У меня не было с собой оружия. На базе никто не носит оружия. Я вырвал из рук андроида газовый резак, затворил двери и заблокировал их, чтобы помешать автоматам беспрепятственно проникнуть в центр, и вместе с андроидом побежал по коридору к залу трансляции. Двери открылись. Мне это показалось подозрительным.
— Иди! — приказал я андроиду.
Автомат повиновался моим словам без колебаний. Он сделал шаг в дверной проем. Сверху на него упал черный провод. Я увидел вспышку-разряд, после которого андроид превратился в неподвижную груду металлолома.
Провод закачался. Я не стал дожидаться, пока он снова заползет наверх. Я высунулся из-за дверей и нажал на кнопку включения резака, одновременно передвигая рычаг регулировки на отметку предельной мощности. Я услышал пронзительный скрежет. Это был… мишка, наш мишка. Он упал на пол, попытался встать, но я продолжал направлять огонь на него до тех пор, пока панцирь не лопнул с тихим треском и игрушка не стала неподвижной. Только бурая шерсть на смешной и симпатичной мордочке продолжала гореть. Теперь мне не надо было объяснять, почему не сработала сигнализация в моем кабинете.
И вдруг… я увидел сына. Он сидел на полу, бледный и несчастный.
— Мы с ним только играли… — прошептал он.
* * *
Центральный мозг базы был открыт нашим взглядам. Причудливое сплетение проводов венчала мозаика серых, неправильной формы кристаллов.
— Это здесь, — сказал Тан.
В руке он держал небольшой плазменный нож. Конец ножа горел голубым пламенем. Описывая одной рукой с ножом небольшие полуокружности, он протянул другую к проводам и достал два кристалла, на вид ничем не отличающиеся от остальных.
— Готово, — сказал он. — Нам повезло, что мы успели.
— Ты полагаешь, что они могли угрожать всей базе?
— Теоретически это вполне возможно. Ведь центральный мозг управляет почти всеми системами базы.
— Но как эта игрушка…
— Прежде всего, зачем? Кому все это предназначалось? А сама игрушка, кстати, один из самых сложных автоматов, с которыми мне приходилось встречаться. Стоит принять во внимание сравнительно небольшой объем автомата по сравнению с объемом, который использовался только для хранения кристаллов до установки их в центральном мозге базы. — И он показал рукой на разбросанные на полу бесформенные серые куски.
— Ты думаешь, что эти кристаллы были спрятаны внутри мишки?
— Я проверил. Первое сообщение было передано после того, как был установлен первый кристалл.
— О чем говорилось во втором сообщении?
— Дословно: «Весь трансфер реализован».
— Следовательно, следующих сигналов уже не должно быть?
— Да. Мишка продолжал бы играть с твоим сыном, а мы бы даже не подозревали, что центральный мозг базы запрограммирован на определенную последовательность сигналов, содержащихся в других кристаллах.
— Кому все-таки были адресованы эти сообщения?
— Этого мы пока не знаем. Но не ломай голову. Скоро все станет известно. Несколько миллионов людей в эту минуту заняты поисками адресата. Вся информация о нашей базе поступает в видеотронный зал.
— Я не успел просмотреть ее.
— Жаль. Все считают тебя героем, защитившим одинокую марсианскую базу от вторжения из космоса.
— Они явно преувеличивают.
— Как всегда. Не может быть и речи о нападении из космоса. Этот мишка, хоть и отличался чрезвычайно сложным устройством, все же обычный земной автомат.
— Ты уверен в этом?
— Больше чем уверен. В конструкции были частично использованы некоторые типовые схемы, производящиеся серийно для нужд астронавигации.
— Вот откуда его знания в этой области.
— Скорее всего. В этих кристаллах должен содержаться значительный объем информации, хотя их и использовали для других целей.
Я с минуту размышлял. Я не был уверен, что мне стоит спрашивать об этом, но все-таки задал вопрос:
— Скажи, Тан, каким образом он мог попасть сюда? Ведь он всего-навсего автомат.
— Ты забываешь о своем сыне, Андрей. Он провел его сюда. На этом и основывался расчет конструктора автомата. Пока еще неизвестного нам конструктора. Дьявольски хитрая уловка — заключить эту систему в детскую игрушку. Очень легко увлечь маленького человека какой-нибудь игрой и с его помощью проникнуть в помещение центрального мозга базы. Твой сын поднимает панцирное покрытие, а игрушка несколькими точными движениями, рассчитанными специальной программой, устанавливает первый кристалл — назовем его приспосабливающим. Его задачей становится подготовка незнакомого мозга- в данном случае центрального мозга нашей базы — к внесению настоящего информационного кристалла. Он должен быть принят структурой мозга так, чтобы не произошло никаких нарушений в системе сигнализации.
— А потом?
— А потом подобным же образом устанавливается информационный кристалл, и функциональные характеристики жизнедеятельности мозга несколько видоизменяются.
— Хитрое изобретение. — Я хотел еще что-то добавить, но в эту минуту вошел Ремо.
— Теперь нам известно, откуда у нас появился мишка, — провозгласил он.
— Все-таки раскопали того, кто его сотворил?
— Нет, он сам заявил об этом.
— И кто же он?
— Профессор Таропат.
— Тот самый, из Института психики автоматов? Несколько лет назад я слушал его лекции. Но сейчас ему должно быть уже около ста лет, — сказал Том.
— Восемьдесят с небольшим. Несколько лет назад он отошел от активной научной деятельности и занимается теперь только собственной маленькой лабораторией где-то в Австралии.
— Зачем ему все это понадобилось?
Ремо пожал плечами:
— Похоже, только для того, чтобы доказать, что автоматы могут представлять опасность для людей. Он твердит об этом уже много лет.
Юрий Вигорь
ПОСЛЕДНИЙ ПРИЗРАК ГРАФА НАРЫШКИНА
Не знаю, как вы, но лично я никогда не испытывал особого пристрастия к щекотливым романтическим историям. Нет, выдумывайте все, что вам будет угодно, ведь недаром сказал поэт: «Над вымыслом слезами обольюсь…» Но не преступайте границ реальности, не напускайте зря лишнего тумана и мишурного блеска, вводя в заблуждение доверчивого читателя. И уж будьте уверены, я не стал бы зря занимать ваше время рассказом о загадочной смерти графа Нарышкина на охоте, который услышал, коротая время в егерской сторожке Альфонсиса Бразайтиса, если бы эта история в недалеком прошлом не послужила на руку кое-кому из незадачливых браконьеров. Впрочем, тут кроется толика вины и самого Альфонсиса, ибо кто, как не он сам, распространял неоднократно сомнительную легенду?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
