С ним бо бяше тысяцкого сынъ и конюший его, и тые[Я тии.] нудяста его[Я и.] //л.200 глаголюще: «Поиди, княже, в землю Рускую. Аще восхощет Богъ, избавит тя». И не угодися ему время таково, какого[Испр. по И. Е, Я на кого.] же искаше.
Но якоже прежде рекохомъ, возворотишася от Переяславля половци. И рекоша Игоревѣ думци его: «Мысль высоку[Я високу.] и не угодну Господеви, имѣяше же в собѣ, а ты ищеши и няти мужа и бежати с нимъ. А о семъ чему не згадаешъ, а иже приидутъ половцы з воины. А се слышахом, избити имъ князя и вас и всю русь; да не будет тобѣ славы, ни живота». Князь же Игорь приемъ в сердце совѣтъ ихъ, уполошася приезду, възыска[Я возыска.] бѣжати. Не бяше бо ему лзѣ бежати в день и в ночь, иже сторожове стережаху[Я стрежаху.] его. Но токмо время таково обрѣте въ заход солнца. И посла Игорь к Лаврови конюшого своего, река ему: «Перееди на ону сторону с конем поводным[Испр. по Я. Е подводным.]». Бяше бо совещалъ со Лавромъ бежати в Русь. В то же время половци напилися бяше кумыза,[Испр. по И. Е, Я комуждо.] и бысть при вечери. Пришел конюший, и повода князю своему Игореви,[Я Игоревѣ.] яко ждетъ Лаверъ. Сей же воставъ оужасенъ и трепетенъ, поклонися образу Божию и кресту честному, глаголя: «Господи сердцевидче, аще спасеши мя, владыко,[Я далее ти.] недостойного». И вземъ на крестъ икону, поднем же з стени, и иде вонъ. Сторожем же его играющимъ и веселящимся, а князя творяща спяща. Сей[Испр. Е сои.] же пришедъ к рѣцѣ, перебред, и всѣд на конь. И тако поидоста сквозѣ вежа. Се же сотвори Господь избавление в пяток в вечеръ. И иде И день до города Донця[Доб. по И. Е, Я нет.] и оттолѣ иде въ свой Новгород. И обрадовашася ему. Из Новгорода иде къ брату Ярославу к Чернигову, помощи прося на Посемье.[Так Я (м выносное) Посеемъ.] Ярослав же обрадовася ему и помощи ему обѣща. Игор же оттолѣ еха ко Киеву к великому князю Святославу. И рад бысть ему Святослав, тако же и Рюрик, сват его.
III. СКАЗАНИЕ О МАМАЕВОМ ПОБОИЩЕ ОСНОВНОЙ РЕДАКЦИИ ПО ЕРМОЛАЕВСКОМУ СПИСКУ
л. 291
Основной текст:
РНБ, F.IV.231 Е
Разночтения:
БАН, 21.3.14 (Яроцкого) Я
ГИМ, собр. Уварова, № 802 У
Если чтения списков Е, Я, У дефектны, исправления вносятся по списку Толстовскому (РНБ, 0.IV.22) Основной группы Сказания. Список обозначается — Т.
л.293 Повесть о побоищи Мамаевымъ с княземъ Димитрием Ивановичем Володимерскимъ в лѣто 6889, I.1от рождества Христова 13811.[Я текст на поле.] Хощем, братие, начати повести новыя победы, како случися брань на Дону православным христианом з безбожными агаряны, како возвысися родъ христианский, а поганых уничижи Господь и посрами ихъ суровство, яко иногда Гедеоном над мадиамы злыя и пресланым (так!) Моисеом на фараона. Подобает нам повѣдати сия величетвия Божия, како сотвори волю боящимся его, како способствовал великому князю Димитрию Ивановичу Володимерскому на безбожныя татары.
Попущением Божиимъ, навождениемъ диаволскимъ воздвижеся царь1а[На поле По Батый был Мамай лѣтъ 41.] от вос- точныя страны, именем Мамай, еллинъ сый вѣрою, идоложрецъ, иконоборецъ, злый христианский укоритель. Выииде в сердце его подстрекатель диаволъ, како егда пакости дѣетъ, христианом потреблену быти, яко да не славится имя Господне в людех его. Господь же, елико хощет, и творит. Он же безбожный царь, нача рвением диаволим носым[Я носиме.] бывати, первому отступнику Батию и новому законопреступнику Юлиану возревновав, нача испытовати от старых еллинъ, како той безбожный Батий плѣни землю Рускую, како случися ему от нихъ. И тако сказаша ему все, како плѣни Батий Киевъ и Володимеръ и всю Русь и Словенскую землю, и великого князя Юриа[Доб. по Я, У.] Димитриевича уби, и многих[Я мнимых.] славных[Испр. по Я. Е славны. У нет.] изби князей руских православных, и святыи монастырѣ оскверни, и вселенскую церковь златоверхую разбивъ. Ослѣпленну же тому очима, и тому не разумѣ, како Господь Богъ будетъ годѣ. Тако во оный днѣ Иерусалим плѣненъ бысть //л. 293, об. Титусом Римским и Навходосором Вавилонским за их согрешение и маловѣрие. Да не до конца прогневается Господь, ни во вѣки враждует.
Слышав же безбожный царь от своих агарянъ, и нача подвижнее быти и диаволом палим непрестанно, ратуя на християны. И бѣ[Испр. по У. Е, Я бо.] в себѣ нача глаголати ко отступником своим, еупатомъ, князем, и воеводам, яко: «Не хощу азъ тако творити, како Батий, — рка; — Егда же убо дойдем Руси, убию князя[Испр. по Я. У, Е князѣ.] их, и изберу который городы красный довлѣют нам, и 8ту приидем и8[8–8 Я, У нет.] ту сядем вѣдати тихо и безмятежно поживѣм». Не вѣдый того, яко Господня рука высока есть. По малѣх же днех и по злѣх сих перевезеся рѣку Оку и великую реку[Доб. по У. Е, Я нет.] Волгу[Испр. по У. Е, Я Олгу. На поле Ока и Олга рѣки.] со всѣми силами. Иные же мнозѣ орды совокупи к себѣ и глагола имъ: «Како обогатѣем руским златом! И пойдем на Русь», ревы яко левъ, пыхая[Испр. по Я. Е дыхая.] яко неутолимая ехидна. Доиде же устия рекѣ Воронежи,[Е, Я на поле Воронежъ рѣка.] роспустив облаву свою и завѣдавъ имъ всем, улусником своим, яко «ни единъ пахий хлѣба и будѣта готовы на руския хлѣбы!».
Слышав то Олгъ князь Резанский, яко царь Мамай ночюет[У кочюет.] на Воронежи, а хощет ити на Русь, на великого князя Дмитрия Ивановича Московского. Скудость же ума бысть во главѣ его. Посла же Олег великий[Здесь и далее в Е вл] князь[Е, Я на поле Олега здраица сусѣдь.] Резанский к царю Мамаю беззаконному своего посла с великою честию и со многими дарми, ярлыкъ свой написа к нему сицевым образом: «Восточному царю волному Мамаю, твой посажникъ Олегъ Резанский много тя молит. Слышах, господине, що[Я что.] хощеши ити на Русь, на своего служебника князя Дмитрия Ивановича Московского, огрозитися ему хощеши. Нынѣ же, всесвѣтлый царю, приспѣ время тебѣ, — злата и богатства много наполнися земля Московская.//л.294 А князь Дмитрий Иванович, к(ня)зь[Здесь и далее в Е кз.] великий, человѣкъ христианин, егда услышит имя твое и ярости твоея, то, царю, отбѣжит в далняя своя страны, к(ня)зь велики Димитрий, любо в Новгород Великий, любо на Двину, а злата много и богатства московского, то в твоей руцѣ да будет все и твоему великому войску в потребу. Мене же, раба твоего, Олга Резанского, держава твоя пощадит. Аз бо велми устрашу Русь и князя вел(икого)[Я, У нет.] Димитрия Ивановича. И еще, царю, молю тя, оба есмы твои рабы, и я велику обиду прияхъ от того ж Димитрия, вел(икого) к(ня)зя. Но еще, царю, молю тя не то едино, но егда о своей обидѣ твоим именем царским погрозих ему, а онъ того не радит. И еще град Коломну за себе заграбилъ, ино и о том, царю, молю тя».
А другаго же посла, скораго вѣстника посла Олегъ Резанский со своим написанием к вел(икому) к(ня)зю Олгерду[Я Олкгирду {здесь и ниже).] Литовскому: «Радоватися пишу тобѣ. Вѣм бо, яко издалече мислил еси московского князя Димитрия изгонити, а Московскою землею владѣти. Нынѣ же приспѣ время твое, яко великий царь Мамай грядет на него и на землю его. Нынѣ же приложимся к нему, к царю тому Мамаю. Вѣм бо, яко тобѣ царь Москву даст, а иныя грады от твоея власти, а мнѣ даст Коломну[Испр. по У. Е Колюмно, Я Камомно.] и Володимеръ и Муромль, иже от моея власти. Но азъ уже послах своего посла к царю Мамаю с великою честию и с дары. Еще и ты пошли к нему посла своего Кация, имаеши дары,[Испр. по У. Е, Я добре.] и пиши к нему книгу свою, елико сам вѣси, паче мене».
Олгирд же слышав, рад бысть велми 20за велику похвалу20[20–20 Испр. по Т. Е, Я но велико захвалю. У но много похвали.] другу своему Олгу Резанскому, и посла Олгирд з безчисленными дары к царю Мамаю и писа //л.294, об. к нему: «Вел(икий) к(ня)зь Олгерд Литовский, под твоею мил(остью) присяжникъ ти есть и много тя молит. Слышах, господине, що[Я что.] хощеши казнити своего служебника московского князя Дмитрия. Того ради молю, царю, вѣм бо велику творит пакость князь вел(икий) Московский твоему улуснику[Испр. по Я. Е услужнику.] князю Олгу Резанскому, да и мнѣ пакости дѣет. Молим оба, да приидет держава царствия твоего на отоки сыя, да приидет твое смотрение нашея грубости от московского князя Дмитрия».
Помышляше в собѣ, глаголюще, Олгъ Резанскый: «Егда услышит князь Дмитрий царево пришествие и нашу присягу к нему, то отбѣжит в Великий Новгород или на Двину. А мы сядем на Москвѣ и на Коломнѣ. Егда же царь[Доб. по У.] приидет, а мы его з болшими дары усрящем[Я срящем. У стрещем.] и умолим его, и возвратится царь, а мы собѣ княжение Московское царевым повелением разделимо, видѣв, яко ярлыкъ царь Мамай дати имат народом нашим по нас». А не вѣдяху, что помышляху, что глаголаху, яко несмысленныи младыи дѣтища, не вѣдуща Божия силы и владычня смотрения. Поистиннѣ рече: «Аще кто ко Богу вѣру держит з добрыми[Слово повторено дважды.] дѣлы и во правду в сердци имѣяй, не может быти без многихъ врагъ».
