за спину завела. Рука у нее тонкая, длинная, как ветка. Шарит по бинтам, а я сижу и пялюсь в черные круги, пошевелиться не могу. Потом опустилась на шею. Пальцы холодные упругие, как пиявки. Потыкалась, поелозила по коже, в общем, ниче у нее не вышло. Наверное, бинты помешали. - Гнутый снова захлюпал, рукавом вытер рот, взглянул на кровавую мазню.
- Дальше что? - допытывался старпом.
- Пошел Шварц рядом с ней послушный, безропотный, словно ручной зомби, в ту сторону, - Гнутый снова указал подбородком направление. Поблескивающие в щели зубы окрасились в красный цвет. Кровь пропитывала края дыры, и Гнутый выглядел зловеще.
- Когда ушли?
- Кореш этот глазастый минуты через две появился, как вы ушли. А еще минуты через три Шварца увел.
Качака включил ПДА, посмотрел на часы, мотнул головой: «Не догнать».
- Че со мной…
Гнутый не договорил. Старпом быстрым движением выхватил из кобуры пистолет и выстрелил в бинты. Многострадальная голова Гнутого с развороченным затылком, откинулась назад, и он повалился набок.
- Говорил же, пожалею, - пробубнил еле слышно Качака, а вслух громко сказал притихшим за его спиной грачам: - Пистон, забери шмотник, оружие и сделай на нем закладку, авось, кореш вернется за добавкой.
«Почему Качака сразу не прикончил Гнутого? - думал расстроенный Жорик. - Хотел соблюсти приличия? И Гнутый не вякает - его ведь на базу везут. И отряд не ропщет, мол, и снами так же - по-божески, если что. Шварц позже догонит, скажет, так и так, Гнутый сказал, что сам дойдет».
Глава 10. Сам за себя
Между жидких стволов и чахлых листьев замелькал косой квадрат. Понял Гриф, что выбрался из чертова болота. Видел он раньше этот сарай. С доктором перекуривали неподалеку. Деревянный, весь в дырах, как будто боевое знамя после сражения. Отверстия плавные что в досках, что в шифере, словно гусеницы прогрызли. Непонятно, как вообще еще держится. А в проломе под полом ведьмин студень поблескивал, радугой переливался.
Пойма болотистая из леса тянулась промеж берегов, вся камышом поросла. Доктор говорил, речушка какая-то раньше питала болото, но теперь пересохла. Предупреждал, чтобы держался сталкер от камыша подальше. Лопаются «свечки», когда чуют живое рядом. Пух разлетается. Не дай бог на кожу попадет, щипать будет немилосердно, а потом язвы с волдырями полезут.
Гриф почувствовал под ногами твердую землю, выдохнул с облегчением, отошел от болота шагов на десять, из кармана достал «Кэмэл». Руки немного потряхивало, закурил: «Ничего, справился, то ли еще будет. Трек записал, но вряд ли потом сумею пройти. Зарубки все зарастут. Доктор их для меня делал, ему ни к чему, - затянулся Гриф, вдаль долгим взглядом посмотрел. - Он лечил и знал, что я за фрукт, и что потом одного отпустит, тоже знал. Не прибил. Шанс дал, - сталкер мотнул головой, большим пальцем вытер уголок рта. - Слабый, но все же дал».
Он шел по равнине, пересеченной оврагами и рытвинами, вздыбленной холмами и пригорками, смотрел по сторонам. Вдали на фоне леса вроде бы избы виднелись. Маленькие, прибитые к земле, с двускатными крышами, с заборами покосившимися. «Хутор заброшенные», - предположил сталкер. Поднес ПДА к глазам, посмотрел карту. «Староверы», - прочитал обозначение под двумя мизерными квадратами. «Староверы так староверы». Раньше не приходилось Грифу здесь бывать. Места возле болот бедные на хабар, да и от основных маршрутов вдалеке. Нечего здесь, на пустой земле сталкеру делать. Благо, что дозиметр едва-едва потрескивал. Гриф уже в голове проложил дорожку к Депо, прикидывал, как скоро доберется. Дня два, если не три. В обход болота крюк выходил немалый. «И пустой, - злился сталкер, - даже не пустой, а в минус ушел. У меня не на что даже паршивый ствол купить. Опять придется у Гейгера выпрашивать в долг. А я еще аванс не выплатил. Жопа прямо какая-то».
Справа виднелись поваленные опоры ЛЭП, волнистые, мятые, словно сделанные из пластилина. В одном месте провода, скрученные в кольца, искрились яркими вспышками, как будто все еще были под напряжением. Гриф сразу для себя объяснил это явление: «Легли с «электрой» рядом, ветерок дунет, шевельнет проволоку, она и заискрит. Много у аномалии накопить не получается, вот и пробивает малой силой».
Гриф ощутил чье-то присутствие, резко обернулся. Одновременно с этим отстегнул ремешок и потянул из кобуры пистолет. Их было пятеро. Бежали большими скачками. Бежали молча, растянувшись узким клином. До псов оставалось метров пятьдесят, и они быстро сокращали эту дистанцию. Гриф заозирался, выискивая, куда бы вскарабкаться. Отчаянным взглядом метнулся к далекому лесу, огляделся кругом - холмы да рытвины.
«Вбежать на бугор и оттуда расстрелять», - прикидывал сталкер. Но тут услышал лай слева и посмотрел тревожным взглядом в том направлении. Еще одна стая бежала от гнутых ЛЭП. «Час от часу не легче, - взвыл Гриф, ощущая, как резко сократился шанс на спасение. Вторая стая была многочисленней первой. - Голов десять-двенадцать», - попробовал определить сталкер. Выходило, хутор единственное спасение.
Гриф побежал, то и дело оглядываясь, чтобы не пропустить нужный момент. Впервые за то время как лишился шмотника, порадовался, что он не давит на плечи, не сковывает движения и не бьет по пояснице.
Первого пса сталкер подстрелил с трех метров, когда мутант стал наращивать темп для броска. Уложил с первого выстрела. Хотя и близко, но все же удача: стрелять на бегу, да еще по движущейся мишени. После того как прогремел выстрел, оставшиеся собаки рассыпались веером. Теперь они знали, что у него оружие, и как могли усложняли прицеливание. Мутанты разделились, бежали и справа, и слева. Грифу приходилось вертеть головой в два раза быстрее и одновременно смотреть под ноги.
Яростно затрещал дозиметр. «Да что за черт, - проскрежетал сталкер, забирая влево от подозрительного пригорка. - Топливный бак. Откуда он здесь? Мать его в дышло».
Ближний пес рывком сократил дистанцию. Гриф остановил его тремя выстрелами. Через второго, который бросился в ноги, сталкер споткнулся, упал, перекатился и стрелял с колена в упор в его раскрытую пасть. Третий налетел с ходу, вцепился в выставленную левую руку. Но последние патроны сталкер выпустил не в него. Их он потратил на матерого. Гриф сразу его вычленил среди сородичей. Он был крупнее остальных, шел последним, берег силы и выбирал момент. Сталкер разделался с ним и вернулся к тому, который с захлебывающимся рыком рвал предплечье. С размаха Гриф врезал рукояткой пистолета по голове мутанту.
