без тебя тошно.
А было и в самом деле тошно. Вчера выпускник, сегодня принцесса — вот счастья-то привалило. Тьфу!
— Ладно, ведите меня, куда хотели, — наконец решил Ваня. Всё равно деваться было некуда.
«Только то, что я выгляжу, как принцесса, не значит, что я буду вести себя как она, — подумал он. — И вообще, может, я ещё найду способ снова стать мужчиной».
Одна из служанок повела Ваню в обеденный зал. Одна беда: бегала она резво, а вот новоявленная Офелия за ней не поспевала. Ну никак — скорее, ноги сломаются, чем кто-то сможет ходить с этими высоченными каблуками.
А на лестнице Ваня и вовсе решил, что настал тот день, когда он сломает шею.
Но не сломал. Чудо, не иначе — добрался до дверей обеденного зала он на своих двоих, и, когда эти самые двери открылись, показывая ему просторное помещение с длинным столом, накрытым такой кучей еды, что хватило бы на три свадьбы маминой сестры, Ваня застыл.
— Батя?
Король, сидевший во главе стола, вспыхнул.
— Офелия! Где ты понабралась таких слов?
Ваня молчал. Перед ним точно был его отец. Только гладко выбритый да вымытый. Не в майке и трениках, а в царственном наряде и короне, да и сидел он в приличной позе, держа в руках бокал вина. Это тебе не валяться на диване с бутылкой пива.
И кто это сделал из обезьяны человека? Ваня ему руку пожмёт. А мать увидит, и вовсе расцелует!
— Офелия! Сядь уже, — шикнул отец.
Вырвавшись из оцепенения, Ваня моргнул и сел на стул поближе к отцу. Напротив сидело четверо человек: некий бородач в короне, парень лет двадцати с прыщавым лицом, и двое ровесников первого. Делегация соседнего королевства была одета в чёрное; глянув на одежду отца, Ваня понял, что их цветом явно был белый.
Чёртова сказка.
— Итак, наконец-то моя дочь присоединилась к нам, — заявил отец. — Теперь мы можем обсудить помолвку Офелии и вашего сына, Роланд.
Ваня, который только пригубил вина из своего бокала, сплюнул прямо на стол. Кто мог его в этом обвинить? Что значит помолвка? Папаша, ошибочка вышла: твоя дочь — сын!
Кто в своём уме захочет, чтобы его отымели?! Да ещё и... Да ещё и вот это!
— Батя! — воскликнул парень (или уже не парень). — Это ещё что такое?!
— Ш-ш! — король чуть не подпрыгнул. Ваня знал его как Дмитрия Кукухина, но теперь быть уверенным ни в чём нельзя. — Чего ты меня перебиваешь? У нас такой союз на кону, знай своё место!
— А я знаю своё место. У тебя что, много других потенциальных наследников? Ты хочешь, чтобы эти девственные усики правили твоей страной? Ну-ну, — Ваня резко указал в сторону принца, который тут же прикрыл рот.
— Ричард, твоя дочь... — заговорил король Роланд. Что за глупые имена? Насобирали всего самого ожидаемого и радуются. — Невоспитанная девчонка!
— А вы невоспитанный мужик, — фыркнул Ваня. — Нет ничего проще, чем наехать на девочку, да? Гостям самим бы лучше знать своё место! И если этот кусок дерьма с прыщавой рожей ко мне хоть притронется, я отрежу ему и руки, и то что пониже рук! Тьфу!
В своём крике Ваня выразил всё своё разочарование, копившееся с самого утра. Он больше не мог терпеть: ему страшно хотелось показать кому-нибудь, как же его достал абсурд происходящего.
Конечно же, папаше это не понравилось. Родной отец устраивал подставу за подставой: кто бы знал, что он отправит свою обожаемую единственную дочь в темницу до конца дня?
Для поведения Вани это был ожидаемый исход, но отчего-то он всё равно не ожидал ничего подобного. Ему и ремня-то перестали давать давным-давно, не маленький. И тут на тебе!
И вот, улегшись на подстилку из сена, Ваня думал.
Но в голове ничего не было. Он не учёный, в переселении душ ничего не понимает. И как с жтим разбираться, искать какую-нибудь страшную ведьму?
...
А это мысль!
Ваня хотел бы воодушевлённо вскочить, да только вспомнил, что его заперли. Настоящее подземелье! Было бы воодушевляюще, если бы ноги под платьем не мёрзли. Продувает, знаете ли, а из-за того, что она такая широкая, ткань даже вокруг ног не обернуть.
Хоть бы что-то кроме стрингов выдали, носки или панталоны. Или им и правда плевать, если принцесса заболеет и умрёт?
Ваня вздохнул.
— Мне бы штаны...
***
К вечеру его отпустили. Под конвоем он дошёл до кабинета короля. Ваню впустили внутрь; дверь громко захлопнулась, заставив его вздрогнуть.
Кресло на колесиках медленно поворачивалось, как во всех этих мрачных фильмах...
Кресло на колёсиках?
«Это ещё что за хрень? — не понял Ваня. — Или это уже у меня галюны?»
Галлюцинаций, к сожалению, не было. Было только вполне современное кресло на колёсиках, не в пример средневековый кабинет и отец с очень разочарованным лицом.
— Офелия! Сядь, — скомандовал он, и почему-то Ваня почувствовал, что в этот раз стоит его послушаться.
