расписание. До вечера по Европе были рейсы на Вену, Москву (туда точно не надо), Мюнхен, Париж и даже Прагу, оставалось надеяться, что в день отправления будут билеты.
"В общем, в аэропорту разберемся" — подумал он, и, вернув ноут, попробовал вздремнуть оставшиеся до Дарницы два часа.
****
Главным удобством Киева является аэродром Жуляны, который находился в черте города. Решение срочно вылетать Бурковский принял сразу после того, как поступила информация от оперативника СБУ на пограничном переходе, что в купе, где должны были ехать Харламов и Пирогов, обнаружены следы крови. При этом обе проводницы утверждали, что никого в этом купе не помнят и в доказательство показывали свой пустой блокнот без билетов из этого купе.
Бурковский приказал перерыть весь поезд, а сам решил вылетать в Киев — что-то подсказывало: Харламов пересек как-то границу, и искать его следует уже в Украине. Поскольку из Киева не успевали добраться сотрудники Организации, то в Конотопе в поезд должна была подсесть бригада оперативников СБУ с факсимильной копией портрета Харламова. Они должны были тщательно обследовать купе и прошерстить весь поезд.
Звягину же поручалось проверить единственный невыясненный пункт — одноклассник адвокат, который дал денег Харламову. Отдельно надо было поискать среди оригиналов миграционных карт, которые через пару часов должны были поступить в региональную миграционную службу, карту с номером, выданным Харламову. Оставался шанс, что он пересек таки границу, но под чужим именем. Уже в воздухе Бурковского набрал Маурик, очередной раз наведя Бурковского на мысль, что надо бы выяснить, где у того источник информации.
— Бурковский, я уже третий день занимаюсь вашей вознёй с Хараламовым. Вы можете объяснить, что происходит? — голос Маурика отдавал холодом, не сулившим ничего хорошего. — Эта ваша идея с тем, чтобы его якобы добровольно переслать в Прагу, провалилась. Насколько я понимаю, сейчас мы не знаем, где Харламов и даже жив ли он?
— Совершенно верно. В купе, где должны были пересечь границу Харламов и наш оперативник обнаружены следы крови, а их самих нет и границу они не пересекали. Как раз это может подтвердить мои слова о том, что кто-то из наших людей в московском офисе был заинтересован в смерти Харламова. И я уверен, причина кроется в той его неудачной вербовке.
— Вы намекаете на Рогова? С этим мы разберемся потом, сейчас не это важно. Вы понимаете, что означает смерть Харламова? Да от нас с вами мокрого места не останется, когда начнут ее расследовать конфедераты.
"Занервничал, как жаренным запахло? Стратег и тактик, блин. Думал только выслужиться, а теперь не знаешь, как выкрутится?" — ухмыльнулся про себя Бурковский, а вслух сказал:
— Я все знаю, мои люди работают в Москве, выехали оперативники в зону, где находится маяк Харламова. Сам я уже на подлете к Киеву. Надеюсь, что поезд — это ниточка, которая выведет на Харламова, если он жив.
— Только не надо демонстрировать бурную деятельность. Вы за три дня успели ее уже не раз показать, а вот результаты все хуже и хуже. Кстати, пусть Новиков возвращается к своим обязанностям. Он, насколько мне известно, свою часть задания выполнил отлично. Через три часа жду от вас доклад.
Маурик отключился, а Бурковский откинулся в кресле небольшого и комфортного Ситасьона от Сесны, который через час с небольшим, должен был доставить его в Киев.
Субботним утром в мигалках не было необходимости — от Жулян до вокзала добрались за четверть часа. В машине Игорь, сопровождающий прикрепленный к нему от киевского офиса, вводил Бурковского в курс дела.
— За полтора часа осмотра поезда эсбэушники подтвердили, что в купе много следов свежей крови, — кратко, но четко рассказывал Игорь, — Экспресс-анализов, естественно, у них не было, не наша же бригада, поэтому проверить генетический код прямо в поезде, чтобы сравнить его с кодами Харламова и Пирогова, они не могли. Сделать это планируем сразу после прибытия поезда и образцов. Допрос проводниц показал, что они после отправления поезда с одним из пассажиров пили шампанское, после чего слегка задремали, поэтому в Калуге, по их мнению, пассажиры могли бы зайти через другие вагоны. Самих пассажиров не видели. Проводники других вагонов, сказали, что в пятом вагоне производилась посадка, но кто ее проводил, внимания не обратили.
— Я хочу сам поговорить с проводницами, — предложил Бурковский.
В этот момент зазвонил телефон, это был Звягин.
— Дмитрий Алексеевич, маячок нашли, вы были абсолютно правы, — он слегка запнулся, — Харламова там не было, но…
— Я понял, что еще? — перебил Бурковский
— Вторая новость намного лучше. Железнодорожники в районе двухсотого и двести десятого километра обнаружили два трупа, судя по описанию одного из них это Пирогов, а вот второй точно не Харламов. Сейчас наши люди выехали проверить. По милицейской сводке один из них погиб от огнестрела, а второй, предположительно Пирогов, от метательного ножа, попавшего в височную часть.
— То, что это хорошая новость, правильно соображаешь Звягин. Что у нас получается? — Бурковский задал вопрос как экзаменатор любимому студенту.
— Получается, что в схватке погибли Пирогов и еще кто-то, но не Харламов. Кроме того, это произошло за четыре-пять часов до того, как Харламов посетил туалет. Значит, очень высоки шансы, что он все еще жив и именно он сбросил трупы с поезда.
— Отлично, Звягин. Прогрессируете на глазах. Только учитывая то, что он программист, а не профессиональный киллер я больше склоняюсь к тому, что был кто-то третий или даже четвертый и Харламов у них в руках. А вот если это провернул таки он… ну… осталось понять, куда он подался, когда освободился от маячка. Что по поиску миграционной карты?
— К сожалению, пока мы затребовали проверку по номеру карты, все миграционки смены были уже опечатаны и переданы общим пакетом в региональную миграционную службу. А там ведь общий объем миграционных карт за сутки. Плюс их доставят туда часам к десяти-одиннадцати. Ну… и пока проверят.
— Так ускорьте черт вас подери. Хотя, ччитывая ситуацию с его пропажей, можно предположить, что если у него были свои документы, то и миграционная была своя. А еще вероятнее, что пересек по российскому паспорту. Но проверить в любом случае нужно!
— Но, Дмитрий Алексеевич, тогда он из Украины никуда не денется.
— Он уже из поезда делся, — заметил Бурковский, — Что-то по его однокласснику есть?
— Ищем. В офисном центре три юридических компании. Две большие, вряд ли бы занимали деньги на ремонт у программиста, а вот одна вполне годится, тем более въехали недавно. Сейчас ищем владельца, домашний телефон молчит, мобильный вне зоны, вероятно, он где-то
