Песенка о Леньке Королеве
Б. Федорову
Во дворе, где каждый вечер всё играла радиола,где пары танцевали, пыля,ребята уважали очень Леньку Королеваи присвоили ему званье короля.
Был Король, как король, всемогущ. И если другустанет худо и вообще не повезет,он протянет ему свою царственную руку,свою верную руку, — и спасет.
Но однажды, когда «мессершмитты», как вороны,разорвали на рассвете тишину,наш Король, как король, он кепчонку, как корону,набекрень, и пошел на войну.
Вновь играет радиола, снова солнце в зените,да некому оплакать его жизнь,потому что тот Король был один (уж извините),королевой не успел обзавестись.
Но куда бы я ни шел, пусть какая ни забота(по делам или так, погулять),всё мне чудится, что вот за ближайшим поворотомКороля повстречаю опять.
Потому что на войне, хоть и правда стреляют,не для Леньки сырая земля.Потому что (виноват), но я Москвы не представляюбез такого, как он, короля.
«Не бродяги, не пропойцы…»
Не бродяги, не пропойцы,за столом семи морейвы пропойте, вы пропойтеславу женщине моей!
Вы в глаза ее взгляните,как в спасение свое,вы сравните, вы сравнитес близким берегом ее.
Мы земных земней. И вовсек черту сказки о богах!Просто мы на крыльях носимто, что носят на руках.
Просто нужно очень веритьэтим синим маякам,и тогда нежданный берегиз тумана выйдет к вам.
Песенка об арбатских ребятах
О чем ты успел передумать, отец расстрелянный мой,когда я шагнул с гитарой, растерянный, но живой?Как будто шагнул я со сцены в полночный московский уют,где старым арбатским ребятам бесплатно судьбу раздают.По-моему, всё распрекрасно, и нет для печали причин,и грустные те комиссары идут по Москве, как один,и нету, и нету погибших средь старых арбатских ребят,лишь те, кому нужно, уснули, но те, кому нужно, не спят.Пусть память — нелегкая служба, но все повидала Москва,И старым арбатским ребятам смешны утешений слова.
Новое утро
Не клонись-ка ты, головушка,от невзгод и от обид.Мама, белая голубушка,утро новое горит.
Всё оно смывает начисто,всё разглаживает вновь…Отступает одиночество,возвращается любовь.
И сладки, как в полдень пасеки,как из детства голоса,твои руки, твои песенки,твои вечные глаза.
Песенка о солдатских сапогах
Вы слышите: грохочут сапоги,и птицы ошалелые летят,и женщины глядят из-под руки,вы поняли, куда они глядят?
Вы слышите, грохочет барабан?Солдат, прощайся с ней, прощайся с ней.Уходит взвод в туман-туман-туман…а прошлое ясней-ясней-ясней.
А где же наше мужество, солдат,когда мы возвращаемся назад?Его, наверно, женщины крадути, как птенца, за пазуху кладут.
А где же наши женщины, дружок,когда ступаем мы на свой порог?Они встречают нас и вводят в дом,но в нашем доме пахнет воровством.
А мы рукой на прошлое — вранье!А мы с надеждой в будущее: свет!А по полям жиреет воронье,а по пятам война грохочет вслед.
И снова переулком — сапоги,и птицы ошалелые летят,и женщины глядят из-под руки…В затылки наши круглые глядят.
«А как первая любовь — она сердце жжет…»
А как первая любовь — она сердце жжет,А вторая любовь — она к первой льнет.А как третья любовь — ключ дрожит в замке,ключ дрожит в замке, чемодан в руке.
А как первая война — да ничья вина,А вторая война — чья-нибудь вина,А как третья война — лишь моя вина,а моя вина — она всем видна.
А как первый обман — на заре туман,А второй обман — закачался пьян.А как третий обман — он ночи черней,он ночи черней, он войны страшней.
Песенка о моей душе
Что такое душа? Человечек задумчивый,всем наукам печальным и горьким обученный(видно, что-то не так в его долгой судьбе).Но — он сам по себе, а я — сам по себе.
Он томится, он хочет со мной поделиться,очень важное слово готово пролиться —как пушинка, дрожит на печальной губе…Но — он сам по себе, а я сам по себе.
Я своей доброты никогда не разбрасываю,я его никогда ни о чем не расспрашиваю.Каждый волен играть, что горазд, на трубе…Каждый сам по себе: я — себе, он — себе.
Песенка о моряках
Над синей улицей портовойвсю ночь сияют маяки.Откинув ленточки фартово,всю ночь гуляют моряки.
Кричат над городом сирены,и птицы крыльями шуршат.И припортовые царевнык ребятам временным спешат.
Ведь завтра, может быть, проститьсяпридут ребята, да не те.Ах, море — синяя водица,ах, голубая канитель.
Его затихнуть — не умолишь,взметнутся щепками суда.Земля надежнее, чем море,так почему же вы туда?
Волна соленая задушит,ее попробуй упросить…Ах, если б вам служить на сушеда только б ленточки носить!..
«Нева Петровна, возле Вас — все львы…»
Нева Петровна, возле Вас — все львы.Они Вас охраняют молчаливо.Я с женщинами не бывал счастливым,Вы — первая. Я чувствую, что Вы.
Послушайте, не ускоряйте бег,банальным славословьем Вас не трону:ведь я не экскурсант, Нева Петровна,я просто одинокий человек.
Мы снова рядом. Как я к Вам привык!Я всматриваюсь в Ваших глаз глубины.Я знаю: Вас великие любили,да Вы не выбирали, кто велик.
Бывало, Вы идете на проспект,не вслушиваясь в титулы и званья,а мраморные львы — рысцой за Вамии Ваших глаз запоминают свет.
И я, бывало, к тем глазам нагнусьи отражусь в их океане синемтаким счастливым, молодым и сильным…Так отчего, скажите, Ваша грусть?
Пусть говорят, что прошлое не в счет.Но волны набегают, берег точат,и Ваше платье цвета белой ночимне третий век забыться не дает.
Песенка о комсомольской богине
Я смотрю на фотокарточку:две косички, строгий взгляд,и мальчишеская курточка,и друзья кругом стоят.
За окном все дождик тенькает:там ненастье во дворе.Но привычно пальцы тонкиеприкоснулись к кобуре.
Вот скоро дом она покинет,вот скоро вспыхнет бой кругом,но комсомольская богиня…Ах, это, братцы, о другом!
На углу у старой булочной,там, где лето пыль метет,в синей маечке-футболочкекомсомолочка идет.
А ее коса острижена,в парикмахерской лежит.Лишь одно колечко рыжеена виске ее дрожит.
И никаких богов в помине,лишь только дела гром кругом,но комсомольская богиня…Ах, это, братцы, о другом!
Часовые любви
Часовые любви на Смоленской стоят,Часовые любви у Никитских не спят,Часовые любви по Петровке идутнеизменно.Часовым полагается смена.
О великая вечная армия,где не властны слова и рубли,где все рядовые — ведь маршалов нет у любви!Пусть поход никогда ваш не кончится,признаю только эти войска!..Сквозь зимы и вьюги к Москве подступает весна.
Часовые любви на Волхонке стоят.Часовые любви на Неглинной не спят.Часовые любви по Арбату идутнеизменно.Часовым полагается смена.
До свидания, мальчики
