- Не сдали? Не огорчайтесь, попробуете в следующем году.
Что за дурная привычка подкрадываться сзади! Алекс резко обернулся, чтобы ответить резкостью очередному сочувствующему, но тут же вытянулся и доложил.
- Не сдал, господин генерал-лейтенант!
Для своего звания генерал, пожалуй, был слишком молод. Высокий, поджарый, Алекс почему-то решил, что он из кавалеристов. Тем временем, высокое начальство чуть задержало взгляд на лейтенантских орденах и поинтересовалось.
- Какая была задача?
- Остановить наступление батальона противника силами роты.
- А-а, это та, где надо было занять высоту на развилке дорог.
- Нельзя эту высоту занимать, - набрался наглости Алекс.
- Это почему? - удивился генерал.
- Это ловушка, господин генерал-лейтенант! Вокруг есть другие господствующие высоты, с которых наши позиции будут полностью простреливаться огнем из стрелкового оружия. К тому же, там есть место для развертывания артиллерии.
- Займите господствующие высоты сами, - предложил генерал.
- Тогда позиции роты распадутся на отдельные изолированные участки, между которыми не будет огневой связи и противник получит возможность уничтожить ее по частям.
Генерал бросил на Алекса еще более удивленный взгляд, похоже, он всерьез заинтересовался.
- Подождите здесь, лейтенант.
Генерал исчез за дверями аудитории, из которой несколько минут назад с позором был изгнан Алекс. Было слышно, как загремели отодвигаемые стулья, экзаменуемые встали. Сейчас полковник отдаст рапорт... Генерал вышел из дверей со злополучной картой в руках, разложил ее на подоконнике. Все, кто обитал у окна, тут же испарились, подальше от высокого начальства. Алексу пришлось приблизиться.
- Какое вы приняли решение, лейтенант?
- Обороняться при таком соотношении сил невозможно, поэтому, я решил наступать.
Магу доложил принятое им решение. Генерал задумался.
- Интересно, - наконец произнес он. - Наступают при соотношении сил не менее чем три к одному. Это - аксиома, а вы бросаетесь в атаку, имея одного своего солдата против четырех у противника. И вы, думаете, ваш план реален?
- Вполне, господин генерал, - выпалил Алекс, замерев по стойке "смирно".
Генерал выжидательно уставился на лейтенанта, давая тому возможность одуматься и изменить свое решение. Фирменная челюсть семейства Магу не шелохнулась. Офицер продолжил молча "есть" начальство своими абсолютно честными глазами. Убедившись, что офицер твердо намерен стоять на своем, генерал скомандовал.
- Вольно, лейтенант. Ваше имя, должность и часть.
- Лейтенант Магу, командир третьей роты, второго батальона, сто четырнадцатого Текульского пехотного полка!
- Подождите, - наморщил лоб генерал, - Магу, Текульский пехотный...
Сердце Алекса ухнуло в пропасть, сейчас вспомнит о том, что он попал в плен к бандитам и...
- Это ваша рота брала Харешский перевал?
- Так точно, господин генерал-лейтенант! Но я не думал...
- А вот это зря, лейтенант, судя по тому, как была задумана и проведена операция, вы умеете не только думать, но и воплощать свои замыслы, что для офицера ничуть не менее важно.
Подозвав одного из слушателей, генерал приказал ему вернуть учебную карту обратно в аудиторию, затем повернулся к лейтенанту.
- Следуйте за мной, лейтенант.
Генерал энергичным шагом, привычно придерживая левой рукой саблю, двинулся по коридору, Алекс едва поспевал за ним. "Точно кавалерист", решил про себя Магу. Коридор вывел в просторный холл, общий и для Генерального штаба, и для его академии. Как и ожидалось, они миновали неподвижно застывшего гвардейца с винтовкой у ноги, поднялись по широкой парадной лестнице, повернули направо и оказались в еще одном коридоре, гораздо более широком и лучше отделанном, чем академический. Звуки шагов тонули в толстой ковровой дорожке.
Алекс уже начал догадываться, с кем его свела злодейка судьба, не так уж много генерал-лейтенантов значилось в списках руоссийского генштаба. Генерал взялся за блестящую бронзовую ручку и открыл тяжелую дверь полутора саженной двери. На латунной табличке, привинченной к двери, значилось "Генерал-квартирмейстер А.Л.Скоблин", главный противник плана Быстраго-Новославского, к которому лейтенант Магу имел самое непосредственное отношение.
Махнув рукой начавшему вставать адъютанту, Скоблин также стремительно пересек приемную и исчез в своем кабинете, оставив дверь приглашающе открытой. Алексу ничего не оставалось, как последовать за ним, осторожно прикрыв дверь за собой.
Генеральский кабинет оказался ожидаемо велик. Большую его часть занимал длиннющий стол, на котором лежали рулоны нескольких карт. Сам хозяин уже успел занять кресло за письменным столом.
- Садитесь, лейтенант.
Алекс опустился на указанный генеральской рукой жесткий казенный стул. Некоторое время генерал с интересом разглядывал сидевшего перед ним офицером. Пауза уже начала затягиваться, когда главный квартирмейстер руоссийской армии заговорил.
- К чему представлены за оборону перевала?
- К Егорию четвертой степени, господин генерал-лейтенант.
- Так я и предполагал, - кивнул Скоблин. - И вы его, безусловно, заслужили. Но зачем вам это понадобилось?
- Что, простите, понадобилось?
- Не прикидывайтесь глупее, чем вы есть, лейтенант Магу. План Быстраго и Новославского уже был практически отклонен, когда вдруг как чертик из табакерки выскочил банкир Магу, который до этого армейскими делами отродясь не интересовался, и мнение государя тут же склонилось в их пользу. Надеюсь, свою причастность к этому делу вы отрицать не будете?
- Не буду, - не стал отнекиваться Алекс. - Зачем мне это было надо? А вы, господин генерал-лейтенант, спросите у тысяч руоссийских подданных, которые сидели в ямах на правом берегу Темерюка! Мне в одной из них тоже пришлось посидеть!
К счастью, лейтенант сумел сдержаться и не повысить голоса, но его эмоциональная речь, похоже, произвела впечатление.
- Не думайте, лейтенант, что вам одному в этой жизни лиха хлебнуть пришлось. Поэтому, я ваши чувства понимаю. И почему вы лично на этот перевал отправились, тоже понимаю. Но давайте объективно посмотрим на положение дел, сложившееся в результате ваших действий. План летней компании на этот год окончательно сорван. В лагерях на Темерюке до сих пор находится более ста пятидесяти тысяч горцев. Вывезти их всех в султанат удастся не раньше начала осени, поэтому вывести оттуда резервный корпус можно будет только к зиме. Что-то хотите возразить, лейтенант?
- Так точно. В ходе операции корпус почти не понес потерь. И расход боеприпасов был минимальным, за исключением одной только роты. Восстановить боеспособность корпуса можно в кратчайшие сроки.
