Схожие проблемы возникли с резиденцией императора в Букингемском дворце. Группа «Три» успела проникнуть внутрь охраняемого периметра и в данный момент вела ожесточенную перестрелку с «ангелами смерти». Рокуэлла вывести не успели, и император укрылся в подвале. Винсент вздохнул. Из этого бомбоубежища его придется выковыривать несколько дней. Хорошо хоть, что удалось обрезать все линии связи, и император не мог выйти в эфир с каким-нибудь очередным идиотским заявлением.
Однако Рокуэлла необходимо было ликвидировать. Пока он жив, он является законным правителем Империи. Как бы ни были хороши сфабрикованные против него улики, императоры неподвластны суду – и ситуация может осложниться гражданской войной.
Часть людей все равно пойдет за Рокуэллом, как бы плох тот ни был. Пойдет просто потому, что он является их сюзереном. Закон превыше здравого смысла и все такое. Есть люди, которые преданы титулу, а не человеку. Ослепленные блеском короны, они готовы идти за своим предводителем хоть в ад.
Клозе прошелся по командной рубке «Шивы». На одном мониторе связи маячило лицо адмирала Круза, на другом – Винсента. Добсон вместе со своим штабом отстранение наблюдал за их переговорами.
– Я не могу выступить с публичным заявлением, пока Рокуэлл жив, – ответил Клозе на предложение Винсента. – Доказательства, представляемые с позиции власти, смотрятся куда убедительнее, чем они же, представляемые возглавившим путчистов опальным капитаном.
– На данный момент в Лондоне имеют место два очага сопротивления, – сказал Винсент. – Здание МДВ и Букингемский дворец. Мне… нужно твое разрешение на использование тяжелой техники.
Кто-то позади Добсона возмущенно ахнул. Наверняка это была реакция на потенциальное разрушение императорской резиденции. Дворец – это не просто образчик архитектуры, это такой же символ власти, как корона или скипетр.
– Мне хотелось бы избежать вандализма, – сказал Клозе. Реакция штабных была характерной для большого числа людей. Клозе не желал создавать себе новые неприятности на пустом месте. Хватало и тех, что уже были в наличии.
– А здание МДВ? Там заперлась вся верхушка во главе с кардиналом Джанини. Они пытаются вызвать поддержку в виде муниципальной полиции, но мы их глушим.
Штаб-квартира МДВ занимала большое здание. Если Джанини укрепил его хотя бы вполовину так, как была защищена резиденция УИБ, в районе развернутся настоящие уличные бои.
– Прежде чем что-то предпринять, эвакуируй соседние дома, – сказал Клозе.
– Это займет время, – начал протестовать Винсент.
– Привлеки для этого полицию, черт побери. Ты блокировал руководство УИБ и являешься старшим лицом управления, доступным для связи, что делает тебя очень большой шишкой. Так используй свое положение.
– Хорошо. Но что мне делать с Рокуэллом?
– Дай мне пару минут подумать, ладно?
– Помни, отпускать его живым нельзя. Наши политические противники, а они у нас наверняка будут, используют его, чтобы сплотить оппозицию. Он коронованный император, а не какой-то никому не известный наследник, и является мощной политической фигурой. Нам не нужна гражданская война.
У нас и без нее полный набор неприятностей, закончил про себя Клозе. Его интересовало, в безопасности ли сейчас Изабелла, но спрашивать он не решался. Кто-то может подумать, что личное он ставит выше общественного, а кто-то найдет его уязвимое место. Найдет и запомнит на будущее.
Политика…
Они укрылись в подвале административного здания в добром десятке кварталов от ее квартиры. Убежище Дойл присмотрел по совету Винсента за пару дней до часа «X». Помимо прочих достоинств из него было несколько выходов на разные улицы, что предоставляло возможности для маневров в случае вынужденного отступления.
Изабелла видела, что рана беспокоит Дойла сильнее, чем тот старается показать, но у них не было с собой даже портативной аптечки, так что лечение пришлось отложить до лучших времен.
Они заперлись в каком-то техническом помещении, половина которого была забита силовыми и оптоволоконными кабелями. Дойл принял еще одну таблетку болеутоляющего.
– Вы из УИБ? – спросила Изабелла. Она сама из УИБ, но никто не может похвастаться, что знает всех сотрудников этой конторы в лицо.
– Нет, я бомбардир с «Шивы», и я в самоволке.
На ее лице отразилось столь явное изумление, что Дойл счел нужным пояснить:
– Бывший директор Коллоджерро застукал меня в борделе, где и предложил эту халтурку.
– Э…
– Он попросил меня позаботиться о вас и сказал, что не может поручить это дело кому-то из своих людей.
– Я и сама могу о себе позаботиться, черт побери. Я тоже офицер УИБ!
– Я в данном случае всего лишь ишак, – сказал Дойл. – Все претензии, которые у вас есть, направляйте к Винсенту.
– Что происходит?
– Конкретно он мне ничего не сказал, но я полагаю, что происходит государственный переворот и наш обожаемый Раптор собирается надавать по заднице нашему полоумному императору.
– А почему меня не ввели в курс дел?
– Полагаю, вас сочли слишком ценной фигурой, чтобы рисковать вами во время боевых действий. И… э… слишком близкой к Раптору.
– А вы почему согласились меня прикрывать? Вам до меня что за дело?
– Я летал с Клозе однажды. Мы вместе участвовали в первой битве с таргами, той, которую мы выиграли. Клозе никогда этого не признает, но мы оказались у него в долгу. Весь экипаж. Кроме того, мне, как и любому здравомыслящему человеку, не нравится то, что происходит в Империи в последнее время.
– Те люди на улице…
– Они приходили за вами, – подтвердил Дойл. – Как Винсент и предсказывал в нашей с ним беседе, которая состоялась в борделе. Полагаю, Рокуэлл решил использовать вас в качестве заложницы.
– Но это глупо! – Клозе не настолько сентиментален. Или настолько? В любом случае, Клозе вряд ли затеял переворот в одиночку, и остальная его команда, не задумываясь, пустила бы в расход еще одну фигуру. Даже не фигуру, а пешку, мысленно поправилась Изабелла. Меня ведь они решили вообще не задействовать. Потому что я женщина или потому что за мной следят? Хотелось бы надеяться на второе, хотя нельзя исключать и первое.
– Может, и глупо, но те парни с плазмоганами вряд ли хотели вас пригласить на автомобильную прогулку по городу, а потом угостить завтраком с чашечкой чая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
