надеялись на «милосердие» духов или кого-то еще, а нам, всем без исключения, дана гарантия от науки, что человек после смерти просто исчезает. Как будто нас и вовсе не было на земле! А значит, беспокоиться нам нечего, и все эти разговоры о
Жэнь или
Дэ – это так… коллекционирование разноцветных бабочек. Кому-то из нас просто интересно – сидя после обеда или вечером перед сном – углубиться в понимание мировоззрения «настоящего» Конфуция. Как-никак он оставил после себя значительный след в Китае.
Как в «Марсианских хрониках» Рэя Бредбери: качаясь в кресле-качалке, читаем в свете марсианской Луны текст Лунь юй, нацарапанный на медных пластинках. И у каждого – непроницаемая серебряная маска на лице, чтобы скрыть наши подлинные живые чувства. Если в далекие времена династии Чжоу миром Поднебесной правил Цзюнь цзы, то в нашем сегодняшнем мире – причем, во всех государствах – правит сяо жэнь. И наш Конфуций – решительно против этого. Смешной человек! И слава Богу, что давно умер!
Суждение 4.12
Самый простой перевод этого суждения, который «лежит на поверхности» и который, как всегда в таком случае, носит характер «афоризма», т. е. безотносительной абстракции, – это перевод традиционный, общепринятый:
Конфуций сказал: «Действовать, имея в виду выгоду, – (навлечет) много ропота» (пер. В. П. Васильева).
Скажите, кто в нашем мире «действует, не имея в виду выгоду», в том числе, духовную? Или – «выгоду» узнавания чего-то такого, что – скажем это несколько осторожно – нам интересно в данный момент? Таковых – из тех, кто пребывает в здравом уме и светлой памяти – нет, и никогда в мире не существовало. А значит, всем нам следует закрыть книгу Лунь юй за ненадобностью. Потому что если нам не подходит в высказываниях Конфуция что-то одно – относительно этой «выгоды», например, – значит, и все остальные его рассуждения тоже не для нас. Потому что Конфуций во всем последователен. Но мы, ведь, так не делаем.
В жизни происходит иначе, почти как в этом традиционном переводе. Читаем «афоризмы», восторгаемся «мудростью» Учителя. «Да, да! Именно не “имея в виду выгоду”» – думаем мы, полагая, что именно я-то как раз и «соответствую», и что это именно о моей «мудрости» сказано в том или ином «афоризме». А иногда спохватываемся: «Да! С сегодняшнего дня изменюсь, и буду поступать именно так, – не по выгоде!». И все это потому, что «так» говорит Конфуций, а он везде признан как мудрец. Но проходит минута-другая, и все в нашей жизни течет по-прежнему, как обычно. И слава Богу!
Но стоит ли ориентироваться на все эти «афоризмы», которые переведены на русский язык не самим Конфуцием и даже не подобными ему, а такими же, как мы, «действующими, имея в виду выгоду»? Тем более что нам с вами изначально непонятно, у кого именно подобные наши действия могут вызвать «ропот». У наших конкурентов по бизнесу? Вряд ли Конфуций имел в виду именно это. А если, например, не вызывают, – тогда почему не действовать себе во благо, но так, чтобы при этом не нарушать интересы других людей?
Итак, перейдем к рассмотрению суждения. Ключевой иероглиф здесь «выгода», ли. Он нам встретится и в одном из последующих суждений. Приведем его значения из словарной статьи, вот они: «польза», «выгода», «*рит. жертвоприношение (подношение) душе умершего», «*жадный», «алчный». Каким образом могло складываться во времени семантическое поле этого иероглифа? Сначала этот рисунок означал «жертвоприношение (подношение) душе умершего». На подобном «мероприятии» очень часто происходит совместная трапеза участников жертвоприношения с теми «духами», для которых это жертвоприношение предназначено. Эти духи привлекаются к обряду именно едой и звоном ритуальных колоколов, – в древнем Китае, как правило, каменных. Среди земных участников жертвоприношения всегда находились (впрочем, как и в наше сегодняшнее время) любители «приналечь на дармовщину», т. е. на раздаваемое жертвенное мясо. Отсюда второе значение – «алчный», «жадный» (речь об особо нетерпеливых), которое впоследствии полностью отделилось от первоначального контекста. По общему мнению, такое участие в мероприятии по «задабриванию духов» едой (в процессе жертвоприношения) приносит человеку ощутимую пользу или выгоду, потому что именно духи заботятся о его благополучии и благополучии его семьи. Отсюда – главное и тоже достаточно позднее значение этого иероглифа – «польза», «выгода».
Но ведь сам Конфуций – и это бесспорно – вел речь вовсе не о «пользе» или «выгоде». Как мы уже понимаем, все его мысли и чаяния пребывали в мире ином, который никогда не говорит о «пользе». Боже мой! Но отчего же у него – эта вечная «прилипчивость» к жертвоприношениям? Так и хочется вспомнить русскую народную пословицу: кто о чем, а… Конфуций – о жертвоприношении!
Да, именно так это нам кажется сейчас, потому что мы живем в совершенно другой реальности. Это как будто у всех древних было по два полушария головного мозга, а потом вдруг прилетели с Марса какие-то «сердобольные медики» и у всего человечества одно полушарие ампутировали, – так, чтобы все были счастливы и никогда не заглядывали в эту черную «бездну смерти». Вот и ходим с тех пор по земле «полуумные», простите, полуголовые, хотя внешне – такие же, как и Конфуций.
Для самого Конфуция участие в жертвоприношении было главным в жизни. Нет жертвоприношения – нет Дэ. Для чего тогда жить? что́ такое благодать для подлинного подвижника и ка́к она согревает сердце и наполняет жизнь высшим смыслом? – Об этом можно поучиться хотя бы у Серафима Саровского.
Вот перевод этого суждения, отвечающий «духу Конфуция», а заодно и словарям:
4.12. Почтенный (цзы) сказал (юэ): «[Если] *удаляться (фан, т.ж. «*убегать», «освободить») от (юй) жертвоприношения духу умершего (ли) и (эр) *подношения [ему] рисового отвара, питья и пищи (син) – [это навлечет] много (до) печали (юань, т.ж. «расстраиваться», «сокрушаться», «скорбеть», «жаловаться», «горевать»)».
Никакой «печали» или «горя» в этой жизни от такого «бездуховного» поведения человек не получает, как не получает печали от этого какой-нибудь дворовый пес. Только сплошная «выгода», включая освободившееся свободное время, средства для вольной жизни, да и… «завей горе веревочкой», чтобы еще дополнительно впихивать в свою и без того «распухшую» бедную головушку какие-то вечные бессмысленные вопросы!
О какой же «печали» в таком случае заявляет Конфуций? Надеемся, что для нашего читателя ответить на этот вопрос уже не представляет никакого труда. Хотя такой мудрый читатель может оказаться совершенно не согласным с Учителем Китая – «своя голова на плечах!».
Свой перевод, представленный выше, мы, конечно, намеренно упростили, но при этом его главная мысль остается именно такой. Дело в
