Виллемом. Я предполагала, что о ней знали и другие «вечные». Вот только я сомневалась, что кто-то из них мог написать мне такое письмо, неожиданно перечеркнув этим всё, во что верили высокородные. У меня это так же не вызывало сомнений, как факт, что в Северном море бывает штормовая погода.
Но тогда кто же это мог быть? Этот вопрос непрестанно крутился у меня в голове уже два месяца, и я не сомневалась, что и сегодня не найду на него ответа.
Я шмыгнула через коридор в ванную, почистила зубы, причесалась и в завершение для бодрости немного плеснула себе на лицо холодной воды. Потом я заглянула в спальню к Бенно, но младший брат давно уже встал.
Родительская спальня была ещё закрыта, в кухне тоже было тихо. Я догадалась, что мой папочка-соня всё ещё задаёт храпака, а мама-жаворонок уже хлопочет вокруг Бенно.
Лениво, как и полагается воскресным утром, я потащилась вниз по скрипучим ступенькам и заглянула в кухню, но никого там не обнаружила. Мисочка для мюсли брата и мамина кофейная чашка стояли на столе, пустые и забытые, да и всё остальное в доме тоже казалось в это утро пустым и забытым. Есть мне не хотелось, и я в нерешительности остановилась в холле. Как всегда, когда я стояла на старинном паркете, я втянула носом смесь запахов, проникающих в дом снизу.
Снизу – из нашей аптеки ароматов. Её запахи, проникая в дом через щели, наполняли виллу «Эви» всё новыми и новыми сочетаниями ароматов.
Я задумалась, чем заняться. У меня не было никаких планов, что бывало редко. После вчерашних подробных занятий с Дааном я решила не ходить сегодня в аптеку, хотя в выходные обычно первым делом шла туда. Правда, такое решение я приняла не сама – так мне посоветовал Даан. Он считал полезным немного отстраниться от обучения, чтобы сохранять свежий взгляд на всё.
Ладно, Даан зря не посоветует. Я взяла куртку и ключи от дома и решила разбудить Матса. Я догадывалась, где он мог находиться.
Глава 4
Я вышла из дома, щурясь от яркого солнца, и услышала голоса Ханны и мамы. По обрывкам фраз я сразу поняла, что речь идёт о скрупулёзной реставрации нашей виллы «Эви» – когда-то давно изысканной и красивой. Конечно, она до сих пор производит впечатление, но изысканность совершенно утрачена, потому что здание давно не знало ремонта.
Мама регулярно расспрашивала Ханну, как выглядели раньше те или иные части дома, чтобы восстановить всё как можно точнее. Мама любила всё старинное – и горе тому, кто решит заменить прежний декор чем-то современным просто потому, что это практичнее. Нет, мама непременно хотела восстановить виллу в её изначальном блеске. И Ханна ван Вельден должна была ей помочь. Ведь она жила в этом доме всю жизнь, но потом большую его часть продала, а сама перебралась в бывшее жильё для прислуги в задней части первого этажа.
С Ханной очень повезло не только маме – я тоже была рада, что она так хорошо знает виллу «Эви».
И тайны аптеки ароматов.
Кивнув маме и Ханне, я прошла мимо них, решив не мешать им и не вмешиваться в их разговор.
Бенно тоже был неподалёку – он играл в мяч на соседнем участке. Там был и Матс.
Матс сидел на краю площадки, и я даже издалека видела, что он даёт советы моему брату, как попасть мячом в баскетбольную корзинку, прикреплённую к стене дома. А когда один раз мяч Бенно пролетел в миллиметрах от его головы, он только засмеялся и пригладил волосы.
Я не смогла сдержать улыбку и с учащённо забившимся сердцем побежала к Матсу. Рядом с ним я обнаружила и Леона, его старшего брата. Он стоял, прислонясь к стене дома, и тоже иногда давал советы Бенно.
– Привет, Люци! – крикнул Матс, и уголки его губ тоже поползли вверх. – Ну, как вчера прошли занятия с Дааном?
Я села рядом с ним на каменный выступ.
– Было интересно, – ответила я. – Просто голова кругом от того, сколько он заставил меня делать. Потом расскажу. Совершенно безумные штуки.
– А почему не сейчас?! – возмутился Матс. – Ты что, не хочешь нам рассказывать?
Леон поднял правую бровь:
– Давай, принцесса, выкладывай. Нельзя так мучить моего бедного брата.
– Что ж, ладно... – начала я, но визг тормозов заставил нас обернуться.
Перед нашей виллой остановился явно видавший виды автодом. Сразу его узнав, я взвизгнула от радости и вскочила. Бенно с Матсом тоже. Только Леону потребовалась минута, чтобы сообразить, кто припарковался перед виллой «Эви».
Дверца стремительно распахнулась, и с водительского сиденья спрыгнула Хелена Бур. За ней я увидела её сына Эдгара. А из-за автодома вышел Виллем, наш бывший садовник, и торопливыми шагами направился к нам.
Мама, всё ещё беседовавшая с Ханной, недоверчиво глядела на них, прищурившись и уперев руки в бока. Я подумала, что она просто не узнала Виллема.
– Добрый день, фрау Альвенштейн! – добродушно поздоровался с ней Виллем. Он кивнул и Ханне.
Мама ответила ему и тихо сказала мне:
– Это кто – Виллем Бур? Надо же: кажется, пенсия пошла ему на пользу. – Похоже, она была просто поражена, что наш бывший ворчун-садовник настолько изменился в лучшую сторону. Когда мы поселились в этом доме, от него было невозможно дождаться доброго слова, не говоря уж про улыбку.
Мама даже не подозревала, что хорошее настроение Виллема объяснялось не тем, что он стал пенсионером, а освобождением Хелены и Эдгара из плена баронессы фон Шёнблом. Десятки лет мать и сын, запертые на вилле в Амстердаме, были вынуждены день и ночь прислуживать баронессе, а Виллем – регулярно присылать ей «Аромат вечности». Лишь когда мы с Матсом забрались в её дом, они смогли наконец-то убежать.
– Какой сюрприз! – радостно пропела Ханна и протянула руки к Хелене и Эдгару. – Как чудесно, что вы всё-таки решили заглянуть ко мне!
– И как прекрасно, что мы вас всех тут застали! – Виллем посмотрел на меня, потом на мальчишек. – Нам очень повезло, что мы так спонтанно приехали к чаю. – Виллем взглянул через мою голову на сад. Он явно что-то высматривал, пока Хелена обнимала меня.
– Привет, Люци, рад тебя видеть, – услышала я голос Эдгара. Он криво улыбнулся и протянул мне руку.
Я неуверенно пожала её,
