распознавать, действительно ли люди говорят то, что думают и чувствуют. И тогда больше никто не сможет тебя обмануть. Ты будешь видеть страх, стыд, любовь и даже ненависть людей. Ты сможешь заглянуть к ним в душу – и нигде не найдёшь больше правды, чем там.
У меня отвисла челюсть, и я попробовала понять смысл того, что мне только что сказал Даан.
– В самом деле... – пробормотала я. – Но... вы говорите, что я смогу читать мысли людей!
Даан поджал губы:
– Можно сказать и так. Сентифлёры обладают способностью целенаправленно применять ароматы и с их помощью заглядывать за фасад человека.
Это показалось мне безумно интересным! Я взвизгнула от радости и бросилась старому ароматекарю на шею.
Даан потрепал меня по плечу, и я, вдруг заметив его огорчение, сразу разжала свои слегка скованные стеснением объятия.
Но что его расстроило? Ведь сама я была готова прыгать от восторга. Теперь меня больше никто не сможет обмануть, потому что я сразу это замечу! Как это гениально и непостижимо!
– Это же безумно здорово, правда? – спросила я.
– Конечно. – Даан вздохнул. – В любом случае я считаю важным, чтобы ты развивала свой талант и дальше. Элоди де Ришмон – великолепный сентифлёр. Я предполагаю, что она много тренировалась и умеет читать чувства людей. Поэтому она особенно опасна. Она очень любила отца, поэтому наверняка попытается помочь «вечным». Ты должна быть готова к этому, Люци, если берёшься за аптеку ароматов. Тебе придётся отражать множество нападений.
У меня по спине побежали мурашки. Значит, Элоди действительно умеет читать мысли?! Теперь ясно, как она сумела в Париже так быстро разузнать обо мне всё, что хотела. И всё это она тут же передавала своему отцу – Сиреллу де Ришмону, предводителю «вечных».
Но всё равно я не могла не радоваться. Ведь разве не фантастика, что и я обладаю такой способностью?! При мысли, что я могла сделать с её помощью, у меня всё трепетало внутри.
Глава 2
– Перейдём теперь ко второму заданию. – Даан полез в свой потёртый кожаный саквояж, с которым никогда не расставался. Щёлкнув замком, он вытащил один из своих не менее потёртых экспедиционных дневников, открыл его и положил рядом с флаконами.
Я шагнула к стойке. На этот раз Даан сам выбрал флакон, откупорил его и капнул на страничку дневника «Мечтательным бризом». Закрыв флакон, он сложил руки на животе и снова кивнул мне:
– Посмотрим, как подействует на тебя этот аромат.
Я медленно наклонилась над дневником, рассматривая нежно-розовое облачко, которое поднималось над бумагой и постепенно густело. В первый момент я ощутила сладкий и приятный запах и расслабилась, как бывает, когда ты всем довольна и всё прекрасно. Меня переполняло счастье, оно кружилось внутри меня стайкой пёстрых бабочек... Но уже в следующий момент на передний план пробилась горькая нотка. Казалось, она вот-вот вытеснит чувство счастья.
– Что ты испытываешь? – Голос Даана де Брёйна с трудом пробился сквозь клубы ароматов и моё смятение чувств.
Я закрыла глаза и ниже склонилась над страницами дневника. Это старый дневник Даана, напомнила я себе. Значит, я ощущаю что-то из его прошлого. Что-то, что давным-давно было связано с какими-то проблемами.
– Горько-сладкое чувство, – ответила я. – Я ощущаю триумф, который должен был сделать меня счастливым, но не сделал. – Я посмотрела на Даана сквозь нежно-розовый туман. – На счастье упала какая-то тень.
Даан всё ещё стоял со сложенными на животе руками и чего-то ждал. И именно в этот момент мне всё стало ясно. Это было сожаление, горько-сладкое сожаление, и оно подавило всю радость. Уже казалось, что лучше бы ничего и не было.
– Ты думаешь, что способность читать чужие мысли и чувства – это нечто замечательное, – прервал Даан мои размышления. – С одной стороны ты, конечно, права. Это безумно здорово и даёт тебе огромную власть, которой почти никто не может противостоять. – Даан вздохнул. – Но – как всегда в жизни – эта власть таит в себе и негативную сторону. И могу тебя заверить – она превратила мою жизнь в ад.
Тут я снова открыла рот, потому что не могла себе представить, что же в этом может быть ужасного.
– До сих пор ты тренировала эту сторону своего таланта лишь на давних эмоциях. На переживаниях, к которым ты сама не имела отношения. – Даан наморщил лоб. – Ты заметишь, как всё переменится, когда столкнёшься с мыслями или чувствами, касающимися тебя или тех, кого ты любишь. Когда ты, например, почувствуешь сомнения в тебе других людей. Допустим, ты, могла почувствовать мои прежние сомнения в тебе или мой тогдашний страх, что ты ещё не созрела для груза ответственности, который я возложил на тебя. Представь себе на секунду, что это случилось. – Даан положил руку мне на плечо, и я увидела в его глазах озабоченность. – Вообще очень трудно всё время сталкиваться с правдой, и только с правдой. Невероятно тяжело заглядывать за вежливые фасады людей. Очень больно узнавать, что думают о тебе другие на самом деле: сразу чувствуешь себя одиноким и утрачиваешь доверие ко всем людям. По крайней мере, так случилось со мной, и я очень долго мечтал избавиться от дара сентифлёра. – Даан снял очки и провёл ладонью по лицу. – Ты будешь ощущать не только счастье и радость, но и печаль, страх, причём вдвое, даже втрое сильнее. Слишком много всего будет ранить тебя, причинять боль. Всегда помни об этом и научись с этим мириться! Иначе не сможешь всё это выдержать, как не смог я. Талант сентифлёра – это одновременно и счастье и проклятье.
– Но разве грусть не часть жизни? – возразила я, потому что давно убедилась, что жизнь не состоит из сплошной радости. Я уже не маленькая и не такая наивная.
Даан прошёлся по аптеке и сел в кресло, стоящее в стороне от стойки.
– Конечно, – согласился он со вздохом. – Но если все эти мысли и чувства людей вокруг тебя делаются зримыми, сложно не замечать их. Всё это быстро становится чрезмерным. – Даан потёр виски, словно пытался прогнать какое- то воспоминание. – Это особое умение, которое должны выработать сентифлёры. Умение убедить себя, что бесчисленные чужие мысли, врывающиеся в твою голову, – это неправда. Умение научиться слушать
