Молодой человек шел между атакующих, словно по кукурузному полю – не касаясь ни единого человека. Поверх его пояса была застегнута пряжка. Неужели точно такая же, как у путешественника? С той же эмблемой? Эмблемой, которая уже больше тридцати лет была клеймом на сознании странника – с тех самых пор, как клеймо появилось и у него на пальце.
Путешественник моргнул, а когда открыл глаза, видение – или что это было – уже исчезло. Шум, запахи, опасность вернулись, как и всё остальное; вернулись и обрушились на него. Шеренга за шеренгой на него шли враги, наконец-то осознавшие, что противник не сможет ни справиться с ними, ни сбежать.
Но почему-то путешественник больше не чувствовал себя одиноким.
Времени думать не было. Они неумолимо приближались, одновременно напуганные и разозленные. Удары посыпались градом, их было слишком много, чтобы парировать все. Путешественник яростно сражался, убив ещё пятерых, потом – десятерых. Но враг был гидрой с тысячью голов. Огромный мечник подскочил и обрушил на путешественника двадцатифутовое лезвие. Он поднял левую руку, принимая удар на защитный браслет, развернулся и ударил в ответ мечом, одновременно нанося удар клинком на правой руке. Но атакующему повезло. Импульс от удара алебарды, пришедший на защитную пластину, оказался слишком силен, чтобы полностью отбить лезвие. Оно скользнуло в сторону к левому запястью и переломило скрытый клинок. В этот же самый момент путешественник потерял равновесие, запнувшись о камень и подвернув ногу. Он не смог ничего поделать и упал, растянувшись на каменистой земле.
Солдаты окружили лежащего, направив на него алебарды. Люди до сих пор были напряжены и напуганы, не смея радоваться победе. Наконечники пик уткнулись в спину путника. Одно движение – и он будет мертв.
Но он ещё не был готов к смерти.
Хруст камней под сапогами. Кто-то приближался. Путешественник слегка повернул голову и увидел стоящего над ним бритоголового капитана. Шрам на его лице был багровым. Капитан наклонился так низко, что странник почувствовал его дыхание у себя на лице.
Затем воин сдернул с головы путешественника капюшон, чтобы увидеть лицо. И улыбнулся, когда его ожидания подтвердились.
– Наставник все-таки прибыл. Эцио Аудиторе да Фиренце. Мы ждали тебя, в чем ты, без сомнения, уже убедился. Для тебя, наверное, шок, увидеть старую крепость своего Братства в наших руках. Но это должно было случиться. Несмотря на все ваши усилия, мы одержали победу.
Он выпрямился и приказал двум сотням окружавших Эцио солдат: «Заприте его в камере башни. И не забудьте связать покрепче».
Эцио поставили на ноги и торопливо связали.
– Нас ждет небольшая прогулка и несколько лестниц, – произнес капитан. – А потом тебе лучше помолиться. Утром мы тебя повесим.
Высоко над ними продолжал парить орел. Никто не замечал его. Прекрасного. Свободного.
ГЛАВА 2
Орел всё ещё кружил в небе. Оно было бледно-голубым, обесцвеченным солнцем, все еще по-зимнему тусклым. Темный силуэт хищной птицы кружил и кружил, высматривая цель. Его тень на мгновение скользнула по голым скалам далеко внизу и исчезла, когда птица пролетела дальше.
Эцио смотрел на орла через узкое окно – ни дать, ни взять трещина в камне – и взгляд у него был таким же беспокойным, как движения птицы. Как и мысли. Неужели он проделал весь этот долгий путь для того, чтобы все закончилось вот так?
Он стиснул кулаки, и мышцы ощутили отсутствие скрытых клинков, которые хорошо послужили ему на протяжении многих лет.
Но он знал, где они сложили его оружие после того, как устроили ему засаду, одержали победу и привели сюда. На губах его заиграла мрачная улыбка. Эти солдаты были сильно удивлены, осознав, что старый лев ещё способен выпускать когти.
А еще Эцио знал замок из схем и чертежей. Он так хорошо изучил их, что они впечатались ему в память.
Но пока он был в камере в одной из самых высоких башен великой крепости Масиаф, цитадели, некогда бывшей оплотом ассасинов. Долгое время она была заброшена, а теперь попала в руки тамплиеров. Эцио был один, безоружный, умирающий от голода и жажды. Палачи не пожалели сил, чтобы как следует избить его, и теперь одежда была грязной и порванной. Но он не собирался легко сдаваться. Он знал, зачем тамплиеры явились сюда, и должен был их остановить.
Тем более что он ещё жив.
Эцио снова посмотрел на орла. Он видел крылья, каждое перышко, расправленный хвост, покрытый черно-коричневыми и белыми пятнами, как и борода у самого Эцио. И белоснежные кончики крыльев.
Мысленно он вернулся назад, проследив путь, приведший его сюда.
Иные башни, иная зубчатая стена. Как в Виане, со стены которой он сбросил Чезаре Борджиа. Было это в год Господа нашего 1507. Сколько минуло с тех пор? Четыре года. Но это могло быть и четырьмя веками ранее, казалось, так давно это было. И иные враги, иные «хозяева» мира, которые приходили и уходили в поисках Тайны, в поисках Силы, и нескончаемая битва с ними.
Битва. Всю его жизнь.
Орел продолжал кружить, движения его были сосредоточенными. Эцио смотрел на него, зная, что хищник заметил добычу и полностью сфокусировался на ней. Кого он углядел там, внизу? В деревне, окружавшей замок, казавшейся в его тени ничтожной и несчастной, наверняка был скот, и даже клочок возделанной земли. Возможно, по скалистым склонам низких холмов скакал козел, слишком молодой и неопытный или слишком старый и уставший, а может и раненый. Орел взлетел к солнцу, его силуэт исчез в слепящих лучах. А потом, сузив круги, орел завис в безбрежном голубом небе и ринулся, обрушился вниз, словно молния, и исчез из поля зрения.
Эцио отвернулся от окна и осмотрел камеру. Прочная кровать из темного дерева – просто доски, без какой-либо подстилки – стул, стол. Распятия на стене не было. Ничего, кроме простой деревянной ложки и миски, в которой всё ещё лежала безвкусная каша, которую принесли Эцио. И ещё деревянная чаша с водой. Не смотря на жажду и голод, Эцио боялся наркотических веществ, которые могли его ослабить, лишить силы, когда придет время действовать. Возможно, тамплиеры намеренно отравили его еду и воду.
Он повернулся в узкой камере, но грубые каменные стены не приносили ни удобства, ни надежды. Здесь не было ничего, что можно было бы использовать для побега. Эцио вздохнул. В Братстве были ассасины, знавшие о его миссии. Они хотели составить ему компанию, даже не смотря на его заявление, что он отправится в путь в одиночестве. Возможно, когда от него не будет вестей, они отправятся следом. Но, возможно, тогда уже будет слишком поздно.
Что уже известно тамплиерам? Сколько тайн уже попало им в руки?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
