На подходе пожертвовал последним купленным контейнером с корабельными торпедами. Дух отправил их в полёт под управлением искина. Спор с древним мозгом опять оказался не в пользу нападавших. У меня оставались лишь две штатных торпеды штурмовика, но противник решил не испытывать судьбу и поспешил убраться, оставив поле боя за мной.
Тортус прекратил разгон судна и стал на кольцевой курс. Через некоторое время корабль должен вернуться в ту же точку пространства, откуда начал движение. Это позволяло не сбрасывать скорость для возвращения и в скором времени продолжить разгон для прыжка в нужном направлении. В то же время такой манёвр обеспечивал условия для подбора трофеев, пленных и собственной охраны, чтобы та не болталась потом сутки в самостоятельном прыжке.
Учитывая гораздо лучшие сканеры пространства, помог собрать спасательные капсулы, оставшиеся от малых кораблей противника. Потерь среди пилотов не было. Они вовремя покидали сбитые машины. Два целых истребителя сдались. С посаженными щитами и повреждёнными корпусами уходить в прыжок вслед удравшим кораблям они не решились. Как и предполагалось, кто‑то нанял флот наёмников, чтобы нанести ответный визит в этот сектор, после нападения местных пиратов на станцию соседей.
Возвращаться в скопление Тортус не собирался, брать с собой чужих наёмников ему тоже смысла не было. Так что пленники попали в число моих пассажиров. Повреждённые машины неприятеля и некоторые запчасти, снятые с разбитых, торговец взял с собой. Эру они пригодятся. Мне он, хотя и сильно покривившись, компенсировал затраты на покупку истраченных торпед, по цене обычных. Так что я эффективно вложил средства на базе. Теперь у меня на карточке денег оказалось раз в десять больше, чем до прилёта на распродажу. Если учесть выплаченную торговцем премию, за эффективную охрану, и приличную сумму в будущем за пленных, которых полагалось сдавать в специальную контору, связанную с сообществами наёмников, средств на обслуживание и снаряжения корабля по местным меркам мне хватит минимум на год.
Тортус и Син прощались со мной в очень хорошем настроении. Теперь никто не помешает им отправиться в сторону стоянки Лысого Эра. Учитывая намёки Сина на огромные деньги, торговец предполагал получение серьёзной прибыли. Что подтверждалось моими боевыми подвигами, поскольку хозяева, содержащие таких отличных бойцов, по определению не могут быть нищими.
Чтобы не раскрывать возможностей корабля, тащиться до станции в скоплении пришлось почти двое суток, используя только прыжковую технологию полёта. На подлёте к базе идентификатор корабля несколько раз проверяли дежурные суда охраны. По полученной от них информации, стало известно о многочисленных нападениях соседних пиратских кланов на конвои. Кое‑кто из торговцев отбился и продолжил путь. Кого‑то потрепали и захватили часть транспортов. Некоторые, пощипанные, но непобеждённые, вернулись к станции для ремонта. Вблизи больше не существовало мест с корабельными доками способными, производить ремонт огромных судов.
Среди сильно потрёпанных оказалось и судно юнианцев. У местных обывателей ходили упорные слухи, что это замаскированный крейсер. Небольшая пиратская эскадра, попытавшаяся захватить его, едва смогла унести ноги, потеряв половину состава. Собирать трофеи юнианцы не стали, предпочли быстрое возвращение в док для ремонта. Кораблю предстоял немаленький путь, почти в двести прыжков, на другой конец обжитого людьми пространства. По указанным юнианцами координатам боя, сразу устремились сборщики рухляди. Им будет, чем там поживиться.
Глава 3. Неожиданное предложение
Прежде всего, сдал пленников в обменную контору. Денег за них сразу не дали. Оказывается, пленников должны выставить на торги в специальном закрытом сегменте инфосети. Обычным смертным доступа к нему нет. Организации, контролирующие наёмников, сами разбираются между собой. Мне назвали только минимальную сумму, что точно можно заработать за живой товар. Пилоты малых машин оказались весьма ценным ресурсом. Минимум за каждого я получу их же возможный заработок за год, а это ни много ни мало по двести тысяч. За полтора десятка пленников набежит три миллиона универсальных единиц, как их здесь называют – уенок. Обычные обыватели в среднем зарабатывают не больше двух‑трёх тысяч в месяц. За один миллион можно купить подержанный истребитель, а за два – штурмовик или корабельную торпеду. Так что недавний бой обошёлся мне в кругленькую сумму. Хорошо хоть на распродаже купил боезапас раз в десять дешевле номинала. Так что только деньги за пленников должны окупить расходы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тортус не поскупился, оплатив потраченные боеприпасы по реальной стоимости. За сорок миллионов во внутренних областях сектора продаётся списанный фрегат, без вооружения. На окраине цена космического корабля раза в два‑три выше, в зависимости от наличия аналогичных лотов продажи. После очередного пиратского набега на соседей цены значительно падают.
Корабль мне не нужен, а вот десяток торпед пришлось подкупить. Хорошо на складах ещё осталось много такого товара, так что они обошлись в два раза дешевле номинала. Десять миллионов отдал за боеприпасы. Два десятка малых торпед для штурмовика продавец отдал в качестве бонуса, за оптовую покупку.
В будущем я не собирался так неэффективно тратить дорогие штучки. Пока ожидаю денег за наёмников, займусь модернизацией вооружения и своего судна. Информационные датчики, которыми мы в своё время облепили все системы корабля, продолжали поставлять данные во время всех проколов и прыжков. Искин непрерывно анализировал их и нашёл множество новых фактов и закономерностей, позволяющих усовершенствовать оборудование и двигатели.
Аренда ремонтного дока для такого судна как у меня, стоила относительно недорого. В рабочих я не нуждался, для дела достаточно тех роботов, которые приписаны к доку. Искин быстро разобрался с управлением и заменил их программы новыми, более совершенными с его точки зрения. Вместо одной операции, теперь эти железяки делали сразу три‑четыре, насколько хватало манипуляторов, и при этом гораздо быстрее. Аренда дока обошлась ещё в полмиллиона.
Работы нашлось много. Меня не устраивала прожорливость прыжкового двигателя. Справиться с этим недостатком помогли исследования искина. Оказалось, что девяносто процентов топлива уходит на рассеивание в прыжковом тоннеле. Достаточно потратить десятую часть, только чтобы прогрызть дыру в подпространство, а потом можно только контролировать прыжковый тоннель, как мы делали в родной вселенной.
Отличался только принцип создания тяги. Местные двигатели за счёт накачки энергии как бы создавали горку в подпространстве и постоянно скатывались оттуда в нужном направлении. Этим же объяснялась их низкая эффективность в планетарных системах. Такие центры гравитации как планеты и светила создавали свои подпространственные горки, тормозившие движения. Чтобы карабкаться ввысь приходилось использовать дополнительное топливо, увеличивая собственную локальную горку. А ведь при определённом управлении отражателями искривителя можно скользить между этими гравитационными центрами, не тратя собственную энергию.
Создание нового управления двигателем заняло достаточно много времени. Пришлось потратить пару миллионов на дополнительное оборудование. Пока искин занимался кораблём, мы с духом модернизировали торпеды, добавляя им полевые локаторы, новые щиты и надёжное управление. Нарастили мощность энергопушек штурмовика за счёт магической составляющей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Для возможных гостей и пассажиров обзавёлся приличными каютами, а то у меня имелись только весьма аскетичные помещения. На оборудование их всякими необходимыми для жизни вещами ушёл ещё миллион. Нам, магам, не нужно много обстановки в помещениях. При надобности можно обойтись соответствующими заклинаниями. Обычным людям требуется гораздо больше вещей для жизни.
