Яркие птицы весело щебетали на ветках и выглядели очень даже миролюбиво. Несколько раз я встречала вполне себе земных зверей. Жирный заяц был оставлен мною на поляне. Он — привычный, если не брать в расчет небольшие крылья, которые все равно при его весе не помогали ему прыгать дальше. Шипящую серую живность, висевшую на ветке и вынудившую меня обходить дерево с дуплом стороной, я обозвала белкой. Кисточки у нее на ушах имелись, пушистый хвост тоже. Просто он был длиннее и крепко опутывал ветку, позволяя зверьку удерживаться в странном для белок положении. Ну, немного мутанты — это ведь не страшно. А кто идеален, Ань?
Продолжая путь, я старалась припомнить все, что со мной произошло, но мысли сбивались в кучу. С чего начинать думать? С того, что я впервые увидела воочию шаровую молнию? Или с предупреждения Жени, когда он написал о грозе и попросил меня закрыть окна? Но я была так счастлива из-за результатов собеседования в престижной фирме, поэтому проигнорировала сообщение в «ВК» и умчалась в душ. Как вышла, сразу позвонила маме и пригласила их с папой в свою квартирку, подаренную ими на совершеннолетие. Прослушав длинное поздравление, отбросила мобильник и поспешила готовить праздничный ужин. Прямо в белоснежном халате ухватилась за мясо, оставленное с утра размораживаться. Испачкала руки и не стала отвлекаться, решив после нарезки мяса переодеться и закрыть окна, хотя на улице уже оглушительно гремело. Сама виновата… Радоваться надо, что вообще выжила. Как увидела светящийся шар в отражении дверцы микроволновки, застыла. Я слышала, что в таких ситуациях нельзя двигаться, а сквозняк сам молнию из квартиры вынесет, но руки напряглись. А когда порезала палец, дернулась, испугалась, и как-то все закрутилось. Вот зачем я швырнула кусок мяса в шаровую молнию? А краснеть она почему начала? О том, где я оказалась и как, у меня вообще версий не находилось.
Вздохнула тяжело и остановилась, прислушиваясь. Ручей. Мне даже глотать было сложно из-за сухости во рту, поэтому без лишних раздумий я направилась на звук. Идти пришлось долго, а мягкий мох под ногами становился тверже, зато шум воды звучал громче. Вышла я к реке, но от нее меня отделял крутой обрыв, а берег под ним огорчал острыми камнями. Насмотревшись ночью на изобилие существ, убивающих друг друга страшными штуковинами и острыми зубами, я старалась ничем не пораниться. Мало ли… Может, они кровь за версту чуют, а у меня и так палец на руке с порезом. Пришлось идти вдоль берега, собирая ногами росу с высокой травы. Из носа уже вовсю текло, но я настойчиво шмыгала им, не позволяя себе расклеиться. Моя ободранная от мелких веток палка пригодилась в качестве опоры, пока я второй рукой приподнимала промокшие полы халата. Утреннее солнце поднялось над макушками высоких деревьев, освещая местность у реки и немного согревая озябшую меня.
Вскоре моя настойчивость была вознаграждена: река сужалась, а обрыв уменьшался в высоте, постепенно превращаясь в пологий спуск. Как только я увидела возможность добраться к желаемой воде, сразу ею воспользовалась. Кристальный, бурлящий поток мчался по камням. Он мгновенно ударил по ногам и ужалил их леденящим холодом, но я не отступала. Уселась на корточки, зажав палку между ногами и животом, и принялась набирать воду руками. Уже когда утолила жажду и умывалась, заметила тень. Кто-то заслонял собой солнце. Я крепко ухватилась за свое оружие и медленно обернулась.
Явно женская особь. Она хмурилась и сжимала тонкие губы, разглядывая меня. Голубоватая кожа напоминала потрескавшуюся глину, а глаза не имели белка — сплошная серая радужка и чуть вытянутый зрачок. На мощной фигуре вместо привычной одежды висели черные шкуры. Белоснежные густые волосы были собраны в хвост, а к выбивающимся прядям были привязаны какие-то деревяшки и вплетены тонкие зеленые веточки.
— П-р-ривет, — проговорила я, стуча зубами от холода и страха.
Осторожно поднялась, не зная, как продолжить знакомство и чего от него ждать. Неизвестная окинула меня презрительным взглядом, шагнула ко мне и ухватилась за конец палки. Ее желание я без слов поняла — раскрыла ладонь, позволяя отнять хлипкое оружие. Сильные руки данной леди наверняка переломят мне череп одним ударом, я уже молчу о заостренных когтях вместо ногтей. Деревяшка мне точно не помогла бы, поэтому я сделала ставку на «мир, дружбу, жвачку». Беловолосая откинула палку и, вскидывая подбородком, тихо рыкнула:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Рагихон!
Нервная оглядка вышла бесконтрольно. Когда я вновь посмотрела на женщину, она резко топнула в мою сторону. Я отшатнулась и прикрылась руками, но она ничего больше не предприняла. Отгоняет меня? Сглотнула и, стараясь не поворачиваться к ней спиной, ретировалась подальше. Воительница провожала меня взглядом, пока я не отошла метров на тридцать, а затем отцепила что-то от пояса. Издали сложно было разглядеть в точности, но достаточно, чтобы понять, что она наполняла бурдюк. Я наблюдала, как она отошла чуть дальше, подняла из высокой травы небольшие мешки и направилась вглубь леса. Чем дальше незнакомка отходила, тем суматошнее были мои мысли.
Убить она меня не хотела, поэтому просто прогнала. Опасалась, что ударю со спины? Все равно кроме нее, я тут никого милосерднее не встречала. Даже если просто следовать за ней, то она выведет меня к чему-нибудь… к кому-нибудь такому же милосердному. Какие у меня шансы выжить в лесу? А ведь мне неоднократно удалось убедиться — я не на Земле. Может, конечно, меня зарядило разрядом так, что я в коме сейчас. Однако ощущения вполне настоящие, а значит, я не имею права рисковать собственной жизнью, пока врачи меня наверняка не разбудят.
Я бросилась в сторону палки и легко отыскала ее в примятой от падения траве. Ухватилась за свое никчемное оружие и, опасаясь потерять голубокожую из виду, быстро побежала за ней. Следовала, держась на расстоянии. Если она меня заметила, то никак этого не показала. Ближе к обеду, когда солнце пробивалось сквозь верхушки деревьев, мне стало жарко, ноги болели, пестрили царапинами и укусами местных москитов, но я держалась и не позволяла себе падать духом. Позже опять захотелось пить, а желудок сводило от голода, но я даже по нужде не отвлекалась, потому что женщина шла быстро.
Не знаю, сколько мы прошли, но свободного пространство между деревьями стало заметно больше, показались камни выше человеческого роста, и я вовсе тоненько взвыла — мох закончился. Твердая почва изобиловала камушками, которые больно впивались в нежные, непривыкшие к таким испытаниям ступни.
От очередного острого камня я айкнула, взвыла и ухватилась за ногу, даже попыталась рассмотреть, нет ли порезов, мозолей — отвлеклась. Неизвестная исчезла! Я, плюнув на боль в ногах и искры с глаз, побежала к валуну, где в последний раз ее видела. Резво отскочила назад, борясь с головокружением. Передо мной был не просто обрыв! Грандиозной высоты обрыв! Отсюда открывался вид на густые кроны бесконечных деревьев. Я аккуратно приблизилась к краю, выставила одну ногу дальше и склонилась, вглядываясь вниз. По такой отвесной стене без специальных приспособлений не спуститься. Осторожно отошла от обрыва и вновь осмотрелась. Опять осталась одна? Немного прошла вдоль края, вернулась обратно, походила кругами — всячески блуждала меж камней и деревьев, но никого не нашла. Уронила палку, сжала кулаки и сквозь стиснутые зубы застонала, собираясь все же поплакать. Самое время жалеть себя!
От толчка в спину я вскрикнула. До земли лицом не долетела — меня рывком развернули. Больно ударилась лопатками о твердую землю. Невидимый груз на животе придавил меня. Испугал. Зеленые и желтые волны пробегали, обрисовывая смутно знакомую фигуру. На плечо и шею надавили, и я замерла, не пытаясь отбиваться. Последние желтые полосы волной прокатились в разные стороны, предъявляя взору потерянную мною женщину. В прямом смысле исчезала! Она сильнее надавила на мое плечо. Чуть пересела на мне, приподняв локоть второй руки — давление на горло стало ощутимее. Что там? Нож?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
