вас. Даже поздоровалась. Но вы меня проигнорировали и продолжили ждать ту, из-за которой мы сейчас вместе опоздаем на рейс.
От этих слов фонило такой яростью, что даже я со своей злостью показался себе добрым малым.
– Мм... – Свободной рукой забрал ее чемодан. – В следующий раз с табличкой стой! С плакатом формата «А-один». Тогда, может, поздороваюсь сразу.
Пока мою разодетую помощницу не увел какой-нибудь другой залетный босс, я кивнул ей в сторону свободной стойки регистрации и покатил наш багаж.
– А как же та, кого вы ждали? – под звонкий цокот каблуков раздалось сзади.
– Не поверишь, меня этот вопрос тоже интересует. – Не оглядываясь, я ускорил шаг. – Но придется как-то выживать без нее.
* * *
В отличие от ожидания в здании аэропорта, сам перелет прошел без происшествий. В последние часы перед отпуском Вероника успела забронировать нам с Аглаей места в разных классах, и никто не буравил меня взглядом до самого Сочи.
С отелем тоже проблем не возникло. Моя секретарша оказалась то ли экономной, то ли злобной «су». Наши с Аглаей номера были не просто далеко друг от друга – они находились в разных корпусах отеля. Мой президентский – в главном. Номер помощницы – в более старом с видом на стройку.
Будь моя воля, я бы запретил селиться туда даже собственному водителю. Не для таких видов прилетают в Сочи. Но предложение сменить номер Аглая проигнорировала. Будто всю жизнь мечтала слушать перфораторы, она забрала ключ-карту и сама, не позволив даже прикоснуться к чемодану, поцокала заселяться.
Наверное, именно в этот момент мне нужно было отправить ее назад в офис. Справился бы как-нибудь без подсказок и консультаций. Вместо того чтобы скакать перед носом дикой кобылкой, сидела бы на работе, приглядывала за действиями Герасимова и вычисляла со Штерном предателей.
Но я все же не окликнул ее. Не послушался внутреннего голоса и не избавил себя от дополнительной головной боли. Вместо этого тупо смотрел вслед. Наблюдал, как плавно под шелковым платьем двигаются округлые бедра, как до белых костяшек сжимается ладонь на ручке чемодана, и все сильнее не узнавал себя.
Залипал. Бессовестно и уже не первый раз. Словно было что-то в этой женщине особенное, чего не видел в других. Контуженный на всю голову.
* * *
Поговорку «За все надо платить» я вспомнил уже вечером. Чтобы обсуждать дела на трезвую голову и без лишних свидетелей, переговоры были назначены на завтра. Сегодня в ресторане при отеле должен был состояться лишь ужин. В моем случае со старым знакомым. С ним работал еще отец.
В случае моей помощницы – с возможным подрядчиком, которому в срочном порядке придется сменить «Монтажстрой».
Помня про конфуз в зале ожидания, я был готов к любому сюрпризу от помощницы. Я бы узнал ее, выйди Аглая в бальном платье и с начесом а-ля девяностые. Хоть в балетной пачке! Но моя мышка явилась в образе мышки.
Все те же офисные очки. Обычное черное платье без декольте и разреза. Собранные в короткий хвост волосы. Это была скучная, но безопасная помощница. Почти тот вариант, который я ежедневно наблюдал в офисе и в фотоотчетах.
Чудеса закончились. Однако стоило мне сделать глоток воды за здоровье моей нервной системы, стоило расслабиться... Аглая повернулась спиной, и все выпитое чуть не хлынуло наружу.
Вообще-то, о таком нужно предупреждать. Слать предварительное сообщение, вешать на грудь плакат. В тридцать три года инфаркты не такая уж редкость. Стрессы, недосып, экология... А уж голая до пояса спина, украшенная лишь ожерельем маленьких родинок, – отличный повод отдать концы и завершить переговоры в деревянном гробу.
Не знаю, как я не грохнулся, но, судя по разинутым ртам еще нескольких зевак, инфаркт мог оказаться групповым.
Хорошенький был бы вечер у посетителей ресторана. Никакое шоу не понадобилось бы. А ведь я чувствовал заранее, что кому-то очень нужно на ближайший рейс «Сочи – Санкт-Петербург». Я ведь знал!
Глава 8. Ритуальные танцы
Аглая.
Сегодня вечером я проклинала все! Свои новые туфли, которые на полке магазина вызывали восхищение, а на ногах казались орудием пыток. Свое новое платье, открытое сзади настолько, что я физически чувствовала скользящие по коже любопытные взгляды. Проклинала себя саму!
Не нужно было слушать консультанта и покупать все, что она нахваливала. Вместо платья на этом вечере прекрасно подошел бы один из моих летних костюмов, вместо туфель на головокружительно высоких каблуках – любимые лодочки.
Поездка к родителям сыграла со мной злую шутку. Не с таким настроением и не в таких нарядах являются на деловые ужины. Успокаивало лишь то, что никто больше не сможет упрекнуть меня за неподобающий высоким начальским требованиям внешний вид.
Оставалось как-то собраться, расправить плечи и подогнать внутреннее состояние под упаковку.
Я искренне верила, что последнее окажется адски сложной задачей – за несколько лет работы на Дамира я расслабилась и забыла, каково это – ощущать себя в центре внимания. Прежний босс предпочитал брать в ресторан своих дам. Совмещал приятное с полезным, пока я в офисе, как в Центре управления полетами, проверяла всю полученную им информацию.
С Дамиром было легко. Должность его помощницы словно доктор прописал. Но сегодня от меня ждали другого. Не опозорить, подсказывать, быть рядом.
Легко на словах, а в жизни...
Словно больной клаустрофобией на пороге тесной комнаты, я с минуту потопталась у дверей ресторана. Пожевала губы... А дальше произошло то, на что и не надеялась.
Старая закалка сделала свое дело. Я не хотела улыбаться, но уголки губ сами растянулись в стороны. Душа требовала скрутиться в позе эмбриона в каком-нибудь темном углу, но легкими уверенными шагами я поплыла по залу в сторону поджидавшего Абашева.
Привычная когда-то роль. «Главное – дышать!» – напомнила я себе.
* * *
О том, что никакие вопросы сегодня решаться не будут, можно было догадаться заранее. Подготовка к современным переговорам мало чем отличалась от
