, это может создать проблемы. Хотя... было что-то в древних, но все еще действующих уложениях... Нечто о вире потерпевшей стороне, — задумался Сиэль.
— Давайте так, лорд Поттер, мы тщательно все обдумаем, и завтра представим вам свои предложения.
— Хорошо, договорились.
Когда Гарри рука об руку с Северусом вышли на улицу, парень устало вздохнул:
— Какой-то бесконечный день!
— Полностью с тобой согласен, — еще более тяжко вздохнул Снейп. — И, заметь, это только начало.
— Знаю. Ничего, мы сможем.
— Гриффиндорский оптимист, — скептически скривился зельевар. — И Том, в самом деле, хочет выступать в суде?
— Ага. У них же еще более давние... противоречия, и еще более внушительный список... претензий. Слушай, а нам обязательно возвращаться в Хогвартс вот прямо сейчас?
— Никто не в курсе, когда закончатся наши дела.
— Тогда, может, скрасим тягостность сегодняшнего дня ужином в уютном ресторане?
— А ты не боишься, что тебя узнают и разорвут на сувениры? Особенно учитывая сегодняшнюю статью.
— Ну, небольшой шанс, конечно, есть, но мы ведь не пойдем в какую-нибудь забегаловку вроде Кабаньей головы или заведения Розмерты. И вообще, я есть хочу.
— Ладно, идем, лохматое чудовище, — усмехнулся Северус, предлагая партнеру свою руку.
Выбор пал на заведение с говорящим названием «La falce di luna» (серп луны), которое держал пожилой итальянский маг. Здесь было уютно, и посетители, если хотели, могли спрятаться ото всех в кабинках в виде увитых виноградом беседок. И заведение дорожило своей репутацией «тихой гавани», так что можно было надеяться, что никто не наведет сюда газетчиков.
Да, Гарри и его спутника узнали, но лишь подстегнуло уважительное отношение как к лордам. Похоже, поклонников у Дамблдора в магическом мире было куда меньше, чем принято считать. Так что Поттер смог утолить свой волчий аппетит, и они со Снейпом приятно провели время. Парень до сих пор радовался каждому часу вдвоем с партнером, уж слишком мало их пока было.
— Нам надо почаще вот так выбираться, — предложил Гарри.
— Не думаю, что это станет возможным, как только процесс наберет обороты, — честно предупредил Северус.
— Боишься, что всякие писаки откроют на нас охоту?
— Не исключено. И не забывай также о недоброжелателях. Надо быть осторожнее.
— Наверное, — согласился Поттер, сникнув. Правда, тут же придумал новое решение: — Но ведь есть и другие страны, где о нас никто ничего не слышал.
— Хм...
— Я ведь нигде не был, кроме Лондона.
— Предлагаешь стать твоим гидом?
— Ага. Если ты, конечно, хочешь.
— Как не хотеть? — фыркнул Снейп.
Зельевару обнял бы партнера прямо здесь, но пока предпочитал воздержаться от демонстрации чувств в публичных местах. Природная осторожность не могла исчезнуть просто так. Впрочем, Гарри, хоть и являлся оборотнем, жадным до тактильных ощущений, не стремился прикасаться к Северусу везде и всюду. У него было потрясающее чувство момента.
Поттер вообще отказывался вписываться в какие-либо рамки. Дамблдор пытался слепить из него эдакого белого рыцаря, паладина одной битвы, а он стал оборотнем, более того, помог возродиться и породнился с тем, кого должен был считать врагом. Гарри медленно, но верно вырастал в сильного, а главное — умного лидера. Причем поначалу Северус опасался, что этот несгибаемый внутренний стержень альфы будет мешать их отношениям, но оказалось, что парень вполне готов идти на компромисс, и ни разу не попытался прогнуть в чем-то партнера. Да, наличие зверя налагало определенные... ограничения, но ничего такого, с чем нельзя бы было жить.
— О чем задумался? — тихо спросил Гарри, заметив, что его любимый мужчина буквально застыл над чашечкой кофе.
— О тебе, — не стал отрицать Снейп, поднимая на парня взгляд агатовых глаз.
— Надеюсь, в хорошем смысле? — на щеках молодого лорда появился легкий румянец.
— Да.
— Да — и все?
— Герой должен быть скромен и не напрашиваться на комплименты, — наставительно проговорил Северус, правда, глаза его смеялись. — Подробности дома. Просим счет?
— Ты сам обещал, — подчеркнул Гарри. — Хорошо.
В замке события завертелись так стремительно, что о личном времени приходилось только мечтать. Мало того, что друзья и не только старались расспросить Поттера о происходящем (не стоило и надеяться, что их любопытство улетучится), необходимо было успеть кучу всего. Во-первых, связаться с отцом и Томом, объяснить им положение дел на данный момент. Реддл был готов выступить перед судом, рискуя всем, но Грейбека возможный арест не устраивал, самого Гарри тоже. И да, Фенрир тоже выразил согласие дать показания, если потребуется. Определившись с главным, можно было думать о мелочах. Тут наступало «во-вторых» — связаться с Люциусом и попросить его быть свидетелем на процессе искупления.
