даже растянуть уголки губ в стороны.
Будто произнесла что-то на тарабарском языке, Марат Закиевич Абашев еще раз мазнул по мне равнодушным взглядом. Задержался в районе расстегнутой пуговицы и как от изжоги кисло сглотнул.
Я видела, как дернулся кадык на загорелой шее, и сама с трудом удержалась от повтора. Красивый. Гад.
– Ассистент, значит. Здравствуйте.
Абашев откинулся на спинку кресла, потер глаза. Про ресницы Вероника не врала. Длинные, густые. Только у меня от их вида нигде ничего не намокало. Скорее, сжималось. Все. Внутри. Будто не знакомиться с новым боссом пришла, а попала в ловушку смертельно опасного хищника. Под метр восемьдесят пять ростом. Сильного, хотя и не массивного. Не лев, а ягуар.
– И какой у тебя круг обязанностей? – лениво, словно через силу произнес Абашев.
– Эм-м... Широкий. Все ваши распоряжения. Дамир Закиевич не вводил вас в курс?
– Я предпочитаю некоторые вещи узнавать сам.
– Извините...
– А какой доступ к информации?
– Полный. – Я немного растерялась. – В том числе к финансам, налогам и закрытым проектам.
Марат третий раз прошелся по мне взглядом. Теперь без остановки в районе декольте.
– Ясно...
Уголок чувственных мужских губ криво изогнулся.
– У вас уже есть какие-то распоряжения?
Я отложила документы, из-за которых впахивала как проклятая последнюю неделю, и внимательно уставилась на нового босса. Впервые за время нашего знакомства на душе возникло нехорошее предчувствие. Веронику с ее «не сработаетесь» захотелось немножко придушить. И как щит надеть очки. Пушкарева? Я согласна!
– Есть... – босс покатал следующее слово на языке и лишь потом произнес: – Кофе.
– Что?
– Я предпочитаю черный. Без молока и сахара. – Он указал на стоявшую рядом чашку капучино, к которой, видимо, не желал даже притрагиваться.
– Кофе?..
От такого поворота событий моя челюсть упала вниз.
– Уверен, ты справишься, – монстр и не думал сдавать назад. – А еще для завтрашних переговоров забронируй ресторан недалеко от залива. На свой вкус. И еще сдай мою одежду в прачечную. Адрес Вероника тебе сообщит. Бельевую корзину найдешь.
Он не просто охренел, он перешел все границы. За несколько лет работы со вторым Абашевым мне лишь раз пришлось рыться в его вещах. Случай был особенный, доверить босс не мог никому. А этот...
Я уже раскрыла рот, чтобы рассказать подробнее о своих обязанностях, но следующее задание буквально лишило речи.
– Самое главное – смени этот старушечий костюм на что-то приличное. Завтра у нас важная встреча. Я не хочу, чтобы наш гость счел, что я экономлю на зарплате сотрудников.
Если бы словами можно было бить, как лопатой по голове, сейчас я лежала бы в глубоком обмороке с проломленным черепом.
Два высших образования, стажировка в Лондоне, четыре года работы аналитиком... и все, чтобы подавать кофе, рыться в грязном белье и наряжаться словно я тупая кукла?
Меня будто вернули на восемь лет назад. Макнули с головой в институтскую практику, где ради знаний приходилось терпеть и «кофе», и намеки на «продолжение вечером», и бесплатную работу курьером. Той мне было незазорно. А нынешней... От обиды остро захотелось бросить все расчеты в лицо этому хаму и уйти, хлопнув дверью.
Наверное, так бы я и сделала. Но в самый последний момент господин босс решил-таки взять папку и поинтересоваться ее содержимым.
– А здесь у нас что? – он раскрыл документы с таким видом, будто я принесла каталог от производителей туалетной бумаги. С двух– и трехслойными образцами, перфорацией и описанием ароматов.
– А здесь... – я осмотрелась. – Кофе!
Взяла чашку с остывшим напитком в одну руку. Второй выхватила папку с документами и развернулась на сто восемьдесят градусов.
– Что?!
– Очень неудачный рецепт, – не дожидаясь еще одного начальского крика, направилась к двери. – С вашего разрешения, пойду практиковаться. Раз теперь это мои обязанности, нужно серьезнее подойти к вопросу.
Явно не ожидавший такой наглости, Абашев дернулся в мою сторону. Попытался схватить за руку. Но никакие магнитные бури больше не сбивали меня с ног, и дверь кабинета открылась легко.
* * *
О том, что только что натворила, я не думала до своего кабинета. Неслась по коридорам, костеря нового босса. Не дожидаясь лифта, бежала по лестнице. Только захлопнув дверь, позволила себе прокрутить в памяти безумный выпад. И от стыда чуть не забралась под стол. Как была! С чашкой и папкой!
Любимая мантра «Мои нервы как канаты» не работала от слова «совсем». Дыхание сбилось. А чашка в трясущихся руках оказалась полупустой.
На языке крутился только один вопрос: «Что это было?»
Вырвать папку с документами, сбежать... Защита достойная детского сада. Специалист c такими нервами действительно годился лишь носить кофе и собирать грязное белье.
Никогда при Дамире я не позволяла себе эмоциональных выпадов. «Жесткая субординация и холодный ум!» – было моим девизом с институтских времен. Но с Маратом Абашевым, кажется, имелась одна загвоздка.
До сих пор не веря, что сбежала, я рухнула в свое кресло и обняла живот. Еще плоский. Такой, как и два месяца назад и раньше, но уже с новой жизнью. Только моей! Крошечной, растущей каждый день и заставляющей летать от счастья.
Шок тоже постепенно прошел.
Это было дико, но... Сейчас, когда я успокоилась, абсолютно точно стало ясно – из колеи меня выбили не поручения нового босса. Как раз подобного можно было ожидать. О «чудесном» характере младшего Абашева слухи ходили не зря. Вот только сегодняшняя встреча с этим монстром была для меня не первой.
Лишь у нормальный людей первый блин комом. Со мной так вышло дважды.
Три месяца назад на пороге самого лучшего в городе Центра репродуктивной медицины меня чуть не сбил похожий на босса высокий красивый мужчина. Я запомнила его длинные узловатые пальцы, тревожный взгляд карих глаз и опасную ауру.
