– Что за … – вытаращив глаза на экраны контроля, выдавил из себя Син. – Мы там, где я думаю?
Взгляд пилота, брошенный на меня, был красноречивее слов.
– Я же говорил: корабль экспериментальный.
Забавно было наблюдать, как глаза лезут на лоб у окончательно потерявшегося пилота. Некоторое время он приходил в себя.
– Вот так вжи‑и‑ик, и мы сразу оказались за сто световых лет? – наконец уставившись на меня, невнятно промычал он.
– Это же юнианцы! У них много что есть в запасе.
Загадочная улыбка прописалась у меня на лице.
– Слушай, а у твоих начальников для меня местечко найдётся?
Мечтательное выражение поселилось на физиономии пилота.
– Так вас же и так наняли, – улыбнулся я, – Хорошо поработаете, и вам хозяева отвалят что‑нибудь интересное.
– Что‑то после таких приключений котелок у меня не варит, – удручённо покачал головой Син. Раз Лысый Эр подрядился защищать систему, то пиратам истинные хозяева точно отвалят что‑нибудь этакое, как те же медикаменты. Чудесных таблеток и эликсиров хватило всем членам экипажа, чтобы поправить своё здоровье.
На расспросы пилота о корабле я отговорился существованием аналогичной данной им клятвы. Через три часа полёта мы уже подходили к причальной стойке станции. Проблем с идентификацией не возникло. Эр включил мой кораблик в состав пиратской эскадры. Других знаков отличия здесь не требовалось. Пока у нас эти позывные маяка, за все наши действия ответственность несёт Лысый Эр. Поэтому просто так такими метками командиры эскадр и кораблей не разбрасывались. Подделать код было невозможно.
Подключение к местной сети показало, что нужный Сину торговец находится на станции. Пилот помчался к нему на встречу после обмена сообщениями. Мне пришлось заняться собственной легализацией.
Первичных идентификаторов, выданных Эром, вполне достаточно для такой процедуры. По ним следовало, что я пилот самоучка, нанятый на одной из промежуточных станций республики Флор. Поскольку весь сектор ближайшего пространства галактики входил в зону интересов этой республики, то, как бы пираты себя здесь ни позиционировали, с республиканцами они не воевали, в то же время нападая и грабя территории, корабли и конвои, принадлежащие соседям.
В республиканских базах преступников я не значился, поэтому специальное удостоверение свободного переселенца получил без проблем. В связи с окончанием моего контракта с Лысым Эром, корабль обзавёлся собственным идентификатором, и меня занесли в базу, как его пилота и владельца. В обжитых системах на такие документы смотрели косо, но на окраинах это никого не интересовало. Раз у тебя есть корабль, значит, ты имеешь право его использовать.
За небольшую плату, как и советовал пират, зарегистрировался в одной из большой наёмных контор, как специалист по охране. Никто никаких подтверждений не требовал. Всё здесь определялось рейтингом, а поскольку меня не знали и о выполненных контрактах в базе сведения отсутствовали, то рейтинг мало чем отличался от нулевой отметки. Всё‑таки небольшой собственный прыжковый корабль не давал ему упасть до самого низа.
Когда я вернулся к нашему шлюзу, Син уже поджидал меня, сидя рядом, привалившись спиной к стене.
– Мог бы заранее обзавестись коммуникатором. Уже час здесь торчу, – недовольно проворчал он.
(Искин: – Хозяин, от вашего имени я коммуникатор заказал по сети. Вот‑вот должен подъехать курьер.)
С искином я поддерживал постоянную связь, поэтому тот знал данные обо всех моих идентификаторах.
– Уже озадачился, – ответил я пилоту. – К сожалению, пока не получил статус переселенца, коммуникатор был бы бесполезен.
– Вот же…! Как давно это было? – почесал затылок пилот. – Забыл, что ты нездешний.
Жить на станции, да и вообще в любом месте на окраинах обжитого пространства можно и без официальной связи и регистрации в сети. Так делало достаточно много народу, за которым числились определённые грешки. Но в этом случае недоступны многие сетевые сервисы, и связываться ты можешь только с определённым набором абонентов, существующих в отдельном закрытом сегменте, которому принадлежит коммуникатор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пока мы зашли в корабль, Син рассказал, что торговец заинтересовался товаром от Эра, но перед покупкой собирался проверить его эффективность. Каких бы пират не имел хороших отношений с коммерсантом, тот явно предпочитал всё проверить перед покупкой необычного товара. Такой вариант Эр предусмотрел, и по несколько экземпляров всех типов медикаментов находилось в отдельном контейнере, весьма приличных габаритов.
Доставив с моей помощью на транспортной тележке ящик к шлюзу, Син связался с купцом. Тот быстро пригнал колёсный грузовой транспорт, который увёз пилота вместе с грузом. У меня тоже нашлась работа. Искин основательно прочесал местную инфосеть и сделал для меня подборку интересной информации.
Сети связи здесь строились на базе обычных радиосигналов, только мощные ретрансляторы использовали полевой вариант канала. Специальная аппаратура сжимала информационную посылку и забрасывала ей через подпространственную линию до следующего ретранслятора, находящегося на расстоянии одного прыжка за десять световых лет от точки передачи. Линия ретрансляторов тянулась на нужное расстояние и обеспечивала связь между информационными центрами. Чем длиннее такая линия, тем больше задержки при передаче. До столицы республики сигнал шёл больше десяти минут, и передача стоила достаточно дорого, но возможность такой связи существовала. Прерывание связи зачастую показывало, что кто‑то произвёл нападение на объект находящийся на этой линии ретрансляторов.
Никаких всеобщих законов здесь не существовало. Каждое государство контролировало собственную территорию и жило по своим законам. Могущественные корпорации только предпринимали попытки создать хотя бы единый свод правил для защиты своих интересов, но это у них не очень получалось. Терять прибыль никто не хотел, поэтому торговые войны за рынки – совсем не редкость. Существование наёмников и пиратов как раз и позволяло корпорациям вести между собой войны, не затрагивая интересов государства и внутренних наиболее развитых обжитых систем.
Кроме человеческих цивилизаций в галактике развивались и другие. Наиболее сильными считались жуки и дракониды. Но если жуки нападали только на тех, кто вторгался в их жизненное пространство, то дракониды не давали спокойно жить никому. Мало того, что они частенько дрались между собой, так не брезговали и пограбить ослабевшего или расслабившегося соседа. Хорошо хоть далеко от своих клановых анклавов они обычно предпочитали не отдаляться.
В информации подобранной искином нашлось много ещё чего интересного.
Вечером вернулся озадаченный Син. Торговец с радостью согласился купить привезённые товары, но у него в наличии не нашлось запрошенного количества изделий нужных нам. Он обнаружил почти всё из списка заказа, но на другой станции. Там пираты как раз проводят аукцион по продаже награбленного. Торговец предлагал слетать туда и, купив то, что нужно, по бросовым ценам, отправиться в путь уже оттуда.
Син предлагал мне наняться торговцу в охрану. По опыту собственной работы он прекрасно знал, что на распродаже купить всё можно намного дешевле реальной стоимости. Вывести купленное будет проблематично. Пострадавшие от ограбления обычно нанимают других пиратов, чтобы пощипать чужие корабли и вернуть хотя бы часть потерянных ценностей.
С торговцем он заранее поговорил на эту тему, и тот согласен использовать мой корабль в качестве тяжёлого штурмовика. Мне сейчас без разницы, куда направляться, поэтому возражений не было. Самому сразу соваться в более обжитые системы не стоило. К тому же после выполнения задания у меня появится некоторый рейтинг, как у наёмника.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Чтобы не возить контейнеры с товаром туда‑сюда через всю станцию, сразу перевёл корабль на взлётную палубу торгового транспорта. Крупные суда стыковались к отдельному причалу подальше от других.
