растерять обширные запасы. Периодически мы обсуждали, что нас ждет, когда магазины окончательно разграбят. Но пока откладывали эту головную боль на второй план. На зиму припасов в городе уж точно хватит, а вот весной…
Когда «Тундра» подъехала к парковке гипера, уже помаленьку начало темнеть. Свернув с Ленинградского проспекта, я сбавил ход и, как и прежде, подъехал прямо к разбитым слайдерам. Взяв пару тележек, зажгли налобные фонарики (мы нашли их в «Тундре» при тщательном обыске, стало гораздо удобнее бегать с автоматами в руках) и поднялись в торговый зал.
Новогодней требухи оказалось в достатке, завоз-то был еще в ноябре, а вот все планы продаж перечеркнул апокалипсис. Я выбрал симпатичную елку, не глядя накидал в телегу ворох мишуры и несколько коробок елочных игрушек. Сеня терпеливо стоял рядом, поглядывая из стороны в сторону.
Следующая наша остановка — отдел гигиены. Раньше мы уже привозили мыло да шампуни, а сейчас от Насти поступил куда более пикантный заказ.
— Прокладки? Серьезно? — фыркнул телепат. — Думаешь, у нас есть время рыться в этом добре?
— Нет, — согласился есть. — Возьмем что под руку попадется, пусть сама выбирает. Согласись, пока есть возможность, лучше пользоваться благами цивилизации. А одичать мы еще успеем, если ничего не изменится.
Сеня не стал спорить. С этой славной мыслью я накидал в телегу разных кремов, краску для волос (подарю маме, пусть порадуется) и, конечно же, презервативы.
— А вот это точно лишнее, — скуксился парень. — Расу возрождать надо, а не развлекаться попусту.
— Не все такие идейные, как ты, — покачал я головой. — Воспринимай настоящее как период первичного накопления капитала. Когда выжившие адаптируются к новой жизни, на коне окажется тот, кто побольше запасет. Торговля — или скорее бартер — будет далеко не на последнем месте. К хорошему привыкаешь быстро, а отвыкаешь долго. Понимаешь, о чем я?
— Вполне, — кивнул он. — Правда, до бартера еще дожить нужно.
— Именно поэтому дальше по плану у нас продовольственный отдел.
Бакалея встретила нас пустыми стеллажами и хаотично разбросанными картонками да полиэтиленом. Такое впечатление, что все выжившие города тарились именно в этом гипере. С горем пополам мы достали с верхних полок два мешка муки и мешок сахара. Там же на верхотуре нас ждали пачки с макаронами и крупами. Наглядно убедившись, что ресурсы-то не бесконечны, мы, как полоумные, начали тащить все более-менее ценное, до чего дотягивались руки.
В момент, когда на обеих тележках уже не осталось места, и брошенная коробка чая скатилась с горы провианта на пол, мы услышали шаги и голоса.
— Гаси свет. Тихо, — мигом сориентировался Сеня.
Притаившись за стеллажом с кухонной утварью, мы внимательно следили за входом. Мелькнули блики от фонарей, я насчитал три.
Наконец показался первый из гостей — высокий крепкий мужчина с ружьем в руках. За ним вошла девушка и щуплый парень. Оба двигали тележки, на ручках которых, как мне показалось, тоже лежало какое-то оружие. Из-за слепящего глаза света фонарей разглядеть подробнее не представлялось возможным.
— Выходите! — пробасил мужчина. — Мы видели «Тундру» у входа и знаем, что вы здесь!
Мы с Сеней не шелохнулись. Мужчина выждал несколько секунд и повторил:
— Мы знаем, что вы здесь! Выходите! — на сей раз его голос звучал не столь уверенно.
— Папа! — девушка раздраженно толкнула его локтем и шагнула вперед. — Мы ищем других выживших, — громко проговорила она. — Нас всего шестеро! Двое мужчин, три женщины и девочка восьми лет.
— Саманта, может, не стоит выкладывать все, — забормотал тощий, но девушка шикнула на него.
Сеня повернул голову ко мне, как показалось, вопросительно взглянул, но, не дождавшись даже кивка, громко произнес:
— Опустите ружье.
— Еще чего! — возмутился отец Саманты.
— Мы тоже вооружены и не хотим направлять на вас оружие, — четко проговорил телепат. — Но также не хотим, чтобы и вы трясли перед нами стволами.
Повисло неловкое молчание. Мужчины у входа замерли, как истуканы, пока девушка вновь не ткнула отца в бок:
— Пап, послушай, что говорят! Он же не просит тебя расстаться с твоим ненаглядным карабином!
Напряженная тишина тянулась еще секунд пять, пока мужчина устало не выдохнул:
— Хорошо.
— Свет не включай, — успел шепнуть мне Сеня.
Двигая перед собой тележки, мы вышли из укрытия и тут же попали в круг света. Незнакомцы с интересом разглядывали нас. Их налобные фонари были хорошо отрегулированы — немного вниз, чтобы при разговоре не слепить собеседника. Правда, это не помешало каждому из них по разу осветить нам лица.
— Вы нас увидели, а мы вас нет, — спокойно проговорил Арсений. — Для продолжения знакомства и конструктивного диалога предлагаю выйти на улицу.
— Эй! — возмутился отец Саманты. — Мы еще не успели пополнить припасы.
— Это можно сделать и потом, — сухо возразил телепат. — Вы же искали других выживших, а не мы. Хотите говорить? Ждем вас на улице. Или начинать с теми, кто остался в машине?
Мужчина проворчал что-то неразборчивое. Когда же мы поравнялись, произнес:
— Ладно. Мы спустимся первыми. Вы через тридцать секунд. Пока я не настолько доверяю вам, чтобы подставлять спину. Идемте! — велел он своим и действительно, бросив тележки, отправился вниз по траволатору. Шел последним, прикрывая собой других и не сводя с нас глаз.
Глава 22. Статус: Гамма
— Насчет людей в их машине блефовал? — спросил я, как только спина мужчины скрылась из виду. — Оттуда-то звук мотора вообще не был слышен.
— Кто знает, — задумчиво протянул Сеня, снимая со лба выключенный фонарь. — Может, блефовал, а может, все же слышал.
Я окинул его оценивающим взглядом и начал спускаться. Ну что за человек, а? И сопереживать умеет, и общаться может наедине нормально. Но на людях же… а особенно с незнакомцами… Первый раз их видит, не торопится откровенничать и своим поведением сразу ставит на ступень ниже. Нужно ж было додуматься сказать «не включай свет» — типа нечего нам на вас смотреть, мы не настолько в вас заинтересованы, как вы в нас.
Черт, будь я один, общался бы проще. По-человечески, что ли. Правда, еще вопрос, чей метод лучше…
К тому моменту, как мы вышли на улицу, я решил не ломать голову, а просто наблюдать за Арсением. Если парень перейдет границу, поставить его на место и выправить ситуацию.
— Вот мы и на улице, как вы хотели! — мужчина стоял рядом со светлым «Прадиком». В свете фар внедорожника я наконец смог разглядел его получше: чисто выбрит, несмотря на мороз, без шапки. Прическа под стать — короткая. Видно, что уверен в себе. Если брать в расчет телосложение мужчины, марку
