после, они и сами распробовали чистый эфир, не нуждавшийся в переработке. Так что, если где-то и продолжали совершать жертвенные обряды, так точно вне Ковена, и где-нибудь по тихим углам.
Самое главное, что ведьмам очень нравился их новый статус. Не хорониться по тёмным местам, зарабатывая запретной волшбой, а сверкать в обществе, вызывая желание мужчин и зависть женщин. Жить в больших светлых квартирах, и не бояться за собственных детей, а встречать их из школы, радостных и счастливых. Контраст с прошлой жизнью случился настолько резкий, что ведьмы первое время даже в магазин выходили с разрешительными документами и всеми лицензиями, а дети словно битые котята предпочитали сидеть на задних партах, прячась за учебниками. Но постепенно все начинали оттаивать, и одной из причин того, стало само общество принявшее новый Ковен. Ведьмы трудились по госпиталям и больницам, выхаживая сложных пациентов, открыто торгуя в лавках, препаратами которых не достать в обычных аптеках, например, средствами от облысения или таблетками, убирающими за полгода лишние жировые отложения.
Да, по общему количеству энергии ведьмы несколько проиграли, но если учесть, что теперь они получали практически чистую Силу, и могли официально участвовать в разработке Проклятых Земель, то даже выиграли. Но кроме того, Ковен теперь занимался предпринимательской деятельностью зарабатывая в сотнях предприятий по всей стране, что резко подняло благосостояние всех без исключения членов Ковена. Люди переезжали из тесных домиков на окраинах в квартиры в центре, могли позволить себе машину, и другие удовольствия. И уже конечно самым невиданным стало переоборудование Княжеского Дворца в Дом Ковена.
Огромное мрачное здание с каменными полами, предназначенными для того чтобы выдержать самый энергонасыщенный ритуал, трудами Главного Архитектурного Управления Москвы, и компании ПромСтрой, превратилось в гостинично-развлекательный центр, для всех ведьм России, куда можно было приехать и пожить, гуляя по Москве. Отдохнуть в Целительских залах, посидеть в Княжеской Библиотеке, и даже поработать с артефактами, собранными за три тысячи лет существования Ковена.
Относительно неизменным остался только Княжеский Зал, где хранились реликвии и стоял Трон. Но и Зал претерпел существенные изменения. Окна расширили, сделав от пола до потолка, повесили пару огромных люстр, и полностью переложили пол, постелив вместо чёрного камня, гранитную плитку светло-серого цвета, отполированную до зеркального блеска. А из старых плит, сложили поминальную пирамиду, где и упокоился прах Князя Ночи.
И это тоже стало большой неожиданностью для ведьм, потому что новый Князь обычно наскоро стирал память о прежнем, как бы творя историю с «чистого листа». Но история такая штука, что её никак не сотворить с ноля, и Владимир это очень хорошо понимал. Даже большевики, ритуально разрушавшие всё, что относилось к «старому миру», использовали всё что могли, а ломали только то, что не жалко сломать. И отношение Соколова к истории, всегда отличалось взвешенностью. Стоит памятник? Пусть стоит. История рассудит, как люди вспомнят этого человека или историческое событие. А сносить исторические монументы, можно лишь тогда, когда они поставлены гарантированным упырям, вроде тех же британских монархов, или просто стоят на каждом шагу, как например памятники Ленину.
И вообще, врагов нужно находить в настоящем, а не искать их в прошлом.
В целом общество очень хорошо восприняло выход Ковена из тени. Люди быстро убедили себя, что ужасы, рассказываемые про ведьм — неправда, а сами ведьмы всегда были лапушками и несчастными девушками с тяжёлым прошлым.
Куда большим шоком для общества стала массовая иммиграция европейских ведьм. Но их встречали ещё на погранпереходах, и сразу размещали в специально построенных центрах, где рассказывали, что можно делать, а что нет, и что за это бывает кроме тюрьмы в нехороших местах. Например, выдача обратно в Европу. Разъяснение проводилось исключительно силами членов Ковена служивших в Пограничной и Имперской Страже, и один вид ведьм в официальных мундирах, сразу настраивал приехавших на конструктив.
Тем временем в Европе их пытались ловить, вывешивая портреты и описания на всех столбах. Даже публично казнили десяток обычных горожанок, виновных лишь в некоторой похожести на разыскиваемых. Но сами ведьмы, изначально существовавшие на границе закона и беззакония, виртуозно умели прятаться и бегать от властей. Поэтому самых слабых и молодых членов ковенов, отправили в Россию сильно загодя, и когда исчезли все верховные, искать их стало поздно.
И вот эта пёстрая толпа постепенно вливалась в российское общество сильно добавив тому красок. Европейских ведьм нещадно эксплуатировали на родине держа буквально в чёрном теле, и оказавшись в роли равноправных граждан, они буквально расцвели и внешне, и внутренне. А поскольку дамы прибыли не с пустыми руками, то повсюду открывались магазины, алхимические лавки, аптеки, и другие предприятия, над каждой вывеской гордо сияла выполненная в серебре эмблема белого трискелиона[1] из языков пламени — символа Российского Ковена, или восьмилучевая звезда «Гипербореи».
Да, такие заведения часто конкурировали между собой, но спрос всё урегулировал, так как рынок потреблял зелья, куда больше чем их могли производить. Особенным успехом пользовались аптеки и алхимические лавки на международных вокзалах, аэропортах, и других местах где бывали иностранные граждане, потому как в самой Европе, с зельями настал настоящий кошмар, и торговцы взвинтили цены на товар втрое и впятеро от старой цены.
Вот так, нежданно-негаданно, Россия практически монополизировала производство зелий и лекарств на основе энергий, и добываемых из Проклятых Земель, что сразу поставило вопрос о нехватке тех самых проклятых земель, для всё возрастающего производства. С одной стороны портить свою землю этой дрянью совсем не хотелось, а с другой, слишком ценным стали материалы и вещества изменённые энергией хаоса. И именно это вопрос хотел задать Владимир самому главному специалисту по хаотическим энергиям грандмастеру Семёну Топоркову, вплотную подошедшему к порогу в пятьдесят миллионов эрг.
С тех пор как в охрану влились два десятка ведьм, а коты почти перестали прятаться, кортеж стал напоминать выездной цирк, но конфликтов не происходило. В основном потому что женщины в большинстве своём тоже носили погоны, и нередко егерские. А какие споры между товарищами по оружию? Только теоретические. Заборет к примеру товарищ Соколов монстра пятисотого уровня али нет? А ежели заборет, то одной левой, или вторую руку подключать придётся?
Владимир давно уже смирился с тем, что его охраняют словно вазу из венецианского стекла на трибуне радикальных футбольных фанатов. И совершенно бессмысленно объяснять, что вокруг не одуревшие фанатики, а он не стеклянная игрушка. Накрученные своими непосредственными начальниками, мужчины и женщины бдели на всю катушку. Владимир вздохнув оглянулся в машине. Напротив, сидел дежурный секретарь, из кадров Ковена, Галина Дурова на вид
