я не дракон, так я ещё и не маг. От слова совсем! — проговорила я.
— Как бы там ни было, Женевьева, это настоящий дар! Каждый дракон имеет вокруг себя свой цвет. И каждый видит сквозь призму своей ипостаси, только не каждому дано увидеть.
Драконица взяла меня за руку.
— Глаза — зеркало духа, глаза — зеркало мысли и сознания. Глаза — оружие духа. Глаза всегда сильнее любых слов, если за ними мысль. В глазах, как на острие лезвия, можно сосредоточить энергию и магическую силу. Поэтому клан огненных драконов самый сильный — их взгляд самый острый и жгучий, Женевьева. Думаю, этот дар всегда был с вами, но открылся он только после…
Она хитро улыбнулась.
Ох и не зря я увидела взгляд её зверя, наполненный мудростью и знанием. Аиша действительно такая.
Посмотрела на девушку, осмысливая каждое её слово, потом подалась к ней чуть вперёд и заговорщицки произнесла:
— Вряд ли это мой личный дар. Но у меня появилась теория: быть может, это следствие того, что я провела весь день и всю ночь в постели с драконом? Или же, это сила Рэна как-то передаётся теперь и мне по нашей с ним связи?
Аиша задумалась.
— Никогда о подобном не слышала… — пробормотала она. — Скажу тебе правду, Женевьева, мужчины о своих истинных парах не любят распространяться. А сами женщины-истинные практически никогда не появляются на публике… Поэтому, я не знаю. Прости.
Может, я теперь превращаюсь в дракона?
Ну-у-у… Переспала вот с драконом, между нами произошёл обмен не только жидкостями, но и духовный и теперь я… Теперь я мутантом стану?
— Аиша, ну-ка посмотри на мои глаза. Зрачки у меня круглые или вытянутые? И нигде на лице чешуя случайно не проклюнулась?
Аиша с серьёзным выражением взяла моё лицо в ладони и внимательно осмотрела мои глазки и моё личико.
— Глаза такие же необычные, как и раньше. Зрачок круглый, — изрекла драконица. — Лицо… чистое. Никакой чешуи.
И в этот момент вошла Милдред и застыла, рассматривая нашу композицию, как Аиша держит меня за лицо и будто собирается поцеловать.
Не-е-е-ет, пусть Милдред не надумает всяких глупостей!
— Простите, если помешала, несса, — с лёгким укором произнесла женщина и тут же продолжила, не позволив мне оправдаться и вообще что-то сказать: — Помнится, вы говорили, что ладите с животными?
Аиша отпустила меня и взяла в руки чашку с чаем.
Я же вздохнула и кивнула ей.
— Да, я ветеринар, — напомнила Милдред.
— К сожалению, в штате несс не держит ветеринара, да и он нам особо ни к чему, животные у нас выносливые и сильные, но вот сегодня случилось кое-что неправильное, и времени вызывать и ждать помощь некогда… Может быть, вы бы помогли…
Я напряглась.
— Милдред, что случилось?
— Одна кобыла не может разродиться. Роды начались раньше срока и проходят сложно… А кобыла хорошая…
Меня тут же, как ветром сдуло.
Глава 27
Женевьева
Пока я бежала в конюшню, то в голове непроизвольно воспроизводились знания о лошадях и их родах.
Ближе к родам кобыла всегда беспокойно начинает себя вести и старается уединиться. Чем опытнее, спокойнее и увереннее в себе кобыла, тем дальше она стремится уйти от табуна.
Но здесь всё иначе.
Да и драконы должны были озаботиться поведением лошади. Считаю, это их некомпетентность.
Эх, окутанная флёром страсти, я совсем не подумала о себе и не попросила у Рэна работу. Нанял бы он меня ветеринаром к себе и все дела. Все счастливы. Особенно я.
Но у меня мозги другим были заняты. А ведь момент был шикарный, а я балда его упустила.
Ну ладно, такие моменты ещё будут, стоит дракону только вернуться.
А пока стоит сконцентрироваться на роженице.
Сейчас почти полдень, а ведь лошадь обычно рожает перед рассветом. Это обусловлено самое природой: рассвет — это самый тихий и спокойный час, когда ночные хищники уже насытились, а дневные ещё не вышли на охоту.
В спокойной обстановке кобыла рожает лёжа и тужится до тех пор, пока лишь задние ножки жеребёнка не останутся в её родовых путях. В этот момент потуги прекращаются, кобыла отдыхает, а жеребёнок втягивает через пуповину более литра крови из «детского места».
Когда он начинает шевелить ножками, кобыла переваливается с бока на грудь. Ножки жеребенка выскальзывают из родовых путей, а истончившаяся пуповина рвётся в нескольких сантиметрах от животика детёныша.
Если жеребёнок родился «в рубашке», опытная кобыла сама разрывает её. Ещё кобыла начинает активно и сосредоточенно вылизывать своего детёныша. Этот первый «массаж» продолжается около получаса. Он стимулирует жеребёнка, но главное — он поддерживает материнский инстинкт, без которого кобыла не станет заботиться о нём.
Всё что я вспомнила, касалось нормальных родов. А вот если же у кобылы проблемы…
Ох…
Но вообще роды у всех млекопитающих представляют собой физиологический акт, не требующий вмешательства со стороны.
Ну всё равно всякое бывает. Может, это первородящая кобыла?
Ладно, сейчас разберёмся.
Вбежала в денник, наполненный запахами сена и травы, и увидела её.
Густая чёрная грива, бархатные чёрные губы были стянуты до оскала, слезливая морда тыкалась в мягкую солому.
— Несса, вы пришли… — проговорил чуть не плача Лерой. — Сдаётся мне, помрёт наша красавица Магия. Тут только чудо поможет. Не может она разродиться… Несс Нерваль сильно расстроится…
— Не стоит раньше времени никого хоронить, — сказала жёстко.
Осторожно, мягкой поступью, приблизилась к красивой, но очень уставшей лошади.
Её ноздри уже окрасились розовой пеной. Толстые зубы от потуг пытались укусить воздух,
Снова и снова сильные потуги её последних сил лишали.
Она билась в соломе, испытывая сильные муки.
Не теряя время даром, я принялась действовать.
— Лерой! Немедленно горячей воды мне! Чистые простыни! Обеззараживающие настои! И острый, стерильно чистый нож!
Конюх тут же шикнул на младших и те вихре унеслись исполнять моё распоряжение.
— И воды холодной тоже, как только достанем жеребёнка, ей нужно будет много пить, — сказала я. — И помогите мне Лерой. Держите её ноги, чтобы она не лягнула меня…
— Тише, детка… Тише… — говорила я очень спокойно и уверенно. — Я помогу тебе…
Лошадь заржала и попыталась меня и лягнуть и укусить, но Лерой крепко держал.
Быстро ощупав её живот, я поняла, в чём дело.
Её бурные потуги сопровождались непроходимостью плода.
— У плода заворот головы или конечностей, — сказала я и выругалась: — Чёрт!
Малыш находится слишком долго в шейке матки, могло нарушиться кровообращение в плаценте. А это стопроцентная гибель жеребёнка.
Но я так не играю. У меня никто не
