регулярные межрелигиозные конференции, от которых берет свое начало межрелигиозная дипломатия российских мусульман.
В 1962 г. был образован Отдел международных связей мусульманских организаций СССР, ставший мусульманским аналогом Отдела внешних церковных сношений Московского Патриархата. В его функции входила не только оптимизация внешней деятельности советских мусульман, но и подготовка религиозных дипломатов, знающих языки и способных достой
но представлять свою общину перед зарубежными единоверцами. Действительно, в послевоенный период СССР нередко посещали делегации мусульманских политиков и духовных лидеров из десятков стран, работа с которыми считалась одним из важнейших направлений мусульманской дипломатии.
Упорядочение внешних сношений имело своей целью не только их активизацию, но и профилактику деструктивного влияния на советскую умму. Если в XIX в. власти беспокоило преимущественно англо-турецкое влияние, то в XX в. главная угроза стала исходить от Саудовской Аравии и ее сателлитов, в свою очередь, ставших сателлитами США. Экспансия нетрадиционного ислама, представленного преимущественно в форме ваххабизма, наблюдалась в России и в XIX в., однако после начала войны в Афганистане ее масштабы приобрели угрожающий характер.
События 1989 г., ознаменовавшегося переворотами в ДУМ Средней Азии и Казахстана (САДУМ) и в ДУМ Северного Кавказа, наглядно показали, что профилактике ваххабизме уделялось недостаточно внимания. Ломка советской системы муфтиятов привела и к хаотизации их внешней деятельности, — Отдел международных связей мусульманских организаций СССР де-факто прекратил свое существование, а достойно продолжить ее традиции смогло лишь ДУМ Закавказья, которое чрезвычайными усилиями своего председателя шейх-уль-ислама Аллахшукюра Паша-заде сумело избежать распада и сохранить авторитет во всей зоне своей юрисдикции.
После распада СССР исламское сообщество России оказалось предоставлено само себе, и внешние связи его лидеров первоначально имели своим приоритетом установление дружеских контактов с богатыми зарубежными единоверцами, на которых возлагалась основная надежда в деле финансирования исламского возрождения. При этом большинством из них был забыт принцип различения полезного и вредного, хорошего и плохого. И если прошедшие школу Отдела международных связей мусульманских организаций СССР мусульманские лидеры — например, Талгат Таджуддин, быстро поняли, чем чреваты дипломатические просчеты в отношениях с «благотворителями» из ваххабитских стран, то новые поколения муфтиев таким «чутьем» не обладали, и многие их представители попали под влияние ваххабитов или же просто были ими завербованы.
По мере развития исламского возрождения внешние контакты российских мусульман перестали ограничиваться только поиском средств и оптимизацией хаджа. В 1997 г. была создана Международная исламская миссия, призванная продолжать дело Отдела международных связей мусульманских организаций СССР и упорядочивать мусульманскую дипломатию России. Правда, к этому времени ни о какой централизованной дипломатии речи уже не шло — российская умма раздробилась более чем на 40 муфтиятов, которые активно враждовали между собой.
С созданием в 1990 г. Исламской партии возрождения духовные управления мусульман встали перед острой необходимостью выстраивать отношения с возродившимися политическими структурами мусульман, которые, как и раньше, не скрывали своей враждебности к официальным институтам управления уммой. Например, в 1992 г. в Казахстане активисты партии «Алаш» пытались свергнуть муфтия Ратбека Насымбаева, а в Таджикистане сторонники Исламской партии возрождения (Партии исламского возрождения Таджикистана) вообще спровоцировали гражданскую войну. В постсоветской России их коллеги также сыграли не последнюю роль в смещении целого ряда муфтиев и разжигании внутримусульманских противоречий, таким образом на несколько лет заставили считаться с собой как с опасной и непредсказуемой силой.
После ликвидации Совета по делам религий СССР мусульмане смогли установить прямые контакты с чиновниками разных уровней и ветвей власти, получив в том числе и доступ к первым лицам. Это обстоятельство сулило большие перспективы, однако и вынуждало серьезно подходить к государственноисламским отношениям, которые ранее определялись лишь несколькими профильными чиновниками Совета по делам религий и были весьма предсказуемы. К сожалению, далеко не всегда обретенная в этой сфере свобода шла на пользу исламскому сообществу — в истории осталось больше негативных примеров взаимодействия мусульманских лидеров с властями. С другой стороны, именно власти оказали традиционным мусульманским организациям серьезное содействие и помогли им пережить, хотя и не без серьезных потерь, тяжелое десятилетие переходного периода.
В 1998 г. в России был создан Межрелигиозный совет России, в число учредителей которого вошли крупнейшие мусульманские структуры страны — Центральное духовное управление мусульман России и Совет муфтиев России. Таким образом стартовал новый этап развития межрелигиозного диалога в России, в рамках которого ведущие духовные лидеры получили возможность для регулярных собеседований. Апогеем межрелигиозно- го сотрудничества стало создание в 2004 г. Межрелигиозного совета СНГ, введение нового государственного праздника Дня народного единства в 2005 г. и проведение в Москве Всемирного саммита духовных лидеров в 2006 г. Кроме того, мусульманские организации стали проявлять больше внимание к двустороннему христианско-мусульманскому диалогу, как в пределах России, так и за рубежом, все с большим интересом затрагивая его теоретическую сторону.
К настоящему времени Россия старается восстановить влияние в мусульманском мире, играя на противоречиях между исламскими странами и США. Внешнеполитические контакты развиваются по всем направлениям — МИД России старается поддерживать ровные отношения и с Ираном, и его главным соперником в мусульманском мире Саудовской Аравией. После поездки Президента РФ В.В.Путина в августе 2003 г. в Малайзию и сделанного им заявления о возможном вступлении России в ОИК, контакты с этой крупнейшей межгосударственной мусульманской организацией резко активизировались. В 2005 г. Россия получила статус наблюдателя ОИК, а в 2007 г. — статус наблюдателя в Исламской организации по образованию, науке и культуре (ИСЕСКО). В МИДе России была введена особая должность посла по особым поручения — постоянного представителя в ОИК, кроме того, один из послов по особым поручениям отвечает за «исламскую» тему в целом.
Естественно, что в этих процессах заметная роль отводится мусульманскому духовенству, и хотя пока лишь отдельные его представители профессионально подходят для такого рода миссий, без их участия уже не обходится практически ни одно крупное мероприятие, призванное упрочить положение России на мусульманском Востоке.
Из всех постсоветских стран наибольшую выгоду от мусульманской дипломатии получила Азербайджанская Республика, которая благодаря умелой политике шейх-уль-ислама Аллахшу-кюра Паша-заде уже в конце советского периода смогла вступить в ОИК и заручиться поддержкой исламского мира в Карабахском конфликте. Кроме того, осведомленность шейх-уль-ислама о специфике сношений с мусульманскими странами позволила ему сохранить свою самостоятельность и минимизировать тот урон, который нанесла его умме экспоненциальная активизация контактов с зарубежными единоверцами. Попытки установить над мусульманами Азербайджана турецкое, иранское или саудовское влияние были быстро пресечены, а борьба с экстремистскими формациями ислама, занесенными на территорию республики ваххабитскими эмиссарами, началась сразу по факту их выявления.
Республики Средней Азии и Казахстан смогли обратить в свою пользу международные достижения САДУМ, более или менее успешно
