на что смотреть.
Он будто ощупывал. Без стыда и совести. Одеться от такого взгляда хотелось. Пиджак нацепить, пальто и сверху шапку. Если бы не ответ, услышать который было просто необходимо, бросилась бы за пиджаком и обувью, а после – вообще подальше отсюда.
– Раньше... Я так считал раньше, – послышался тяжелый шумный вздох. – Но теперь знаю, что ошибся.
* * *
О том, что же переубедило Марата в моей честности, я раздумывала до конца вечера. Меньше всего он был похож на человека, способного поверить кому-то на слово. На идиота теперь тоже не был похож.
Наверное, я бы из кожи вывернулась, потребуй он доказательств. Но Марат не спрашивал. Осторожно обойдя бумаги, он достал из сейфа ещё одну стопку и передал мне. Это были те самые недостающие фрагменты.
И снова я не посмотрела на темноту за окном. Опять вернулась на пол. Вместе с Абашевым завершила свою гигантскую головоломку и ещё больше испугалась получившейся картины.
Это был захват. Рейдерский. Готовили его явно не один месяц, возможно даже не год. Информацию получали на самом высоком уровне, а о количестве источников и думать было страшно.
– У предателя доступ к засекреченной информации. Он есть у меня и у замов, – я вздрогнула от собственной догадки.
– Замов сейчас проверяют.
– Но если их использовали как Веронику?
Всех трех замов я знала уже много лет. За это время каждый стал как родной. Не верилось, что они могли продаться Герасимову.
– Этот вариант не исключается. Мои люди отрабатывают версии и по женам, и по любовницам, и по случайным лицам, с которыми они могли пересекаться.
– У Бадоева, нашего начбеза, ведётся досье на все такие контакты.
Забыв про усталость и беременность, я вновь поднялась с пола и чуть не рванула в отдел охраны.
– Стоп! – сильная мужская ладонь обхватила мое запястье и дернула в противоположную сторону.
Словно язычок маятника, я уткнулась в твердую широкую грудь. Носом в кадык, губами коснулась голой кожи в отвороте рубашки.
– Не нужно никуда ходить. – Хватка на руке исчезла, и тут же обе ладони легли мне на талию. – Мы не будем поднимать шум. Сейчас вызову Славу, ты сядешь в машину и поедешь домой.
Я тут же захотела возразить. Даже рот раскрыла. Но на губы, замыкая их, лёг указательный палец.
– Едешь домой! – ещё более твердо повторил Марат. – И в следующие два дня, ни в субботу, ни в воскресенье не показываешься на работе.
– Но я могу работать из дома.
Говорить с пальцем на губах было трудно. Нет, Марат не перекрывал мне кислород. Но при каждом звуке губы, словно облизывая, скользили по пальцу. Слишком интимно. Неправильно.
– Никакой работы из дома. Никакого лишнего интереса к «Монтажстрою». Занимайся чем хочешь, но не вмешивайся. – Глаза напротив еще больше потемнели.
– А в понедельник?
– А в понедельник мы летим в Сочи на переговоры. – Марат сощурился, и на правой щеке от хищной однобокой улыбки показалась ямочка. – Я уже говорил тебе сменить гардероб. Хотя бы на этой встрече постарайся меня не опозорить. – Даже оказавшись спасителем компании, этот тип продолжил оставаться гадом.
– Сочи?..
Словно завороженная, я не моргая уставилась на его улыбку. Как обиженная женщина, тут же захотела пнуть этого невозможного мерзавца. И как кто-то третий, незнакомый, медленно начала таять под тяжёлым, совсем не сочетающимся с улыбкой, взглядом.
Безвольная амеба с раздвоением... даже растроением личности.
Именно такую меня босс лично сдал на руки Славе. И сам закрыл дверь Мерса. Совсем без разговоров. Как свое имущество.
Монстр. Бездушный, коварный и, кажется... «Не думай! Даже не фантазируй!» – на последнем слове я жёстко обрубила саму себя и уткнулась невидящим взглядом в боковое стекло.
Глава 6. Женское счастье
Аглая.
Занять себя дома в выходные было труднее, чем я предполагала. Продукты на неделю ещё позавчера привезла служба доставки. Уборку в доме выполнил безотказный робот-пылесос. А костюмы, которые раздражали Абашева, уже завтра вечером должен был доставить курьер из прачечной.
Потрошить корзину с грязным бельем босса я так и не стала. Он больше не напоминал, а у меня не было никакого желания встречаться на нейтральной территории. Не знаю почему, но сама мысль о такой встрече пугала до мурашек. Только не с ним. Только не наедине.
Как результат на ближайшие двадцать четыре часа у меня совсем не оказалось дел. Двое суток безделья – что-то нереальное! От отчаяния я даже позвонила в медицинский центр, узнала, можно ли перенести запись к гинекологу на выходные. Но и здесь ждала неудача. Суббота у моего доктора была расписана полностью, а в воскресенье она не работала.
Провал по всем фронтам. Впору было учиться смотреть турецкие сериалы или постигать азы шопинга. Может, я бы и решилась на что-то, но против первого бастовала попа. От мысли о дне на диване ягодичные мышцы неприятно заныли. Против второго – глаза. Одно дело – вчитываться в текст и всматриваться в цифры, а другое – перебирать взглядом десятки и сотни костюмов, рубашек и платьев, пытаясь угадать размер и «сядет» ли наряд на мою не самую идеальную фигуру.
Так себе развлечение. Даже отсутствие в офисе Вероники, которая каждый раз смеялась над моей обновкой, не добавляло энтузиазма. Проще было договориться с попой и качественно отдавить диван.
Я уже почти смирилась с этим планом на выходные. Нашла сериал с симпатичным актёром, ради улыбки которого можно было вытерпеть весь бред, который говорили его губы... но мое везение на улыбке и закончилось.
Ещё перед самым просмотром зазвонил телефон. Жалобно так, долго. И мама с упреком в голосе сообщила, что бабушке утром снова стало плохо.
* * *
Больше всего в своей работе в «А-групп» я любила ненормированный график. С ним у
