ни на что не повлияло!
— Да ладно тебе, Оль, — примирительно сказала Арина. — Правильно сказали, толпа толпой, а в итоге каждый сам за себя. Будет нам уроком, в следующий раз шевелиться и вести себя увереннее, а то и наглее.
— Ага, как же! Там звезды эти сплотились, не влезешь, — не унималась Ольга.
— Девушки, не будем гадать, скоро все узнаем, — попыталась я утихомирить разгорающийся конфликт. — Сейчас не до этого. Надо думать, как до места добраться!
— Чем больше людей в команде, тем сложнее… Снова дележка начнется, интриги… — с тоской рядом вздыхала Арина. — вчерашний путь хоть как-то нас сплотил… А теперь опять всё заново.
— А вдруг нас снова перетасуют? — с тревогой спросила Арина. — Раскидают по другим командам…
— Ой, не надо! — взмолилась Ольга. — Мне уже эта команда нравится. Не хочу никуда переходить!
Мы в спешке упаковывали вещи, грузили часть вещей в каноэ. Нужно было оплыть остров и причалить с другой стороны.
Для всех повторное объединение племен стало полной неожиданностью, все высказывались против. Девушки были обижены на парней, которые, по их мнению, бросили нашу команду и уплыли первыми, не оказав помощи, не предложив свою силу, оставив девушек на произвол судьбы. К тому же чем больше людей в команде, тем сложнее обустраивать быт и поддерживать дружескую атмосферу. Были предположения, что нас снова переделят, раскидают по командам, перемешают. Вчерашний путь к острову, конечно, сплотил нас, и уже не хотелось расставаться и менять команды.
Объявили, что все участники должны встретиться у руин сгоревшего маяка на другой стороне острова. Наши каноэ, нагруженные собранными впопыхах вещами, казались непомерно тяжелыми. И мы, навалив все добро внутрь лодки, толкали ее словно бурлаки, ибо тащить поклажу на себе, казалось вдвойне сложнее, да и после вчерашнего марш-броска все тело болело!
А лишаться хоть чего-то в таких экстремальных условиях не было никакого желания!
Погода с утра была пасмурная, небо затянуто серыми тучами, волны с шипением накатывали на берег, норовя сбить нас с ног. Временами берег становился скалистый, и волны доходили нам до груди.
— Вот же угораздило… — девушки вздыхали, с трудом передвигая ноги по скользким камням. — Искупались, называется… Только не в лазурной водичке, а в мутной соленой жиже…
— Да уж, не курорт, скорее каторга!
— Давай, давай, давай! — подбадривали друг друга участники, преодолевая очередное препятствие.
Путь до нужного берега оказался невероятно сложным и изматывающим. Мы выбились из сил, проклиная тяжёлые каноэ и скользкие камни. И когда, наконец, добрались до места встречи у руин сгоревшего маяка, оказалось, что наша команда пришла последней.
Две другие команды уже нас дожидались, расположившись вокруг тлеющих углей костра. Это было немного обидно. Среди девчонок из моего племени это ещё больше накалило и без того напряжённую атмосферу. Все были угрюмые, измотанные и недовольные.
Те, кто нас встречал, наоборот, храбрились, веселились, выглядели довольными и отдохнувшими. Это ещё больше раздражало.
Оказалось, что они уже нашли какую-то видеокассету с новым заданием, но, к счастью, не стали смотреть её без нас и дождались нашего прибытия. Это хоть как-то их оправдывало в наших глазах.
Когда включили воспроизведение, на экране появилась Ксения Собчак. Она, с присущей ей ироничной улыбкой, обратилась к нам:
На кассете была записана Ксения Собчак. Изображение рябило и сбоило, словно запись была старой и затертой. А ее хрипловатый, словно пропущенный через искажающий фильтр, голос, добавлял жути:
— Вы будете жить здесь. Жизнь в этом месте экстремальна и непредсказуема. В ваших интересах и в целях безопасности я настоятельно советую вам снимать свои передвижения и впечатления на эту камеру. Вам неоткуда ждать помощи. Вы должны сами позаботиться о себе. Болото в этих местах непригодно для жизни. Но именно там вы можете найти предметы, необходимые вам для выживания.
Мы прослушали сообщение, обмениваясь недоумёнными взглядами.
— Значит, в болоте надо искать какие-то нужные вещи, — резюмировал кто-то.
— Я в шоке. Мы что еще и в болото полезем? А если там крокодилы?
— Ну не лезьте, а вдруг там что-то важное, без чего мы не выживем?
— Да, то, что есть в болоте пригодится нам именно сейчас… Мы просто разделимся, кто-то будет искать здесь, кто-то там, — предложили ребята.
Начались первые ссоры, как и ожидалось. Настроение у всех было далеко не радужное.
— Ну что, пошлите в болото? — кто-то неуверенно произнёс. Часть людей сразу двинулась в указанном направлении. Другие принялись доставать свои вещи из лодок.
Я подошла к Арине.
— Слушай, может, вместе пойдём? А то я немного переживаю… Болото всё-таки… Жизнь меня к этому не готовила.
Арина посмотрела на меня своими большими, от волнения, казалось, почти анимешными глазами.
— Если честно, я бы вообще предпочла туда не ходить. Про одних только малярийных комаров в детстве наслушалась… Страшно до жути!
Я улыбнулась, пытаясь её успокоить:
— Да брось! Какие малярийные комары? Вряд ли они водятся в этих джунглях. И вряд ли они нам опасны. Хотя, конечно, всякой гадости здесь и своей хватает, — добавила не совсем уверенным тоном.
В итоге мы пошли вглубь острова, внимательно смотря под ноги.
— Я что-то не понимаю, зачем они нас поселили возле болота? — пробормотала я. — Что, больше нет мест на острове получше?
— Я тоже ничего не понимаю, — согласилась Арина. — Сколько ещё будут продолжаться эти издевательства? Я всё-таки думала, что это какая-то тема про отдых, про веселье и про какие-то соревнования типа весёлых стартов. Но никак не про экстремальное выживание!
Я была полностью согласна со своей новообретённой подругой.
С другой стороны, я помнила передачи из своего прошлого и знала, что, несмотря на все трудности, никто во время них не умер. Это хоть немного успокаивало.
Мы пошли искать что-то в болоте.
— Еда? Мачете? Инструменты? — гадали все вокруг, с трудом продираясь сквозь густые заросли.
Сначала искали на деревьях, думали, что нужные предметы могут там висеть. Болото оказалось коварным и вязким: с каждым шагом ноги все глубже увязали в тинистой жиже. Воздух был тяжелый, спертый, наполненный запахом прелой листвы и какой-то сладковатой гнилью.
— Может не будем так далеко заходить? — спросил кто-то с опаской. — Уже земля под ногами проседает… Чувствую себя, как муха в янтаре.
— Я реально все… Уже не просто проседает, у меня уже все выше
