совсем как в прошлый раз.
– Привет, Эдгар. – Я украдкой смерила его взглядом.
Он изрядно вырос – и не только. Эдгар выглядел как-то... взрослее. В тот раз он казался старше меня года на два, не больше, а сегодня я бы дала ему лет семнадцать-во-семнадцать.
Пока Эдгар здоровался с остальными, Матс наклонился ко мне:
– Он что, перестал принимать «Аромат вечности»? Почему он такой... старый?
Я усмехнулась. Судя по голосу Матса, он был явно не в восторге от того, что Эдгар вдруг стал выглядеть старше его. В душе я невольно признала, что Эдгар не только повзрослел, но и стал довольно привлекательным. Он больше не зачёсывал волосы на косой пробор, да они и заметно отросли.
Но вслух я ничего не сказала – не хотела, чтобы Матс, глядя на Эдгара, чувствовал себя ещё хуже.
Видимо, Эдгар заметил, что мы украдкой рассматриваем его, потому что снова повернулся ко мне:
– Я действительно рад, что мы с тобой снова увиделись. Всё-таки ты, можно сказать, спасла мне жизнь. Если бы не ты, меня бы сейчас здесь не было.
Из-за всеобщего внимания я даже покраснела. Ханна, Виллем и Хелена смотрели на меня. Только мама, к счастью, не придала словам Эдгара никакого значения.
Мои щёки наверняка пылали, как раскалённые угли, и мне оставалось только надеяться, что Эдгар не истолкует это как-нибудь неправильно.
– В этом участвовали и другие, – тихо пробормотал Матс рядом со мной.
– Пойдёмте же наконец в дом! Чай давно готов! – воскликнула Ханна, быстро попрощалась с моей мамой и махнула рукой на свою дверь.
– Как он только в этом ходит? – Матс кивнул на брюки Эдгара и чёрные мокасины.
– Смотрится хорошо, – возразила я, пожав плечами.
Ханна открыла дверь и, взяв Хелену за руку, вошла с ней в дом. Виллем последовал за ними, отстав на пару шагов.
– А ты знаешь, что после нашего бегства в Париж Виллем всё рассказал Ханне, чтобы у нас не было неприятностей? – Я хихикнула и толкнула локтем Матса. В самом деле, Виллем в тот раз всё повернул так, что мы вышли сухими из воды.
Матс подмигнул мне:
– В любом случае хорошо, что Ханна и Виллем помирились.
– Люци? – услышала я голос Бенно. – Ты где? – Мой младший братец забеспокоился. А вкусное шоколадное печенье, которое Ханна всегда подавала к чаю, он наверняка давно уже слопал.
В гостиной у Ханны все беседовали за чашкой чая.
Мы с Матсом сели рядом с Леоном и Бенно, а Эдгар стоял чуть в стороне рядом с матерью. Я не могла удержаться и почти не сводила с него глаз.
– Дедушка, – спросил Эдгар, – ты не хочешь обсудить что-то с Люци?
Виллем вздохнул:
– Конечно. Только давай подождём.
Я посмотрела на них:
– Что вы хотите обсудить?
– Ну, видишь ли... Я очень хотел зайти на виллу «Эви» и выпить чаю у Ханны... но, увы, есть и менее радостный повод.
В гостиной стало так тихо, что наверняка все бы услышали, если бы на пол упал даже ватный шарик. Но прежде чем Виллем успел сказать что-то ещё, раздался щелчок дверной ручки.
– Ну вот и хорошо. Он, как всегда, пунктуален, – заметил Виллем.
Стараясь приглядеться к нему повнимательнее, я уловила слабый землистый запах «Аромата вечности». Несмотря на его хорошее настроение, Виллем был изрядно напряжён.
Что же случилось?
Каблуки Ханны застучали по коридору, и дверь открылась. Когда Ханна вернулась в гостиную, за ней шёл Даан де Брёйн.
– Добрый день, – поздоровался он со всеми и широкими шагами направился к Виллему. Обняв старого садовника, он принял из рук Ханны чашку чая и сел, откинувшись на спинку стула. – А почему у всех такие серьёзные лица? – спросил он.
– Хорошо, что ты пришёл, – начал Виллем. – Сейчас самое время обсудить последние события.
Казалось, Даан удивился:
– Разве не лучше это сделать с глазу на глаз?
Раскрыв рот, я уставилась на Даана. «С глазу на глаз»? Он явно имел в виду себя и Виллема. Интересно, эти господа опять собираются что-то утаить от нас? В моей душе забурлила старая злость, пытаясь вырваться наружу. Но я сжала губы – ведь я пока ещё даже не знала, о чём идёт речь.
– Ну... – Виллем нахмурился. – Да, но... Эдгар снова напомнил мне, что...
– Это касается всех нас. – Эдгар скрестил на груди руки. – Но особенно Люци.
– Ладно... – кивнул Виллем. – Слушайте... Баронесса фон Шёнблом и Элоди де Ришмон задумали что-то нехорошее.
– А что именно? – спросила я.
– Турнир, – вмешался Даан. – Обе собираются устроить турнир ароматов. Виллем предполагает, что они хотят открыть новые таланты.
– Вы имеете в виду... – я посмотрела на Даана, не веря его словам, – талантливых сентифлёров? Но как это возможно? Ведь за «вечными» день и ночь наблюдает полиция! Они не смогут так просто провести турнир ароматов!
Эдгар кивнул:
– Поэтому он должен пройти в Англии. Французская полиция там бессильна.
Я злилась всё сильнее.
– Когда вы узнали об этом? – спросила я.
– Только вчера вечером, Люци, – ответил Даан спокойным, добрым голосом.
– А откуда?
– Хороший вопрос. – Эдгар усмехнулся и что-то достал из кармана брюк. Подойдя к дивану, где сидели мы с Матсом, он протянул мне сложенный листок бумаги. – Вот это получил Виллем. От одного изгоя «вечных», который хотел нас предупредить.
Я взяла листок. Матс тоже склонился над ним.
Это было официальное приглашение от Элоди. Во всяком случае, оно было написано на бланке с её именем и адресом.
Моя дорогая Хлоя, от всего сердца приглашаю тебя принять участие в нашем Турнире тысячи талантов. Мы устраиваем состязание новых перспективных талантов, и я надеюсь, что ты тоже примешь в нём участие.
Тот, кто проявит выдающиеся способности в различных дисциплинах, будет принят в Вечную лигу сентифлёров и получит замечательную возможность руководить одних из наших новых парфюмерных филиалов.
Турнир будет проходить два дня по принципу открытого конкурса и состоять из трёх туров. Лучший из всех участников сможет в финале побороться лично со мной.
Никаких предварительных знаний не требуется. Единственное условие: участвовать в турнире могут только прямые потомки из высокородных семей, присутствующих на нашем генеалогическом
