— Прекрасно выглядишь, Эмма.
— Спасибо. Ты тоже.
Я не кривлю душой, потому что Питер действительно выглядит хорошо в приталенном смокинге и белой рубашке с иссиня-чёрной бабочкой, повязанной под хорошо отглаженным воротничком. Он напоминает молодого Бреда Питта времён «Знакомьтесь, Джо Блэк» и тем самым располагает к себе.
Модно подстриженные пшеничные волосы падают на лоб, и заученным жестом Питер отправляет их за ухо. Однажды я хотела бы помочь ему в этом.
— Рад видеть тебя.
— Я тоже.
Вероятно, «тоже» становится моим словом-паразитом.
Под руку с Питером я вхожу в здание клуба.
Официант с серебряным подносом материализуется из воздуха.
— Шампанского?
— Было бы здорово.
Питер берёт два бокала, один из которых протягивает мне.
— За… Шона? — светлые брови взлетают вверх.
Как и я, Питер знает, что день рождения Шон отпраздновал ещё в прошлую среду, но это хорошая тема для нейтрального тоста.
— За Шона.
Я поддерживаю его игру, в очередной раз задаваясь вопросом, не гей ли он. Хотя вряд ли. Зелёно-карие глаза Питера не отрываются от моего лица, пока он делает глоток из узкого бокала. Я выдерживаю его взгляд, потому что могу. И хочу.
Мне нравится Питер. Действительно нравится. Я думаю, что у этого вечера и нашего переглядывания возможно продолжение.
Фло едва не душит меня в объятиях шёлком от Александра Маккуина, пахнущем её любимыми Гуччи. Я знаю об этих людях меньше, чем Фло об Эйзенхауэре и Далай-ламе, но всё же их имена отпечатались на моей подкорке — так часто она употребляет их в наших последних разговорах.
Платье выглядит чудовищно… эм… розовым, но я знаю, что Фло от него в восторге, поэтому благоразумно оставляю комментарий при себе.
— Как добралась, цветочек?
— Замечательно. Под стать твоему приёму.
Фло ниже меня на целую голову, но именно она — центр всего празднества. Шон стоит чуть позади. Будто не он — главное действующее лицо.
Мы обнимаемся, и я предусмотрительно целую воздух возле его щёк.
— Привет, Эмм. Здорово выглядишь.
Только мужу Фло позволительно звать меня Эмм. Никому и в голову не придёт сократить скучное имя Эмма до ещё более скучных двух букв. Трёх, если в исполнении Шона.
— Рад, что ты выбралась.
— Спасибо за приглашение. Прекрасная вечеринка.
— Надеюсь, Питер не даст тебе заскучать.
Шон знает о моей симпатии к его кузену и всячески её поддерживает. О ней знает и Фло, и сам Питер. И все мы знаем, что именно не даёт ей развиться в нечто большее.
Иногда я думаю, что надо отпустить ситуацию. Первое впечатление уже произведено, и оно, к сожалению, оказалось недостаточно ярким. Этому меня тоже научила Николь. «Первое впечатление — как первый крик младенца. Возможно, это единственно важное, что когда-либо произойдёт в его жизни, но главное — громко заявить о себе».
Мне претит эта философия, но я отдаю должное её практичности. Моё сегодняшнее платье тому доказательство. Фло сколько угодно может верховодить, но дело всё равно остаётся за мной. И мы об этом знаем.
Столько очевидных, но не высказанных истин скопилось в одном месте, что скоро придётся попросить скрижали, чтобы их записать.
Столы накрыты на просторной лужайке заднего двора и снабжены табличками с именами.
Питер вновь принимает на себя функцию мажордома, помогает найти моё имя на схеме рассадки и провожает до места.
Я с комфортом размещаюсь за три столика от центрального, куда, как родственник именинника, направляется мой предполагаемый кавалер.
Всё как всегда. Шон, Фло, их родители и близкие родственники.
Центральный стол всегда самый большой и богато украшен. Хризантемы за нашим так же пышны и мешают обзору, но я, как и дюжина дальних знакомых — моих соседей, всё равно ощущаем свою вторичность. Правда, судя по оживлению, царящему за столом, их этот факт волнует мало.
Вечер набирает обороты. Официанты расторопны, тарелки меняются с той же регулярностью, что наполняются бокалы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пару раз я ловлю на себе взгляд Питера и не очень старательно отвожу глаза, скрывая ответную улыбку за пригубленным бокалом шампанского или наколотой на шпажку оливкой. Я ем, пью и мне весело, говорят мои действия, и с преувеличенным удовольствием я смеюсь, поддерживая чью-то неуслышанную шутку.
Меня пригласили именно за этим. Фло желает чувствовать преемственность. Шон не желает разочаровывать Фло. Родители Фло отнюдь не рады моему присутствию, поэтому я сижу за крайним столиком справа. Питер буравит меня глазами, но и только.
Неожиданно для себя я ощущаю эмоциональный подъём. Впрочем, почему неожиданно: «Боллинджер» по двести долларов за бутылку очень даже этому способствует.
Многозначительное постукивание по бокалу заставляет гостей оторваться от тарелок. Разговоры смолкают в ту же секунду.
Я поднимаю глаза и вижу поднявшегося из-за стола Шона. Он благодарит присутствующих за то, что для своего пятничного вечера они выбрали его торжество.
Гости смеются: «Можно подумать, у нас был выбор».
Это действительно смешно, потому что Шон притягивает к себе людей. С Фло они составляют весьма гармоничную пару. Оба активные, шумные, успешные и окружены такими же успешными людьми. Может, менее успешными за крайним столиком справа.
Отдельное спасибо Шон говорит родителям и друзьям, коллегам по работе и бывшим сокурсникам. Не забывает никого, оставляя Фло напоследок.
— Спасибо, моя дорогая, что в этот день ты преподнесла мне самый лучший подарок, о котором только может мечтать любящий мужчина. Разрешишь объявить об этом?
Я замираю, во все глаза следя, как заливается краской обращённое к мужу личико подруги. Фло не страдает излишней скромностью, но сейчас представляет собой лучший образчик зардевшейся диснеевской принцессы.
Она едва заметно кивает и с лукавой улыбкой опускает взгляд. Шон протягивает ей руку, Фло вкладывает в неё свою и осторожно поднимается на ноги. Другая рука Шона немедленно оказывается у неё на животе.
Я слышу эти слова ещё до того, как он их произносит.
— Моя жена беременна. Мы скоро станем родителями.
Счастье за Фло распирает меня изнутри подобно шару, накаченному гелием. Огромное, выше самого большого небоскрёба. Выше звёзд, что россыпью украшают раскинувшееся над нами ночное небо. И пока мои друзья тонут в овациях, пока родители передают их из рук в руки, я плыву по его волнам и эгоистично проецирую на себя.
Фло простит мне этот маленький проступок, потому что единственная из присутствующих знает: подобной радости мне испытать не дано.
Глава 3
Soundtrack Read all about it by Emeli Sand
Когда доходит очередь поздравить счастливую пару, я уже беру себя в руки.
Подруга обнимает меня крепче крепкого и тихо шепчет на ухо:
— Прости. Не думала, что Шон устроит из этого шоу.
Мне не нравятся нотки сожаления в голосе Фло, и я решительно пресекаю её дальнейшие извинения.
— Это долгожданная новость. Неудивительно, что твоему мужу захотелось поделиться ею с близкими.
— Большинство из этих людей я вижу второй раз в жизни. Первый — на нашей свадьбе.
— Не вредничай. Ты же заешь, Шон ничего бы не сделал без твоего одобрения. Молодец, что дала ему эту возможность.
— Мама, похоже, обиделась.
— Ничего, переживёт.
— А ты, Эмма? — Фло заглядывает мне в глаза. — Ты не обиделась? Не сердишься, что я не сказала тебе первой?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы близки настолько, насколько это может быть между подругами, поэтому я вовсе не удивляюсь вопросу. Я знаю, что для Фло приемлем лишь один ответ, и с тем же удовольствием, что и Шон, оправдываю её ожидания.
— Я давно сняла с себя полномочия твоего главного доверенного лица. В противном случае у Шона появился бы повод для беспокойства.
