отозвался о его боевом товарище… так, кажется, ты назвал своего зверя?
Я покаянно вздохнула.
– В общем, жалобу отозвали, – Фаэс усмехнулся шире. – Но впредь постарайся не связываться со стражей. У нас с ними довольно скользкие отношения.
– Понимаю, – смиренно отозвалась я. А эрдал снова посерьезнел и, покрутив в руках перстень, пристально взглянул мне в глаза.
– Фантом, ты действительно убил «весельчака»?
– Да, Фаэс. В Хароне этой ночью стало немного чище.
Он все еще с недоверием дернул щекой, но куча перстней на столе и увесистый мешок с золотом были красноречивее всяких клятв и любых заверений. Мне незачем было обманывать эрдала. И незачем присваивать себе чужую славу. А о причинах я ему уже рассказала. Так что возразить на это по-настоящему нечего.
– Почему ты не вернулся сразу? – наконец спросил эрдал, что-то, видимо, для себя решив.
Я пожала плечами.
– Устал.
– Ты ранен? – как-то неестественно спокойно спросил Фаэс. Но таким напряженным голосом, будто был готов кликнуть сюда сразу всех целителей города. А уж посмотрел так, словно хотел проткнуть насквозь. Но не зло. Совсем, надо сказать, не зло, хотя и с запоздалой тревогой. – Учти: у нас есть отличный маг, за работу которому платит гильдия. Если тебе нужна помощь…
– Спасибо, Фаэс. Я действительно просто устал.
Он долгое мгновение изучал мои глаза – единственное, что не было скрыто черной маской, а потом медленно наклонил седую голову.
– Тогда, будь добр, в следующий раз предупреди, если решишь не возвращаться в крепость на ночь. И избавь меня от тяжелых мыслей, что гильдия потеряла еще одного хорошего бойца.
Блин… а он ведь беспокоился, когда понял, что я не явилась в срок. Так уж у них принято – если боец не вернулся с рейда, через два дня отправлять бригаду на поиски. Но отправлять в Харон за никому не известным новичком целый отряд… да еще на Южную дорогу, где люди почти не выживали… У Фаэса поистине железные нервы, раз он не убил меня на месте, как только увидел. Разрываться между долгом и чисто человеческим сочувствием на протяжении целой ночи и бесконечно долгого дня, когда еще теплится надежда, но суровый разум бесстрастно сообщает, что время для пропавшего вышло…
Я виновато опустила глаза.
– Прости, Фаэс. Это больше не повторится.
– Надеюсь. – Эрдал тихо вздохнул и вдруг сжал мое плечо. – А насчет других не волнуйся: гильдия никого не оставляет без помощи. Я не буду спрашивать, что ты нашел в том логове, но знай – я не забуду того, что ты сделал лично для меня.
– Ладно, пора мне, – неловко отвернулась я. – Не подскажешь, где у вас тут есть хороший кузнец? Желательно такой, чтобы языком не трепал и умел работать с адароном?
Фаэс округлил глаза.
– Вот даже как… Что ж, о такой добыче действительно не стоит кричать на каждом углу. А кузнец есть. Только не в Норе, а в Кичре – деревня такая неподалеку от столицы. Полдня на север пешком. Или оборота три, если твой зверь носится с такой скоростью, как говорят. Кузнеца зовут Дарн, но за глаза кличут Горлопаном. Мужик сварливый, но мастер, уж поверь моему опыту, от бога. Сам Светоносный ему руки приделывал, когда позволил появиться на свет. Найдешь его, скажи, что я прислал – он тогда не пошлет тебя… гм… сразу.
Я благодарно кивнула.
– Держи. – Фаэс, вернувшись к столу, протянул мне свернутый трубочкой кусок пергамента. – Твоя грамота, как обещал. Со вчерашнего дня ты принят в гильдию. Перстень сам себе выберешь.
– Не надо. Я уже присмотрел.
Эрдал оценивающе глянул на моего «змея» и тут же кивнул.
– Сойдет. Хотя я не могу припомнить, кто его раньше носил.
– Может, оно и к лучшему, – вздохнула я и, если честно, с немалым облегчением. – Все легче, когда не знаешь, с кого именно «весельчак» его снял.
– Верно. Бывай, Фантом. И не забудь, что даже у рейзеров редко когда случаются рейды чаще, чем раз в три дня.
Я снова кивнула и наконец вышла, чувствуя, как с плеч вдруг упала огромная тяжесть: все, меня приняли. Я теперь – полноценный рейзер. Даже колечко соответствующее имеется. Теперь за мной стоит гильдия. И если что, то уже я буду четко знать, что мне есть куда возвращаться.
* * *
Во дворе меня с хитрой усмешкой встретил потрепанный рейзер, так и не дождавшийся аудиенции у Фаэса. Когда я вышла, он поднялся со ступеньки, на которой коротал последние несколько минут и вполне добродушно кивнул:
– Так значит, это ты – Фантом?
Я настороженно кивнула.
– Я-я-ясно… – протянул он, выразительно взглянув на хозяйского пса, следующего за мной по пятам. – Теперь понимаю, почему ты рискнул сунуться сюда верхом: когда под седлом идет настоящий фэйр, можно наплевать на все существующие законы.
– Фэйр? – вежливо уточнила я, стараясь не выдать собственного невежества.
– Я вчера, когда узнал, даже не поверил. Никогда не думал, что наши маги создадут нечто подобное. Крупный он у тебя. Даже, кажется, слишком.
Я так же вопросительно взглянула на Лина.
«Фэйр – помесь обычного зверя и призванной магами сущности. Иногда это чужая душа, забывшая о своем прошлом, иногда искусственно сотворенный разум… помнишь, я тебе говорил, как появились ло-хварды?»
«Их вроде темные маги когда-то создавали. Разве нет?»
«Их – да, – согласился шейри. – Но потом и остальные додумались, что так можно менять обычных зверей, создавая из них разумных существ со своим характером, повадками, привычками и предпочтениями. Пес у Фаэса, кстати, именно такой – фэйр, если ты еще не поняла. И меня тоже приняли за фэйра, что, наверное, и неплохо».
Я внимательно посмотрела на молчаливого пса, уставившегося в ответ с терпеливым ожиданием и готовностью повиноваться.
«Фэйр, говоришь?» – задумчиво переспросила, поняв, что собака действительно проявляет чудеса разумности. Да и рейзеры его предпочитали не злить, позволяя мне наглеть с каждым днем. И Фаэс присылал его за теми, кого желал видеть в первую очередь. Да и человеческую речь он, кажется, неплохо понимал: привел к эрдалу, когда попросили. На Лина, опять же, перестал ворчать, едва я сказала, что шейри со мной. Блин. А я только сейчас, когда буквально носом ткнули, сообразила, что простые собаки так себя не ведут. Слишком расслабилась с Лином и привыкла, что он на самом деле гораздо умнее, чем кажется.
«Наверное, ты прав, – наконец сказала я, погладив доверчиво прижавшегося пса. – Пусть считают тебя фэйром. Тогда и вопросов ни у кого не возникнет».
«После того как я тут парочку типов погонял по двору, на
