Когда утром Страйдер отправился позавтракать перед тренировкой, ни одного из его друзей не было видно ни в трапезной, ни в их палатках.
Но теперь они уже наверняка восстали из мертвых и вернулись к себе. А может, и нет.
Не успел Страйдер сделать шаг с арены, как его тут же окружила толпа жаждущих завладеть его вниманием женщин. Они отличались друг от друга и по возрасту, и по комплекции. И лишь одно объединяло их всех - страстное желание стать графиней Блэкмор.
Ему захотелось, чтобы в этот момент рядом с ним оказался Саймон Рейвенсвуд, уж он-то помог бы ему отразить атаку назойливых поклонниц, наперебой восхваляющих его достоинства, локтями и пинками прокладывающих себе путь к кумиру.
Даже брат Кит и тот бы сгодился.
Но Кита, как обычно, не было видно. Наверное, сидит где-нибудь со своими недоумками-друзьями, молокососами, сочиняющими очередную заунывную песнь. Страйдер поспешил выбросить эту мысль из головы - подобные образы раздражали его даже больше, чем настырные девицы.
– Лорд Страйдер, прошу вас, объявите меня королевой всех сердец! - пропищала юная леди прямо ему в ухо, вцепившись в черные волосы графа.
Страйдер с проклятиями попытался высвободиться.
– Нет, дамой буду я, так ведь, милорд?
Его поклонницы подняли такой гвалт, что Страйдер не смог бы ответить им, даже если бы очень захотел. Женщины хватали его за одежду, запихивали ему дары любви в шлем и латы. Не говоря уж об обуви.
– А у меня локон лорда Страйдера! - победно прокричала одна из дам и рухнула в обморок.
Другая тут же переступила через нее, третья наклонилась, стараясь вырвать у лежавшей клок его волос. Лишившаяся чувств тут же укусила ее и побежала вон со своим трофеем. Это только подогрело всеобщее безумие, и поклонницы наперебой старались отхватить от его одежды кусочек на память. У Страйдера не было желания причинять им вред, но разогнать их, не прибегая к насилию, не представлялось никакой возможности.
– Леди, леди! - прогремел вдруг над ними мужской голос. - Прошу вас, отпустите на минутку его сиятельство, ему надо срочно исповедоваться в своих многочисленных грехах!
Страйдер узнал этот голос, и на лице его заиграла не свойственная ему улыбка - редко кому удавалось лицезреть ее. Он уже три года не виделся со своим старинным другом Кристианом из Акры.
Дамы надули губки, но отхлынули от своего кумира, пропуская к нему человека, облаченного в черную монашескую сутану. Но как только они получше разглядели высокого мускулистого Кристиана, лица их просветлели. - Какая жалость, что он монах, - во всеуслышание заявила одна из них.
– И правда, - согласилась другая.
Откуда им было знать, что стоящий в центре их круга блондин никогда в жизни не связывал себя никакими святыми обетами. Кристиан облачился в монашескую одежду исключительно для конспирации.
Его могли бы выдать шпоры, время от времени поблескивающие под длинной, до самой земли, сутаной, и отсутствие тонзуры «Тонзура - выбритое место на макушке, знак принадлежности к католическому духовенству. - Здесь и далее примеч. пер.» на голове, из-за чего он никогда не снимал капюшона. Перед ними стоял не какой-то там церковный служка, но один из лучших рыцарей, прекрасно владеющий мечом. Таких во всем мире раз-два и обчелся. Не говоря уже о том, что Кристиан был особой королевских кровей, принцем, и на родине его матери, в Византии, стоял в одном шаге от престола.
– Аббат, - Страйдер пожал протянутую ему руку, - давненько не виделись.
– Да уж, - кивнул Кристиан, с силой сжав ладонь графа и хлопнув его по плечу. - Давненько. Но у тебя, как вижу, все по-прежнему. - Голубые глаза Кристиана пробежались по кучке женщин, упорно не желающих оставить их наедине.
– Это точно, - тяжко вздохнул Страйдер.
– Брат! - обратилась к Кристиану одна из женщин - изящная брюнетка с пышными формами. Глаза ее призывно горели, без лишних слов давая понять: согласись Кристиан сделать ей шаг навстречу, к утру им обоим понадобится священник и исповедальня. - Можно мне потом тоже исповедаться?
В глазах Кристиана загорелся дьявольский огонек. Он тщательно продумал ответ, взвешивая каждое слово.
Именно такой реакции и ожидал от него Страйдер. Может, Кристиан и язычник по убеждениям, но он не мог не питать уважения к взрастившим его духовным лицам и никогда не позволил бы себе очернить их репутацию, приняв предложение этой дамы, поскольку сейчас выдавал себя за представителя церкви.
– Конечно, миледи. Я слышал, что здесь хороший местный священник.
На ее лице отразилось разочарование.
– Если вы позволите… - Кристиан вышел из окружения и направился к красочным палаткам, раскинувшимся на холме под стенами замка.
Более трехсот рыцарей приехали в Хексем на ежегодные осенние состязания, по традиции длившиеся целый месяц. В отличие от остальных Страйдер не охотился ни за славой, ни за богатством - у него было с избытком и того и другого. Он прибыл сюда по распоряжению короля, который возжелал лично приглядеть за графом Блэкмором: слишком уж часто в последнее время с ним происходили всякого рода подозрительные несчастные случаи. Кто-то и впрямь вознамерился убить его, выискивая изощренные способы отправить противника на тот свет. И до тех пор пока они не выяснят, кто это, Генрих хотел, чтобы Страйдер все время был у него на виду.
Граф обернулся, желая убедиться, что ни одна из поклонниц не последовала за ними. Хоть дамы и глядели им вслед с тоской, они, хвала Создателю, не тронулись с места.
– Что привело тебя сюда? - спросил Страйдер у Кристиана, поднимаясь вверх по склону холма.
Кристиан стал мрачнее тучи.
– Боюсь, у меня плохие вести. Лизандр Марсельский убит.
Страйдер остановился как вкопанный. Это был один из тех, кто попал в плен в Утремере. Когда члены Братства освободили его, Страйдер самолично отослал Лизандра в Шотландию, в дом своего друга.
– Как такое могло случиться?
– Его пытали и убили. - Кристиан еле сдерживал клокотавший в.груди гнев.
– Кто осмелился на подобное?
– Один из врагов горного клана Макаллистер. - Ярость и горе Кристиана лились через край. - После того как Лизандр и Язычник помогли Эвану Макаллистеру, Лизандра взяли в плен и замучили до смерти. Я направляюсь на север, хочу помочь Язычнику найти и наказать виновных.
– Еще один меч не помешает?
Кристиан расслабилея, услышав эти слова, лицо его просветлело.
– Я непременно сказал бы «да», но ты ведь здесь, в Англии, а не на континенте, и это может означать только одно - тебя призвал к себе сам король и сейчас ты лишен свободы передвижения.
