— Мистер Малфой, — хмыкнул Кулак, — ну не понимаю я, как Арти вас терпит! Я бы столько времени с вами в одной комнате не выдержал!
— А я не понимаю, как я его столько времени терплю, — Драко удивился, вспомнив, как нечто подобное ему говорил Грегсон. Немного поразмыслив, юноша решил, что или у большинства министерских нелады с головой, или все здешние служащие стоят друг за друга горой вопреки любой логике и здравому смыслу.
— Ладно, мистер Малфой, ваши отношения с Арти – ваше дело! А что касается вашей просьбы – Тони прирожденный и очень опытный боец! За два с небольшим месяца до окончания вашей принудиловки я не смогу вас натренировать до желаемого вами уровня – тут может и нескольких лет не хватить. В принципе я согласен заниматься с вами и после того, как вы уволитесь из Министерства, но с одним условием. Вы верно догадались: деньги меня не интересуют. Однако мне может потребоваться ваша помощь, если я начну заниматься с новичком, который ничего не знает о боксе. Вы или выступите в качестве спарринг–партнера, или, — разумеется, по иной легенде, — будете ассистировать мне, как это делал Тони, когда вы только–только пришли в боевку — «Д». Постараюсь устроить все так, чтобы вы помогали мне в свободное от новой работы время, но в крайнем случае вам придется отпрашиваться у своего начальства. Предупреждаю сразу: я не могу гарантировать, что вы хоть когда‑нибудь сможете победить Тони – он прирожденный боец и, узнав о ваших намерениях, станет заниматься боксом просто из личной вредности! Но у вас очень неплохой потенциал, и при желании и усердии вы сможете добиться немалых успехов! Вот только имейте в виду: если я за вас возьмусь всерьез, то прежние занятия в боевке — «Д» вам покажутся отдыхом на Лазурном берегу! Уразумели?!
— Да, сэр! – юноша еще раз все обдумал и утвердительно кивнул. – Если у меня не будет четкой и ясной цели, я здесь точно рехнусь!
— Не думаю, мистер Малфой! – Фиск снова хмыкнул. – Если вы продержались в Министерстве без малого год, то пара лишних месяцев ничего не изменит! Но это опять же не мое дело… И вот еще что! Тех, с кем занимаюсь вне боевки, я мистерами не зову, но, в отличие от Арти, не терплю панибратства. Свое имя вы не любите, по фамилии я вас называть не хочу – я, когда ее произношу, всегда Люциуса вспоминаю. Устроит тебя такое положение вещей, парень, или есть какие‑то иные предложения?
— Никак нет, сэр! – Драко скривил губы в улыбке. – Всем доволен!
— Ну вот и хорошо! Значит, договорились! Арти я сам все расскажу! Завтра придешь сюда в это же время! И имей в виду: если хоть раз опоздаешь или нарушишь режим питания – а я об этом непременно узнаю, поскольку легилименцией неплохо владею и без палочки – ты сильно пожалеешь! И вот еще что… В субботу я с тобой буду заниматься днем, а к семи вечера непременно приходи в клуб «Ножки нимфы»! Это приказ! Ты знаешь адрес?!
— Да, сэр!
— Все, на сегодня свободен!
— До свидания, сэр!
Добравшись после ужина и очередной порции изучения хогвартских учебников до спальни, юноша без сил упал на кровать и вновь задумался, правильно ли поступил. Все‑таки попасть в полную зависимость от Кулака действительно страшновато. Но, в конце концов, как следует врезать мерзкому обманщику Тони будет очень прият…
Посередине этой мысли Драко уснул. Проснулся он среди ночи от смутной тревоги и, не открывая глаз и не шевелясь, насторожился, прислушиваясь к своим ощущениям. Что‑то было не так! Почему он спит раздетым, откуда такая беспечность?! И не слышно дыхание ребят из отряда, и воздух вокруг совсем другой… И почему так тепло?! Неужели где‑то совсем рядом другой отряд жжет инфери?! Или это атака огнечервей?!
Выпутавшись из сонной дремы, юноша резко открыл глаза – и некоторое время не мог понять, где находится. Увиденное совершенно не походило ни на Туннели, ни на гостиницу рядом с ними. И где напарники из отряда?!
Окончательно придя в себя, Драко, дрожа, закрыл лицо руками. Ничего страшного не случилось, это послевоенный синдром, о нем писал Курт Фогель и многие другие… Наверняка больше такого не повторится, а сейчас нужно спаааа…
В следующий раз юноша проснулся уже от звона будильника и в Министерство отправился в скверном состоянии духа. Однако командование одной из армий манекенов в зале с Линиями Силы, несмотря даже на последующее мытье полов в обстановке повышенного тяготения, оказались очень приятным. Так что к кабинету Сектора выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов Драко шагал в неплохом настроении, предвкушая, как расскажет Эрику о своих успехах и узнает от него последние министерские новости. И даже тот факт, что фон Штроссербергер не стоял на обычном месте у дверей своего отдела, не вызвал недовольства: ведь с Эриком можно будет поболтать днем или вече…
Юноша резко остановился и оперся рукой о стену. Да что сегодня за день такой дурацкий?! Ничего, это пройдет… Нужно идти в свой кабинет: уже без пяти девять…
Как и обещал Фиск, очень скоро свою прежнюю учебу в боевке — «Д» Драко начал вспоминать с бесконечной нежностью. Теперь Кулак напрочь забыл, что его ученик – не неутомимый голем из глины, а человек из плоти и крови, нуждающийся в отдыхе. На третье же вечернее занятие вместе с Фиском пришел Сид Кречтон, который, как вскоре выяснилось, за внешней субтильностью скрывал исключительные бойцовские качества.
Но даже нечеловеческая усталость, от которой вечерами хотелось выть громче бэнши, не спасала от ночных пробуждений, когда юноша, просыпаясь, думал, что по–прежнему находится в Туннелях. И хотя бы раз в день, шагая по коридорам к своему кабинету, Драко представлял, как сегодня поговорит с Эриком.
Только сейчас юноша понял, насколько важное место в его жизни занимал непохожий на немца темноволосый парень с серьгой в ухе. Это было очень странно: ведь они очень мало общались и толком разговаривали всего лишь считанные разы. Но Драко чувствовал отсутствие Эрика так, словно потерял руку или ногу, — пока она есть, ее не замечаешь, но, утратив, не можешь с этим смириться.
Теперь юноша думал о командире ласковой обслуги намного чаще, чем раньше, и, вспоминая немногие встречи с ним, поражался своей тогдашней тупости. Почему нельзя было хотя бы иногда говорить с Эриком по–немецки? Это оказалось бы хорошей практикой, да и фон Штроссербергер наверняка с удовольствием поболтал бы на родном языке, ведь иностранцу нелегко в чужой земле…
Только сейчас, поводив бойцов по Туннелям, Драко понял, насколько Эрик при всей своей общительности был одинок. Нельзя откровенничать с теми, кто стоит ниже тебя по званию: подчиненные должны верить, что командир ничего не боится, никогда не тревожится и все знает наперед. Поэтому, кстати говоря, командир Летучего отряда с таким удовольствием болтал с условно–досрочником на принудиловке, перед которым не нужно было изображать непотопляемого босса…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
