способны крутиться на все триста шестьдесят градусов.
— Увы, всего на сто девяносто, — ответил я и поморщился. — Но стрелять залпом в одну сторону нежелательно. Взболтает отдачей так, что потом придется весь набор обследовать на предмет перекосов.
— Это… да. При выстреле качает прилично. Будь мы на обычной «селедке», я сказал бы, что бьет калибр не меньше шести дюймов, но на этой малышке трехдюймовки «брюно», как видно, предел… — согласно покивал рыжий. — С другой стороны, порой лучше рискнуть целостностью набора и смертельно удивить противника, чем быть взятым на абордаж с предсказуемым финалом.
— Потому и установили орудия так, чтобы иметь возможность вести бортовую залповую стрельбу, — отозвался я. — Хотя, как по мне, лучше вообще не ввязываться в бой. Яхта все же не линкор, для артиллерийских дуэлей не предназначена.
— И то верно, — чуть придя в себя после накатившего азарта, признал Алистер. — Вам важнее груз доставить, чем в перестрелках участвовать. Хотя с такими канонирами и техникой… — Он с толикой зависти в голосе покачал головой. — Вам бы, шкипер, приличный каботажник под начало, какой капер мог бы получиться!
— Э нет. — Я замахал руками. — С этими радостями не к нам. Экипаж у меня насквозь мирный, торговый. Мы еще жить хотим, и жить спокойно. А головой пусть рискуют те, кому ее не жалко.
— Ваше право, — вздохнул айриш и, хлопнув ладонями по коленям, проговорил уже совсем иным тоном: — Вы, шкипер, еще обещали показать некий слалом… не пора ли?
— Вы правы, господин Алистер, — согласился я. — Но сначала уступите на минуту место моему помощнику. Нужно сообщить башне, что мы здесь закончили. Алена, заодно запроси у наблюдателя данные по итогам стрельб. Пара последних мишеней меня смущают. Вроде бы цели поразили, а облака маркера видно не было.
— Есть, шкипер! — воскликнула она, сгоняя с места телеграфиста пригревшегося там Алистера. А еще через минуту Алена отдала мне телеграмму от наблюдателей. Прочитав присланные данные, я довольно хмыкнул и передал их нашему заказчику. Пусть порадуется, а то мое последнее замечание, кажется, его несколько расстроило.
— Ха, я же говорил, что попали! — довольно ухмыльнулся айриш. — У них просто не сработали контейнеры с маркерной пылью. Итого… сорок восемь выстрелов на двадцать подвижных мишеней. Результат достойный. Практически перекрыли флотский норматив!
Ну да! Черта с два бы мы в него вообще уложились, если бы не рунные цепи, нанесенные мною на стволы орудий по тому же принципу, что использовался в стрелометах моего прошлого мира! Но говорить об этом я не стану.
— Учтите, господин Алистер, в случае заключения контракта стоимость потраченных снарядов я включу в итоговую сумму вознаграждения, — с улыбкой произнес я.
— А если мы не заключим контракт? — с явственной хитринкой поинтересовался тот, не заметив хмурого взгляда Алены, которой такая перспектива явно пришлась не по нутру. Ну кто бы сомневался! Все же бухгалтерию нашего отряда ведет именно она, а я… так, помогаю по мере сил.
— Проведу затраты как расходы на боевую подготовку экипажа, — пожал плечами я. — Хоть из налоговой базы их исключу, тоже выгода, как ни крути.
— М-да, логично, — протянул айриш и неожиданно широко улыбнулся. — Зато теперь я точно уверен, что имею дело с деловыми людьми.
— Надеюсь, следующий элемент нашей программы убедит вас и в других профессиональных качествах нашего экипажа. — Я отразил улыбку собеседника и повел «Мурену» прочь от тренировочного поля, отведенного нам для показухи. Настал черед слалома, а его в открытом небе не покажешь.
Попросив Алистера пристегнуться, чем вызвал его удивленный взгляд, я убедился, что он последовал примеру тут же засуетившейся Алены и все же выполнил мою просьбу, после чего, подав соответствующий предупреждающий сигнал команде и выждав оговоренные десять секунд, я перевел рукоять изменения высоты в нижнее положение. Яхта, явственно клюнув носом, резко пошла вниз, одновременно набирая скорость. Все быстрее и быстрее щелкал высотомер, и еще быстрее ползла вправо стрелка указателя скорости. На высоту в полкабельтова мы, можно сказать, упали. И это не могло остаться незамеченным нашим потенциальным заказчиком, замершим в кресле и не сводившим взгляда с обзора, за которым отчетливо виднелись стремительно растущие стальные холмы китового кладбища.
Ну вот мы и на месте. Глядя на окружившие нас нагромождения металла, я невольно вспомнил свою жизнь в этом, казалось бы, совершенно непригодном для обитания месте. Как, стараясь не навернуться с ненадежных круч, ползал по грудам ржавого железа в поисках пригодных для продажи деталей, еще не скрученных с остовов разваливающихся махин дирижаблей. Как забирался в самые темные закоулки кладбища и шарахался по внутренностям старых, можно сказать, древних остовов ржавых «китов», среди которых, наверное, можно отыскать даже самых первых представителей этого племени. Вспомнил стычки с трюмными крысами и то, как удирал и прятался от их банд. Яростные торги за каждую добытую деталь в лавках и на складах верфей и радость от покупки очередной книжной редкости… долгие вечера на верхотуре, в оборудованной под жилье рубке «Тайфуна» и удовольствие от очередного успеха в рунике. Не самое плохое время было в общем-то. Но оно ушло и унесло с собой меня. Унесло на шлюпе новгородского китовода, чтобы через три с лишним года вернуть туда, откуда все началось… Что ж, посмотрим, как я усвоил науку Ветрова, а?
«Мурена» медленно, особенно по сравнению с предыдущим спуском, лениво и вальяжно опустилась почти к самой земле и зависла на высоте десяти метров, точно меж двумя остовами рассыпающихся от времени «китов». Здесь, в старой части свалки, до сих пор не было проблем с местом. Выстроенные, словно по линеечке, дирижабли вполне позволяли пробраться между ними даже на моей яхте. Не везде, конечно, но все же. Впрочем, от меня и не требуется повторить фокус Святослава Георгиевича, однажды протиснувшего своего «Резвого» меж двух остовов дирижаблей, расстояние между которыми не превышало тридцати метров. Достаточно будет и прогулки по самым широким здешним «проспектам».
— Внимание команде! — На этот раз я взялся за трубу переговорника сам. — Занять ВНП[26] согласно расписанию. Доложить по готовности.
Алистер наблюдал за мной и суетящейся у навигационного стола Аленой и молчал. Хотя ему явно было очень интересно, что именно мы делаем и к чему готовимся. Потерпит. Наконец на приборной панели один за другим загорелись четыре подтверждающих огонька, и голос Алены немедленно озвучил этот факт.
— Первый пост готов. Второй — готов. Третий — готов. Навигационный — готов, — скороговоркой произнесла она и вновь уставилась в зеркала наблюдения, развернутые ею над «рабочим» столом.
— Ну что, смертнички, покатаемся? — пробормотал я невесть откуда всплывшую в памяти фразу и, осторожно
