— смиренно закивал король. — Офелия, как ты себя ведёшь? Это неприемлимо! Лучше поздоровайся со своей мачехой, как следует.
«Я так и знал, — подумал Ваня. — Ну кто бы сомневался?»
— С каких пор у меня есть мачеха? — спросил он вслух. — Что-то раньше никто о ней не заикался.
— Офелия, — вздохнул король. — Не спорь с отцом! Ты подрываешь мой авторитет!
«Я видел тебя с похмелья, о каком авторитете речь?» — фыркнул Ваня, пристально глядя на эту... Бетти.
Что ж, если она попытается им помыкать, сама узнает, что такое кошмар.
С того дня жизнь Вани стала очень странной. Король резко пропал с радаров; где ни встретишь его любовницу, вечно у неё оправдания на счёт его отсутствия.
Подозрительно, очень подозрительно. Но из-за того, что корона была отдана Бетти (какого черта в этой стране такие тупые законы?!), перечить женщине никто не имел права.
Поэтому сейчас Ваня стоял, загнанный в угол двумя капризными девицами, размышляя, как с ними разделаться. Потому что Бетти могла мнить себя главной, но он не знойная девица, чтобы ждать, пока его жизнь превратится в глупый сказочный сюжет. Нужно действовать первым — пусть бегут из дворца, сверкая пятками.
— Ты меня слушаешь? Освобождай свою комнату. Я не собираюсь жить в гостевых покоях, — сварливо сказала... как там её? Носатая дочурка Бетти.
Ваня фыркнул. Нихрена себе, разбежалась — она тут пару дней а уже возомнила себя не пойми кем!
И вдруг он широко улыбнулся.
— Уверена? Тебя не смутят некоторые неудобства? — произнёс он сахарным голосом, будто задабривая истерящую сестру.
Носатая гордо кивнула.
— Неудобства? Ха! Какие неудобства, ты просто не хочешь делиться со своей новой старшой сестрой!
Ваня скрипнул зубами, когда сестра носатой (тоже не красавица,но ухватиться не за что; её придется просто называть Вильгельминой. Кто, во имя всего святого, раздаёт людям этого мира имена?) закивала и принялась поддакивать.
— Точно-точно, Розалина. Эта идиотка пытается тебя одурачить — зачем вообще её слушать?
Сколько смелости!
И всё же, потирая руки, Ваня позволил выселить его в крыло прислуги. Почему? Потому что папаша, как всегда, исчез. Сейчас он как никогда напоминал Ване родного Кукухина старшего — мать вечно жаловалась, что вечно он пропадает, когда нужен.
Хотя, у самого Вани с этим проблем не было — когда кто-то должен был научить его рыбачить или раздавать тумаки дворовым мальчишкам, отец всегда был тут как тут.
А вот сейчас его не было. Ваня утешал себя мыслью, что этот мужик только носит лицо отца. Да и вообще, взрослый же парень. Пусть и в теле девицы, но разве ж он не справится с парой задир?
Но у него было время подготовиться: хорошенько смазать петли тайного прохода между комнатами королевских особ, чтобы не скрипели (вообще-то, это он обнаружил уже на второй день во дворце — знал же, что искать) и пройтись по лесу с загадочной белой банкой, маниакально хихикая.
Как хорошо, что его никто не видел!
Поэтому, когда наступила ночь, Ваня выскочил из своей новой тесной комнатушки и отыскал ближайшего охранника — молодого мальчика ростом с саму Офелию. «Прекрасно, — подумал он, зажимая ему рот и утаскивая обратно в спальню. — Как же мне повезло, ещё и с первого раза!»
Наконец он отпустил охранника, наслаждаясь замешательством на веснушчатом лице. Уперев руки в бока, Ваня скомандовал:
— Раздевайся.
— Ч-что?! — взвизгнул тот. — Ваше Высочество, не положено!
Ваня фыркнул, прежде чем шикнуть на него.
— Тише! Тут стены картонные. Ишь, чего удумал. Придержи мыслишки! И почему я не китайская принцесса? Были бы вокруг одни кастраты — на душе было бы спокойнее. Раздевайся, говорю, мне твоё тряпьё нужно. Чё встал? Давай живее!
Подгоняемый «нежной принцессой Офелией», парень живо выскочил из штанов и всего остального и уперся вхглядом в пол — должно быть, сгорал со стыда.
— Да чего ты... Первый раз что-ли перед девчонкой в трусах? — фыркнул Ваня. — Ничего, переживёшь. Ну накинь что-нибудь из моего шкафа, до казарм уж добежишь.
Охранник сначала покраснел, затем побелел и наконец выдавил:
— Так я ведь мужчина, а вы...
— Слушай, парень, — заговорщицки прощептал Ваня, уже натягивая чужую одежду. И делал он это с хаметным облегчением. Штаны! Сапоги! Запах пота и никаких духов! Если бы не грудь, уже чувствовал бы себя нормальным! — Ты от этой бабы, захватившей власть, избавиться хочешь? Тогда слушай меня, и не выначивайся. Слушай, а тебе сколько лет?
— Я... Шестнадцать, — покорно выдавил охранник.
— Ага... — Ваня уже застёгивал куртку. — А пискло говорить можешь? Как девочка. Давай, молодой ещё, точно можешь!
— Ну... — парень замялся. — Наверное.
В голове Вани уже сформироваося план. Шитый белыми нитками, зато хоть какой-то!
— Натягивай платье, — приказал он. И платок на голову обязательно. Живее! И не топай, как слон, все же услышат! Скоро тебя сменят?
— Через два часа, — пискнул парень, покорно разбирая брошенную «принцессой» кучу юбок. Противостоять напору наследницы престола ему было слишком страшно.
— Сойдёт, — решил Ваня. —
