Только отправив сову со своими письмами обратно в школу, юноша заметил, что на самой высокой полке кухни устроилась какая‑то крохотная пичужка, которая тоже держит в клюве небольшой конверт. Накормив несчастную птаху, юноша вскрыл послание и прочитал:
Мистер Малфой!
Мы не уверены, что Вам известны наши имена, но мы Вас знаем очень хорошо и всегда будем помнить Вашу исключительную доброту.
Мы просим Вас отменить распоряжение, данное Вами еще до войны в Туннелях хозяину «Дырявого котла». Мики, Кими и Шони сейчас работают в Отделе Тайн и зарабатывают достаточно, чтобы снимать небольшой домик на одном из островов неподалеку от Шотландии и кормить всю маленькую коммуну, некогда жившую на пустыре. Дети учатся в школе, старики ведут хозяйство.
Мы могли бы написать Вам и раньше, но не хотели тревожить Ваш отдых после войны. Последние несколько месяцев Вашей едой мы кормили наших бездомных братьев, которым повезло меньше, чем нам. Пока у нас нет денег, чтобы вернуть Вам долг, но мы непременно сделаем это, как только соберем необходимую сумму.
Мы будем очень рады, если Вы согласитесь принять наш подарок – амулет, который благотворно влияет на память и позволяет в трудную минуту вспомнить некий важный факт, способный помочь в решении проблемы. Кроме того, этот талисман оповестит всех встреченных Вами эльфов, что Вы их друг.
Еще раз спасибо Вам, мистер Малфой!.
Примерно половину листа занимали подписи – четкие и красивые росчерки Мики и Кими, трудно различимые каракули Шони и детей, отпечатки пальцев стариков.
Повертев в руках вложенную в конверт невзрачную безделушку на черном шнурке, Драко после недолгих размышлений надел ее. В Туннелях он имел немало возможностей убедиться, что, казалось бы, незамысловатая магия домовиков очень эффективна. Юноша сначала решил написать эльфам, что не нуждается в их деньгах, но, подумав, понял, что домовики все равно могут отправить их ему, несмотря на возражения, поэтому проще будет, не тратя времени на предупреждения, вернуть адресатам их галеоны.
Нацарапав несколько строк хозяину «Дырявого котла», Драко наконец‑то получил возможность приступить к долгожданному ужину. Побросав в рот еду и от голода и усталости не почувствовав ее вкус, юноша, преодолевая усталость, отправился в гостиную, сел на пол у камина и погрузился в чтение толстенного тома по нумерологии.
Драко не помнил, как уснул, и, проснувшись утром в своей спальне от звона будильника, с удивлением обнаружил, что так и не снял браслет. Подумав немного, юноша пришел к выводу, что эта вещь, как ни крути, приносит ему удачу, и потому решил и впредь надевать ее на работу, тем более что опасность ареста по–прежнему была вполне реальна.
Занятия у нищеброда оказались столь же приятными, как и вчера. Ублюдок Уизли объяснил, как нужно зачаровывать манекенов, чтобы они подчинялись мысленным командам, и в зале разразилось настоящая битва. Чтение книг о сражениях прошлого было обязательным пунктом домашнего образования наследника Малфоев и Блэков, так что о стратегии и тактике Драко было известно немало, и он с огромным удовольствием применял свои познания на практике. Как выяснилось, начальничек читал о воинском искусстве даже больше своего подчиненного, что и сказалось на результате сражения. Но, наверное, впервые за время уроков в этом зале поражение не огорчило юношу. Он понимал, что знания, полученные во время даже одной этой битвы – а сколько их еще будет, таких же интересных! – гораздо важнее, чем ее результат.
Как Кулак и обещал, на следующее утро Гольдфарб пришел на занятия боевки — «Д» и, как и прежде, переодевался в уродливый магловский наряд вместе со всеми. Увидев подлого обманщика, Драко постарался собраться с силами: он очень не хотел ударить в грязь лицом перед этим мерзким типом.
Увы, продержаться против Гольдфарба удалось всего лишь пару минут. Упав на пол после сокрушительного удара в челюсть, юноша понял, что больше сегодня боксировать не сможет.
— Поймите меня правильно, мистер Малфой, — сказал Гольдфарб, протягивая ему руку. – Я знаю о боксе немногим больше, чем вы, но у меня огромный опыт схваток в айкидо. Я мог бы поддаться, чтобы вы успокоили ваше уязвленное самолюбие, но, по–моему, такой обман унизил бы и вас, и меня. Мне кажется, вы уже достаточно взрослый человек, чтобы не тешить себя иллюзиями, а осознавать правду, какой бы горькой она ни была!
Принимать руку лгуна не хотелось, но Драко сомневался, сумеет ли подняться на ноги самостоятельно, поэтому решил воспользоваться предложенной помощью.
— Благодарю вас, мистер Гольдфарб! – буркнул он, вставая. – Вы поступили абсолютно правильно!
— Вы можете называть меня Тони – ко мне все обращаются именно так!
— Нет уж, мистер Гольдфарб, увольте! Мой непосредственный начальник, мистер Артур Уизли, потратил немало времени и сил, объясняя мне, как именно подчиненные здесь обращаются к тем, кто стоит выше них по положению. Так что избавьте меня, пожалуйста, от вашей доброты!
— Тони, это мистер Малфой обиделся из‑за проигрыша! – быстро сказал Фиск. – Мистер Малфой, поймите, ничего страшного не произошло! Вы совершенно точно не могли победить Тони, поскольку его боевой опыт намного больше вашего! Здесь не из‑за чего переживать!
— Я и не переживаю, сэр! – больше всего сейчас юноше хотелось лечь в уголке тренировочного зала и умереть.
Тем же вечером, закончив отрабатывать бесконечные упражнения по приказу садиста Кулака, Драко проскрежетал из последних сил:
— Сэр, верно ли я понял, что до окончания принудиловки меня в покое не оставят?
— Все верно, мистер Малфой!
— А почему, кстати? – юноша удивился, что раньше ему даже в голову не приходил такой элементарный вопрос.
— А потому, мистер Малфой, — ласково объяснил Фиск, — что вы в Министерство пришли не прохлаждаться, а отбывать наказание! Вот мы и стараемся в меру своих слабых сил, чтобы вам служба медом не казалась!
— У вас очень хорошо получается, сэр! – Драко оперся о стену, потому что ноги практически не держали. Он понял, что сегодня опять будет добираться домой на «Ночном рыцаре». – И, раз уж на спокойную жизнь мне надеяться не приходится, могу ли я высказать пожелание о том, как лучше ее усложнить?
— Можете, мистер Малфой!
— Сэр, — юноша постарался выпрямиться, — я знаю, что мистер Гольдфарб действовал с вашего ведома и с одобрения более высокого начальства, но мне от этого не легче. Отомстить лжецу так, как мне хочется, я все равно не смогу, поскольку он очень важный человек в Министерстве, а мне неохота в Азкабан. Но если я сумею хотя бы раз честно победить мистера Гольдфарба в боксерском поединке, мне будет намного легче жить! Если бы вы помогли мне достичь такого уровня мастерства, я был бы вам чрезвычайно признателен! Я думаю, вам не нужны деньги, но не знаю, чем еще могу вас отблагодарить. Только предупреждаю сразу: по окончании принудиловки я немедленно уйду из Министерства, и вы меня не отговорите! Но мы могли бы продолжать вечерние занятия и после моего увольнения…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
